Генрих Бёлль — 184 цитаты с глубоким смыслом

Генрих Бёлль — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 184 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Стать взрослым означает: забыть то отчаяние, которое часто испытывают дети.

   Стать взрослым означает: забыть то отчаяние, которое часто испытывают дети.
2. «

   Моя любознательность накрепко срослась с другим стремлением — я любил знания, потому что они приносят деньги.

   Моя любознательность накрепко срослась с другим стремлением — я любил знания, потому что они приносят деньги.

   — Хлеб ранних лет · книга
3. «

   Я знал, что отныне не отойду от нее ни на шаг, ни в этот день, ни в дни, которые будут после, во все те дни, сумма которых зовется жизнью.

   Я знал, что отныне не отойду от нее ни на шаг, ни в этот день, ни в дни, которые будут после, во все те дни, сумма которых зовется жизнью.

   — Хлеб ранних лет · книга
4. «

   Ты не представляешь себе, как много можно узнать о стране, сидя за решеткой...

   Ты не представляешь себе, как много можно узнать о стране, сидя за решеткой...

   — Шрелла · книга
5. «

   Три мира знал Генрих Брилах. Первый мир — это школа: все, чему учили там, все, что говорил священник на уроке. И все это противоречило тому, что он видел в мире, в мире, в котором он жил. Третий мир — мир Мартина — был совсем не похож на первые два. Это был мир холодилльников, мир, где женщины не стремятся выйти замуж, а деньги не играют никакой роли. Три мира знал Генрих, но жить он хотел только в одном — в своем.

   Три мира знал Генрих Брилах. Первый мир — это школа: все, чему учили там, все, что говорил священник на уроке. И все это противоречило тому, что он видел в мире, в мире, в котором он жил. Третий мир — мир Мартина — был совсем не похож на первые два. Это был мир холодилльников, мир, где женщины не стремятся выйти замуж, а деньги не играют никакой роли. Три мира знал Генрих, но жить он хотел только в одном — в своем.

   — Дом без хозяина · книга
6. «

   Не хлебом единым жив человек, но то, что помимо хлеба — Слово — ему, к сожалению, дают слишком редко, и однако же много, на удивление много людей взыскуют Слова, такого же простого, как хлеб, Слова, что было вначале и будет в конце.

   Не хлебом единым жив человек, но то, что помимо хлеба — Слово — ему, к сожалению, дают слишком редко, и однако же много, на удивление много людей взыскуют Слова, такого же простого, как хлеб, Слова, что было вначале и будет в конце.

   — Письмо молодому католику · книга
7. «

   Секретарша Вунзиделя некогда зарабатывала на жизнь вязанием, содержала разбитого параличом мужа и четверых детей, что не помешало ей в то же время защитить дисертацию по психологии и географии, заниматься разведением овчарок и под кличкой «Женщина-Вампир 7» прославиться в амплуа кафешантанной певицы.

   Секретарша Вунзиделя некогда зарабатывала на жизнь вязанием, содержала разбитого параличом мужа и четверых детей, что не помешало ей в то же время защитить дисертацию по психологии и географии, заниматься разведением овчарок и под кличкой «Женщина-Вампир 7» прославиться в амплуа кафешантанной певицы.

   — Надо что-то делать · книга
8. «

   Когда он стал коммивояжером, ему пришлось несладко. Он рыскал в поисках людей с лишними деньгами, но лишних денег, как на грех, почти ни у кого не было.

   Когда он стал коммивояжером, ему пришлось несладко. Он рыскал в поисках людей с лишними деньгами, но лишних денег, как на грех, почти ни у кого не было.

   — Где ты был, Адам? · книга
9. «

   Не надо тревожить ушедших мгновений, не надо их воскрешать.

   Не надо тревожить ушедших мгновений, не надо их воскрешать.

   — Ганс Шнир · книга
10. «

    Столь несвойственное отцу выражение глупости застыло на его лице. Так выглядят люди, которые уже ничем, абсолютно ничем не интересуются, кроме детективов, определенной марки вина и глупых анекдотов.

    Столь несвойственное отцу выражение глупости застыло на его лице. Так выглядят люди, которые уже ничем, абсолютно ничем не интересуются, кроме детективов, определенной марки вина и глупых анекдотов.

    — Ганс Шнир · книга
11. «

    …в сущности говоря, человека ни к чему не принудишь, человека можно лишь уничтожить, смерть – вот единственное насилие, которое можно по-настоящему над ним учинить. Человека не принудишь остаться в живых, не заставишь любить; по-настоящему властна над ним одна только смерть.

    …в сущности говоря, человека ни к чему не принудишь, человека можно лишь уничтожить, смерть – вот единственное насилие, которое можно по-настоящему над ним учинить. Человека не принудишь остаться в живых, не заставишь любить; по-настоящему властна над ним одна только смерть.

