111 цитат-размышлений Виктории Шваба

Ниже 111 цитат Виктории Шваба — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Если бы мы были героями из комикса, это было бы историей нашего происхождения. Кого-то кусает паук, а кто-то падает в чан с кислотой. У нас была река...

   Если бы мы были героями из комикса, это было бы историей нашего происхождения. Кого-то кусает паук, а кто-то падает в чан с кислотой. У нас была река...

   — Город Призраков · книга
2. «

   — Почему я это делаю? — Потому что незнание благо, только если хочешь, чтобы тебя поймали.

   — Почему я это делаю? — Потому что незнание благо, только если хочешь, чтобы тебя поймали.

   — Виктор · книга
3. «

   — Я не хочу видеть Серену, – заявила Сидни. — Знаю, – отозвался Виктор. – Но я хочу видеть Эли. — Зачем? – спросила она. – Ты же не можешь его убить. — Не исключено. – Он сильнее стиснул черенок лопаты. – Но как же здорово будет попытаться!

   — Я не хочу видеть Серену, – заявила Сидни. — Знаю, – отозвался Виктор. – Но я хочу видеть Эли. — Зачем? – спросила она. – Ты же не можешь его убить. — Не исключено. – Он сильнее стиснул черенок лопаты. – Но как же здорово будет попытаться!

   — Виктор · книга
4. «

   — Давно не видала тебя на лондонской земле. Должно быть, прибыл на турнир? — Ты же меня знаешь, Джаста. Не мог упустить случая выставить себя дураком.

   — Давно не видала тебя на лондонской земле. Должно быть, прибыл на турнир? — Ты же меня знаешь, Джаста. Не мог упустить случая выставить себя дураком.

   — Алукард · книга
5. «

   Править королевством – дело тонкое. – Каждый поступок несет в себе глубокий смысл, имеет значение.

   Править королевством – дело тонкое. – Каждый поступок несет в себе глубокий смысл, имеет значение.

   — Тени сгущаются · книга
6. «

   Респектабельная тюрьма – все равно тюрьма.

   Респектабельная тюрьма – все равно тюрьма.

   — Темный оттенок магии · книга
7. «

   — Разве ты не боишься смерти? – спросил он теперь Лайлу. Она удивленно взглянула на него, а потом покачала головой. — Смерть приходит ко всем, – просто сказала она. – Я не боюсь умирать. Но я боюсь умереть здесь, – она обвела рукой комнату, таверну, город. – Лучше погибнуть в бурном море, чем жить в затхлом болоте.

   — Разве ты не боишься смерти? – спросил он теперь Лайлу. Она удивленно взглянула на него, а потом покачала головой. — Смерть приходит ко всем, – просто сказала она. – Я не боюсь умирать. Но я боюсь умереть здесь, – она обвела рукой комнату, таверну, город. – Лучше погибнуть в бурном море, чем жить в затхлом болоте.

   — Темный оттенок магии · книга
8. «

   Тайны гораздо интереснее, чем правда.

   Тайны гораздо интереснее, чем правда.

   — Тени сгущаются · книга
9. «

   — Расскажи, что привело тебя на мой корабль. — Твои люди меня привели. — Я видел тебя в тот день. Тебе очень хотелось здесь остаться. Лайла всмотрелась в него и произнесла: — Мне понравился твой корабль. Кажется, он стоит кучу денег. — Так оно и есть. — Я хотела дождаться, пока команда сойдет на берег, потом прикончить тебя и забрать «Шпиль» себе. — Какая искренность, – протянул он, пригубив вино.

   — Расскажи, что привело тебя на мой корабль. — Твои люди меня привели. — Я видел тебя в тот день. Тебе очень хотелось здесь остаться. Лайла всмотрелась в него и произнесла: — Мне понравился твой корабль. Кажется, он стоит кучу денег. — Так оно и есть. — Я хотела дождаться, пока команда сойдет на берег, потом прикончить тебя и забрать «Шпиль» себе. — Какая искренность, – протянул он, пригубив вино.

