567 цитат про «театр»

567 цитат про «театр»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Театр — это не только блеск, веселье и аплодисменты. Это тяжкий, порой надрывающий душу труд. И никогда нам не удается сделать все, к чему мы стремимся. Тетр — это сама жизнь, он часто пугает, часто внушает ужас, но он всегда удивителен.

   Театр — это не только блеск, веселье и аплодисменты. Это тяжкий, порой надрывающий душу труд. И никогда нам не удается сделать все, к чему мы стремимся. Тетр — это сама жизнь, он часто пугает, часто внушает ужас, но он всегда удивителен.

   — Джон Бойнтон Пристли · книга
2. «

   А вот еще одна веселая семейка: папа на почве ревности к маме воспроизводит детектив с элементами триллера, мама отвечает сценами из высокой трагедии, перемежая их эпизодами скучной производственной пьесы – на кухне, сын разыгрывает театр абсурда на фоне порнографической хроники, а дочка погрязла в мелодраме, которая со стороны больше напоминает комикс…

   А вот еще одна веселая семейка: папа на почве ревности к маме воспроизводит детектив с элементами триллера, мама отвечает сценами из высокой трагедии, перемежая их эпизодами скучной производственной пьесы – на кухне, сын разыгрывает театр абсурда на фоне порнографической хроники, а дочка погрязла в мелодраме, которая со стороны больше напоминает комикс…

   — Николай Иванович Козлов · книга
3. «

   Театp звал, Он манил, С тpудом билет я купил. Вот и долгожданный день настал...

   Театp звал, Он манил, С тpудом билет я купил. Вот и долгожданный день настал...
4. «

   Это просто профессия. Это публичная профессия, но человек может быть совершенно другим, противоположным тому, каким его себе представляют. И мне кажется, хороший актёр тот, который меньше играет в своей жизни, который остаётся самим собой. Но самим собой оставаться очень сложно и трудно, потому что мы живём в таком мире, когда мы все друг от друга зависим. А театр — это особое, так сказать, государство, своё государство.

   Это просто профессия. Это публичная профессия, но человек может быть совершенно другим, противоположным тому, каким его себе представляют. И мне кажется, хороший актёр тот, который меньше играет в своей жизни, который остаётся самим собой. Но самим собой оставаться очень сложно и трудно, потому что мы живём в таком мире, когда мы все друг от друга зависим. А театр — это особое, так сказать, государство, своё государство.

   — Александр Збруев
5. «

   В театре меня любили талантливые, бездарные ненавидели, шавки кусали и рвали на части.

   В театре меня любили талантливые, бездарные ненавидели, шавки кусали и рвали на части.

   — Фаина Раневская
6. «

   Чтоб я стал ставить эту пьесу? Бессмыслица! Ерунда! Пять актов человек колеблется, убить ли ему Клавдия, — и убивает Полония словно устрицу съел! Где же тут логика? Ваш Шекспир — если он только существовал — был дурак! Помилуйте! Гамлет говорит: «Что ждет нас там, откуда еще никто не приходил?» — а сам только что своими глазами видел тень своего отца! С чем это сообразно? Как можно такую ерунду показывать публике?

   Чтоб я стал ставить эту пьесу? Бессмыслица! Ерунда! Пять актов человек колеблется, убить ли ему Клавдия, — и убивает Полония словно устрицу съел! Где же тут логика? Ваш Шекспир — если он только существовал — был дурак! Помилуйте! Гамлет говорит: «Что ждет нас там, откуда еще никто не приходил?» — а сам только что своими глазами видел тень своего отца! С чем это сообразно? Как можно такую ерунду показывать публике?

   — Феликс Кривин · книга
7. «

   И первая роль, которой я удостоился в театре, была... роль трупа сына героини в одноактной пьесе Брехта.

   И первая роль, которой я удостоился в театре, была... роль трупа сына героини в одноактной пьесе Брехта.

