146 афоризмов Роберта Льюиса Стивенсона

Роберт Льюис Стивенсон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 146 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   В Париже с нескончаемым, неутомимым упорством шел снег. Временами на улицы налетал ветер и тут же вздымал снежный смерч; временами наступало затишье, и тогда из темноты ночного неба в безмолвном кружении валили неисчислимые крупные хлопья. Бедному люду, поглядывавшему на все это из — под намокших бровей, оставалось только дивиться, откуда берется столько снега. Мэтр Франсуа Вийон, стоя днем у окна таверны, выдвинул такое предположение: то ли это языческий Юпитер щиплет гусей на Олимпе, то ли это линяют святые ангелы.

   В Париже с нескончаемым, неутомимым упорством шел снег. Временами на улицы налетал ветер и тут же вздымал снежный смерч; временами наступало затишье, и тогда из темноты ночного неба в безмолвном кружении валили неисчислимые крупные хлопья. Бедному люду, поглядывавшему на все это из — под намокших бровей, оставалось только дивиться, откуда берется столько снега. Мэтр Франсуа Вийон, стоя днем у окна таверны, выдвинул такое предположение: то ли это языческий Юпитер щиплет гусей на Олимпе, то ли это линяют святые ангелы.

   — Ночлег Франсуа Вийона · книга
2. «

   Из двадцати шести человек мы пока могли положиться только на семерых. И один из этих семерых был я, мальчик. Если считать только взрослых, нас было шестеро против девятнадцати.

   Из двадцати шести человек мы пока могли положиться только на семерых. И один из этих семерых был я, мальчик. Если считать только взрослых, нас было шестеро против девятнадцати.

   — Джим Хокинс · книга
3. «

   Человек способен жить везде, куда бы его ни закинуло.

   Человек способен жить везде, куда бы его ни закинуло.

   — Бен Ганн · книга
4. «

   Я не сомневаюсь, что мы можем победить их, если вы захотите победить.

   Я не сомневаюсь, что мы можем победить их, если вы захотите победить.

   — Капитан Смоллетт · книга
5. «

   Того удерживает мысль о близких, которых слишком ошеломил бы подобный конец, а в случае огласки, быть может, и навлек бы на них нарекания; другой слишком слаб духом, чтобы собственноручно лишить себя жизни. До некоторой степени к этому второму разряду принадлежу и я; я, например, решительно неспособен приложить к виску пистолет и нажать на курок: нечто, сильнее меня самого, мешает мне произвести этот последний жест, и, хоть жизнь мне опротивела совершенно, у меня нет сил пойти навстречу смерти самому.

   Того удерживает мысль о близких, которых слишком ошеломил бы подобный конец, а в случае огласки, быть может, и навлек бы на них нарекания; другой слишком слаб духом, чтобы собственноручно лишить себя жизни. До некоторой степени к этому второму разряду принадлежу и я; я, например, решительно неспособен приложить к виску пистолет и нажать на курок: нечто, сильнее меня самого, мешает мне произвести этот последний жест, и, хоть жизнь мне опротивела совершенно, у меня нет сил пойти навстречу смерти самому.

   — Клуб самоубийц · книга
6. «

   Тот, у кого нет своих убеждений, не должен вытаскивать меч. Вы, сражающийся случайно, — разве вы не мясник? Войну облагораживает только её цель, а вы, сражающийся без цели, опозорили её.

   Тот, у кого нет своих убеждений, не должен вытаскивать меч. Вы, сражающийся случайно, — разве вы не мясник? Войну облагораживает только её цель, а вы, сражающийся без цели, опозорили её.

   — Черная стрела · книга
7. «

   Человек развивается от низшего к высшему, и если предок его дикий зверь, то деградируя, он возвращается к начальному состоянию.

   Человек развивается от низшего к высшему, и если предок его дикий зверь, то деградируя, он возвращается к начальному состоянию.

   — Олалла · книга
8. «

   — А что такое море? — спросил Вилли. — Море! — воскликнул мельник. — Помилуй нас, боже, это самое великое из того, что сотворил господь! Ведь это в него течет вся вода, какая только есть на земле, и сливается в большое соленое озеро. Так оно и лежит, ровное, как моя ладонь, и с виду невинное, как младенец; но говорят, что, если задует ветер, на нем поднимаются водяные горы, выше всех наших гор, и они топят большие корабли — куда больше нашей мельницы, и так ревут, что этот рев слышно на суше за много миль от берегов.