    — Где ты был, Адам? · книга
12. «

    Так будьте первым человеком, кто послушался чужого совета. Вы словно те глупые мальчишки, которые хотят своими глазами увидеть войну, хотя отцы рассказывали им, что это грязь и бессмыслица.

    Так будьте первым человеком, кто послушался чужого совета. Вы словно те глупые мальчишки, которые хотят своими глазами увидеть войну, хотя отцы рассказывали им, что это грязь и бессмыслица.

    — Фрау Борзиг · книга
13. «

    Да, время у вас еще есть. Но не зевайте, не то время распорядится вами по-своему. Время как повилика: незаметно оно обвивается вокруг нас, и вдруг вы понимаете, что попали в ловушку — время высосало из вас все соки, задушило...

    Да, время у вас еще есть. Но не зевайте, не то время распорядится вами по-своему. Время как повилика: незаметно оно обвивается вокруг нас, и вдруг вы понимаете, что попали в ловушку — время высосало из вас все соки, задушило...

    — Фрау Борзиг · книга
14. «

    Долг для бедняка опаснее всего.

    Долг для бедняка опаснее всего.

    — часовой · книга
15. «

    Очень странное у него было чувство: призрачно быстро и вместе с тем безумно медленно проходило время, оно было иллюзорно, непостижимо, противоречиво, и находиться в его власти ужасно.

    Очень странное у него было чувство: призрачно быстро и вместе с тем безумно медленно проходило время, оно было иллюзорно, непостижимо, противоречиво, и находиться в его власти ужасно.

    — Vive la France! · книга
16. «

    Бог в скорби. Мы должны его утешить.

    Бог в скорби. Мы должны его утешить.

    — Женщина · книга
17. «

    О, как я вас всех ненавижу за то, что вам кажется, будто жизнь идёт своим чередом. Посыпать смерть пеплом забвенья, как лёд посыпают золой. Ради детей, ах, ради детей: это прекрасно звучит и служит прекрасным оправданием; наполнить мир новыми вдовами, новыми мужьями, которым суждено погибнуть и сделать своих жён вдовами. Заключать новые браки... Жалкие вы ничтожества. Неужели вы ничего лучше не придумаете?... «Свято храните дитя и дело вашего супруга... Браки заключаются на небесах». И они улыбаются, как авгуры, и молятся в своих церквах, чтобы храбрые мужчины, здоровые и невредимые, бодро, весело шагали на войну, чтобы не переставая работали фабрики вдов. Хватит почтальонов, чтобы принести эту весть, и попов тоже хватит, чтобы осторожненько подготовить вас к этой вести... Если начать пораньше, с шестнадцати, как я, например, то до блаженной кончины можно отлично успеть пять или шесть раз побывать во вдовах и все же остаться молодой... Торжественные клятвы, торжественные союзы, и с кроткой улыбочкой тебе преподносят тайну: браки заключаются на небесах.

    О, как я вас всех ненавижу за то, что вам кажется, будто жизнь идёт своим чередом. Посыпать смерть пеплом забвенья, как лёд посыпают золой. Ради детей, ах, ради детей: это прекрасно звучит и служит прекрасным оправданием; наполнить мир новыми вдовами, новыми мужьями, которым суждено погибнуть и сделать своих жён вдовами. Заключать новые браки... Жалкие вы ничтожества. Неужели вы ничего лучше не придумаете?... «Свято храните дитя и дело вашего супруга... Браки заключаются на небесах». И они улыбаются, как авгуры, и молятся в своих церквах, чтобы храбрые мужчины, здоровые и невредимые, бодро, весело шагали на войну, чтобы не переставая работали фабрики вдов. Хватит почтальонов, чтобы принести эту весть, и попов тоже хватит, чтобы осторожненько подготовить вас к этой вести... Если начать пораньше, с шестнадцати, как я, например, то до блаженной кончины можно отлично успеть пять или шесть раз побывать во вдовах и все же остаться молодой... Торжественные клятвы, торжественные союзы, и с кроткой улыбочкой тебе преподносят тайну: браки заключаются на небесах.

    — Нелла · книга
18. «

    Бедность делает меня больным.

    Бедность делает меня больным.

    — Фред · книга
19. «

    Мальчик, которого по отцу окрестили Генрихом, вырастал в твердом сознании, что рядом с матерью всегда должен быть какой-нибудь дядя.

    Мальчик, которого по отцу окрестили Генрихом, вырастал в твердом сознании, что рядом с матерью всегда должен быть какой-нибудь дядя.

    — Дом без хозяина · книга
20. «

    Грохот колес так хорошо убаюкивает, гонит прочь все мысли, вытряхивает задумчивость, это равномерное тра-та-та, тра-та-та усыпляет их.

    Грохот колес так хорошо убаюкивает, гонит прочь все мысли, вытряхивает задумчивость, это равномерное тра-та-та, тра-та-та усыпляет их.

    — Вилли · книга