   — Василий Ливанов · книга
8. «

   Он знал людей до их сокровенной глубины. Он угадывал их тайные желания, ему были открыты их страсти, пороки, все знал, что было скрыто в них, но также и доброе. А главное он знал их права. Он знал, кто и когда должен прийти в Театр, кто имел право сидеть в четвертом ряду, а кто должен был томиться в ярусе, присаживаясь на приступочке в бредовой надежде, что как-нибудь вдруг освободится для него волшебным образом местечко.

   Он знал людей до их сокровенной глубины. Он угадывал их тайные желания, ему были открыты их страсти, пороки, все знал, что было скрыто в них, но также и доброе. А главное он знал их права. Он знал, кто и когда должен прийти в Театр, кто имел право сидеть в четвертом ряду, а кто должен был томиться в ярусе, присаживаясь на приступочке в бредовой надежде, что как-нибудь вдруг освободится для него волшебным образом местечко.

   — Михаил Булгаков · книга
9. «

   Умение быть ироничным, умение смеяться над собой, умение не показывать всего — это на самом деле очень присуще моему отцу. Мой отец был человеком очень азартным, остроумным, ироничным, и, мне кажется, по складу мышления он похож на Шварца. Отец строил свой театр, равно как и кинематограф, всю жизнь — авторский, не похожий ни на какой другой. За 46 лет в «Ленкоме» он создал свой Вишневый сад и вырастил в этом саду небывалые деревья. Он вырастил по-настоящему великих артистов, и не одно поколение. Это не удавалось, кажется, никому, даже великому Товстоногову. Как человек азартный, отец не переставал удивляться, как целый мир возникает из ничего — просто из идеи, из фантазии, которая вдруг материализуется и становится чем-то таким, что можно потрогать, что становится материальным. Хотя театр, конечно же, не очень материален.

   Умение быть ироничным, умение смеяться над собой, умение не показывать всего — это на самом деле очень присуще моему отцу. Мой отец был человеком очень азартным, остроумным, ироничным, и, мне кажется, по складу мышления он похож на Шварца. Отец строил свой театр, равно как и кинематограф, всю жизнь — авторский, не похожий ни на какой другой. За 46 лет в «Ленкоме» он создал свой Вишневый сад и вырастил в этом саду небывалые деревья. Он вырастил по-настоящему великих артистов, и не одно поколение. Это не удавалось, кажется, никому, даже великому Товстоногову. Как человек азартный, отец не переставал удивляться, как целый мир возникает из ничего — просто из идеи, из фантазии, которая вдруг материализуется и становится чем-то таким, что можно потрогать, что становится материальным. Хотя театр, конечно же, не очень материален.

   — Александра Захарова
10. «

    Если вас убивают в четвертом акте, то нельзя выходить в первом уже с убитым видом.

    Если вас убивают в четвертом акте, то нельзя выходить в первом уже с убитым видом.

    — Рина Зеленая · книга
11. «

    В России сейчас театр обуржуазился, «касса» владеет умами. Но ведь не только она должна быть критерием творческого успеха. Театр — это кафедра, с которой должны звучать важные вещи. По большому счету, актера, как жителя Европы, должны волновать даже такие процессы, как антиглобализм, терроризм, политика и прочее. Если мы будем замыкаться только на каких-то локальных, бытовых темах, то рано или поздно каждый из нас может оказаться на помойке собственных мыслей, <...> и задаваться сакраментальным вопросом: когда и почему я стал таким никчемным. Вот над этим я и рассуждаю практически всё время — не специально, а фоном. Меня не покидает ощущение кризиса: впечатление такое, что уже все переиграл, что всё уже в моей жизни было. Откуда же взяться веселью?

    В России сейчас театр обуржуазился, «касса» владеет умами. Но ведь не только она должна быть критерием творческого успеха. Театр — это кафедра, с которой должны звучать важные вещи. По большому счету, актера, как жителя Европы, должны волновать даже такие процессы, как антиглобализм, терроризм, политика и прочее. Если мы будем замыкаться только на каких-то локальных, бытовых темах, то рано или поздно каждый из нас может оказаться на помойке собственных мыслей, <...> и задаваться сакраментальным вопросом: когда и почему я стал таким никчемным. Вот над этим я и рассуждаю практически всё время — не специально, а фоном. Меня не покидает ощущение кризиса: впечатление такое, что уже все переиграл, что всё уже в моей жизни было. Откуда же взяться веселью?