   — А что такое море? — спросил Вилли. — Море! — воскликнул мельник. — Помилуй нас, боже, это самое великое из того, что сотворил господь! Ведь это в него течет вся вода, какая только есть на земле, и сливается в большое соленое озеро. Так оно и лежит, ровное, как моя ладонь, и с виду невинное, как младенец; но говорят, что, если задует ветер, на нем поднимаются водяные горы, выше всех наших гор, и они топят большие корабли — куда больше нашей мельницы, и так ревут, что этот рев слышно на суше за много миль от берегов.

   — Вилли · книга
9. «

   — Ваше здоровье! — вскричал он, осушая бокал шампанского. — И покойной вам ночи, господа веселые банкроты!

   — Ваше здоровье! — вскричал он, осушая бокал шампанского. — И покойной вам ночи, господа веселые банкроты!

   — Клуб самоубийц · книга
10. «

    Друг – подарок, который вы дарите себе.

    Друг – подарок, который вы дарите себе.
11. «

    Порядочному человеку даже и умереть нельзя без денег.

    Порядочному человеку даже и умереть нельзя без денег.

    — Клуб самоубийц · книга
12. «

    Нечистая совесть — лютый враг покоя!

    Нечистая совесть — лютый враг покоя!

    — Пул · книга
13. «

    Больной, которому еще можно помочь, имеет гораздо больше прав на сочувствие, чем труп, которому нельзя уже причинить ни радости, ни боли, который нельзя ни любить, ни ненавидеть.

    Больной, которому еще можно помочь, имеет гораздо больше прав на сочувствие, чем труп, которому нельзя уже причинить ни радости, ни боли, который нельзя ни любить, ни ненавидеть.

    — Приключения принца Флоризеля · книга
14. «

    Быть может, судьба более благосклонна к тому, кто любит собирать ракушки, чем к тому, кто родился миллионером...

    Быть может, судьба более благосклонна к тому, кто любит собирать ракушки, чем к тому, кто родился миллионером...
15. «

    Одни боялись Пью, другие — Флинта. А меня боялся сам Флинт.

    Одни боялись Пью, другие — Флинта. А меня боялся сам Флинт.

    — Остров сокровищ · книга
16. «

    Юность — пора малодушия. В этом возрасте человек склонен сгущать краски. Я стар и никогда не отчаиваюсь.

    Юность — пора малодушия. В этом возрасте человек склонен сгущать краски. Я стар и никогда не отчаиваюсь.

    — Доктор Ноэль · книга
17. «

    Если ваши нравственные устои вгоняют вас в тоску, знайте: ваши нравственные устои никуда не годятся.

    Если ваши нравственные устои вгоняют вас в тоску, знайте: ваши нравственные устои никуда не годятся.
18. «

    Вы думаете, собаки не попадают в рай? Я уверяю: они будут там раньше каждого из нас.

    Вы думаете, собаки не попадают в рай? Я уверяю: они будут там раньше каждого из нас.
19. «

    Из вереска напиток Забыт давным-давно. А был он слаще мёда, Пьянее, чем вино. В котлах его варили И пили всей семьей Малютки-медовары В пещерах под землёй.

    Из вереска напиток Забыт давным-давно. А был он слаще мёда, Пьянее, чем вино. В котлах его варили И пили всей семьей Малютки-медовары В пещерах под землёй.
20. «

    …Взгляните сюда, в это самое зеркало, что вы видите в нём? Себя! Ну и приятно вам это видеть, скажите? Нет, ну и мне тоже неприятно, да я думаю, что и каждому человеку это неприятно. <...> Это проклятое напоминание о возрасте, о наших грехах, проступках, о наших безрассудствах и безумии!..

    …Взгляните сюда, в это самое зеркало, что вы видите в нём? Себя! Ну и приятно вам это видеть, скажите? Нет, ну и мне тоже неприятно, да я думаю, что и каждому человеку это неприятно. <...> Это проклятое напоминание о возрасте, о наших грехах, проступках, о наших безрассудствах и безумии!..

    — Маркхейм · книга