   — Дилайла Бард · книга
10. «

    — А в чем ты тогда нуждаешься? – спросил он. Губы Виктора сложились в улыбку – опасную улыбку. — В друге. — И все? – недоверчиво спросил Митч. — Хорошего друга очень непросто найти, мистер Тернер.

    — А в чем ты тогда нуждаешься? – спросил он. Губы Виктора сложились в улыбку – опасную улыбку. — В друге. — И все? – недоверчиво спросил Митч. — Хорошего друга очень непросто найти, мистер Тернер.

    — Виктор · книга
11. «

    — Мертвых нельзя починить, Сид. ЭО это доказывают. И потом, у тебя нет права пытаться. — А у тебя нет права управлять жизнью других людей, – огрызнулась Сидни. Серена с улыбкой выгнула бровь: — И кто научил тебя так громко петь? Та малышка Сидни, которую я знала, едва могла чирикать.

    — Мертвых нельзя починить, Сид. ЭО это доказывают. И потом, у тебя нет права пытаться. — А у тебя нет права управлять жизнью других людей, – огрызнулась Сидни. Серена с улыбкой выгнула бровь: — И кто научил тебя так громко петь? Та малышка Сидни, которую я знала, едва могла чирикать.

    — Серена Кларк · книга
12. «

    Если ты король, то одиночество иногда бывает ценнее любых алмазов.

    Если ты король, то одиночество иногда бывает ценнее любых алмазов.

    — Сотворение света · книга
13. «

    — Как ты думаешь, почему я разрешил тебе остаться? И Лайла поняла: если она хочет узнать правду, надо будет открыться ему. А к этому она еще не готова. Поэтому она попыталась улыбнуться и пожала плечами: — Тебе нравится звук собственного голоса. Вот и захотелось найти собеседника. Он рассмеялся и положил руку ей на плечо: — И это тоже, Бард. И это тоже.

    — Как ты думаешь, почему я разрешил тебе остаться? И Лайла поняла: если она хочет узнать правду, надо будет открыться ему. А к этому она еще не готова. Поэтому она попыталась улыбнуться и пожала плечами: — Тебе нравится звук собственного голоса. Вот и захотелось найти собеседника. Он рассмеялся и положил руку ей на плечо: — И это тоже, Бард. И это тоже.

    — Дилайла Бард · книга
14. «

    — Надо тебя оставить у нас, – добавила она, задумчиво постукивая пальцем по кулону, висевшему на шее. Келл медленно встал на ноги. Рука отозвалась тупой болью. — Зачем? – спросил он. Астрид оставила в покое амулет. — Просто мне не нравятся вещи, которые мне не принадлежат, – сказала она. – Я им не доверяю. — А вы вообще чему-нибудь доверяете? – парировал Келл. – Ну или кому-нибудь, если уж на то пошло? Королева посмотрела на него, и уголки ее бледных губ дернулись вверх. — Все те, кто украсил пол в этом зале, кому-то доверяли. Теперь я ступаю по ним, когда иду пить чай.

    — Надо тебя оставить у нас, – добавила она, задумчиво постукивая пальцем по кулону, висевшему на шее. Келл медленно встал на ноги. Рука отозвалась тупой болью. — Зачем? – спросил он. Астрид оставила в покое амулет. — Просто мне не нравятся вещи, которые мне не принадлежат, – сказала она. – Я им не доверяю. — А вы вообще чему-нибудь доверяете? – парировал Келл. – Ну или кому-нибудь, если уж на то пошло? Королева посмотрела на него, и уголки ее бледных губ дернулись вверх. — Все те, кто украсил пол в этом зале, кому-то доверяли. Теперь я ступаю по ним, когда иду пить чай.

    — Темный оттенок магии · книга
15. «

    Хвост из тел или хвост из свидетелей – таков выбор. Ни один из вариантов не был идеальным, но, по крайней мере, трупы не могли давать показаний.