    — Александр Калягин
12. «

    Но в Вечность огненным закатом Ушли былые времена. И, ныне, в 910-ом Иные встали имена.

    Но в Вечность огненным закатом Ушли былые времена. И, ныне, в 910-ом Иные встали имена.

    — Николай Яковлевич Агнивцев
13. «

    Маэстро знал свою публику, он выбирал произведения в расчете на завсегдатаев театра «Корона», а это люди обстоятельные, с настроем на удовольствие, они предпочтут плохое хорошему, лишь бы знакомо и привычно.

    Маэстро знал свою публику, он выбирал произведения в расчете на завсегдатаев театра «Корона», а это люди обстоятельные, с настроем на удовольствие, они предпочтут плохое хорошему, лишь бы знакомо и привычно.

    — Хулио Кортасар · книга
14. «

    Все так же сыро, туманы крепки, И загорается ночь огнем, Изображают деревьев ветки Теней театр мне за окном.

    Все так же сыро, туманы крепки, И загорается ночь огнем, Изображают деревьев ветки Теней театр мне за окном.
15. «

    Просто забей на них. Извлеки пользу из своей плохой игры. Хоть у тебя есть месяц, пока мы репетируем, бессмысленно тратить его на улучшение всего подряд. Раз так, почему бы тогда не вложить все усилия в один момент. Если тебя недооценивают, значит от тебя ничего не ждут. Это одна из основ нашего бизнеса. Представь поцана, которого вечно задирают, или ничем не примечательную девушку, или отаку, на котором поставили крест, или актёра, которого не любят за плохую игру. Если они совершают нечто невообразимое, это будет триумф

    Просто забей на них. Извлеки пользу из своей плохой игры. Хоть у тебя есть месяц, пока мы репетируем, бессмысленно тратить его на улучшение всего подряд. Раз так, почему бы тогда не вложить все усилия в один момент. Если тебя недооценивают, значит от тебя ничего не ждут. Это одна из основ нашего бизнеса. Представь поцана, которого вечно задирают, или ничем не примечательную девушку, или отаку, на котором поставили крест, или актёра, которого не любят за плохую игру. Если они совершают нечто невообразимое, это будет триумф

    — Аква Хосино · аниме
16. «

    В каждом актере сидит этот зверь — зависть. Тот артист, который скажет, что равнодушен к большому успеху товарища, солжет. В каждом из нас сидит Сальери, пусть маленький, крошечный, но сидит.

    В каждом актере сидит этот зверь — зависть. Тот артист, который скажет, что равнодушен к большому успеху товарища, солжет. В каждом из нас сидит Сальери, пусть маленький, крошечный, но сидит.

    — Евгений Лебедев · книга
17. «

    Если театр изображает жизнь, значит жизнь и должна быть сходна сним, как оригинал с портретом.

    Если театр изображает жизнь, значит жизнь и должна быть сходна сним, как оригинал с портретом.

    — Теофиль Готье · книга
18. «

    Актеры не похожи не обычных людей. То есть именно что ПОХОЖИ, но на самом деле это, возможно, некий особенный подвид homo sapiens, обладающий своими специфическими повадками.

    Актеры не похожи не обычных людей. То есть именно что ПОХОЖИ, но на самом деле это, возможно, некий особенный подвид homo sapiens, обладающий своими специфическими повадками.

    — Борис Акунин · книга
19. «

    С большим искусством, как актёр, я научился глубокомысленно молчать, когда я ничего не понимал, и с больной выразительностью произносить таинственные восклицания: «Да! Хм!... Пожалуй, я подумаю...»

    С большим искусством, как актёр, я научился глубокомысленно молчать, когда я ничего не понимал, и с больной выразительностью произносить таинственные восклицания: «Да! Хм!... Пожалуй, я подумаю...»

    — Константин Станиславский · книга
20. «

    Не тех дверей не бывает. Весь мир — сцена.

    Не тех дверей не бывает. Весь мир — сцена.

    — Профессор Райли (Professor Riley) · фильм