    Хвост из тел или хвост из свидетелей – таков выбор. Ни один из вариантов не был идеальным, но, по крайней мере, трупы не могли давать показаний.

    — Месть · книга
16. «

    — Не могу! Я чиню машины. Собираю моторы. Не людей. Машины – это просто. Болты, гайки, бензопроводы. С людьми все куда сложнее. Виктор ему не поверил. Он никогда в это не верил. Да, люди чуть более запутанные, с кучей нюансов, но в целом те же механизмы. Они работают, не работают, выходят из строя и чинятся. Их можно починить

    — Не могу! Я чиню машины. Собираю моторы. Не людей. Машины – это просто. Болты, гайки, бензопроводы. С людьми все куда сложнее. Виктор ему не поверил. Он никогда в это не верил. Да, люди чуть более запутанные, с кучей нюансов, но в целом те же механизмы. Они работают, не работают, выходят из строя и чинятся. Их можно починить

    — Виктор · книга
17. «

    Спонтанность, как твердят все специалисты, залог семейного счастья.

    Спонтанность, как твердят все специалисты, залог семейного счастья.

    — Месть · книга
18. «

    Он ходил за Виктором в гостиную, во двор, в столовую. За ленчем Митч садился по одну сторону стола, а Виктор, сидя напротив, ковырялся в тарелке – и при этом Митч не переставал следить за помещением. Виктор не отрывал глаз от своей порции. Но на еду он тоже не смотрел, на самом-то деле. Его взгляд был не сфокусированным, словно он находился где-то не здесь, не интересовался клеткой вокруг себя и чудовищами в ней. Как хищник – внезапно понял Митч. Он просмотрел достаточно фильмов о природе в телевизоре в гостиной, чтобы знать: у тех животных, которые служат добычей, глаза расположены по бокам головы, и они постоянно начеку, а у хищников глаза поставлены близко и смотрят вперед, без страха. Несмотря на то что Виктор был вдвое меньше почти любого заключенного и, судя по виду, никогда даже не участвовал в драке, не говоря уже о том, чтобы выйти из нее победителем, все в нем напоминало хищника. И Митч впервые задумался о том, нужна ли защита Виктору.

    Он ходил за Виктором в гостиную, во двор, в столовую. За ленчем Митч садился по одну сторону стола, а Виктор, сидя напротив, ковырялся в тарелке – и при этом Митч не переставал следить за помещением. Виктор не отрывал глаз от своей порции. Но на еду он тоже не смотрел, на самом-то деле. Его взгляд был не сфокусированным, словно он находился где-то не здесь, не интересовался клеткой вокруг себя и чудовищами в ней. Как хищник – внезапно понял Митч. Он просмотрел достаточно фильмов о природе в телевизоре в гостиной, чтобы знать: у тех животных, которые служат добычей, глаза расположены по бокам головы, и они постоянно начеку, а у хищников глаза поставлены близко и смотрят вперед, без страха. Несмотря на то что Виктор был вдвое меньше почти любого заключенного и, судя по виду, никогда даже не участвовал в драке, не говоря уже о том, чтобы выйти из нее победителем, все в нем напоминало хищника. И Митч впервые задумался о том, нужна ли защита Виктору.

    — Виктор · книга
19. «

    В газете Эли назвали героем. Виктор захохотал на этом слове. Не только потому, что это было абсурдом, но и потому, что ставило вопрос. Если Эли действительно герой, а Виктор вознамерился его остановить, то не превращает ли это его самого в злодея?

    В газете Эли назвали героем. Виктор захохотал на этом слове. Не только потому, что это было абсурдом, но и потому, что ставило вопрос. Если Эли действительно герой, а Виктор вознамерился его остановить, то не превращает ли это его самого в злодея?

    — Эли · книга
20. «

    — Магия не делает людей сильнее, уж поверь. А у тебя есть кое-что получше – тебя любит народ. — Быть любимым легко. А я хочу, чтобы меня уважали.

    — Магия не делает людей сильнее, уж поверь. А у тебя есть кое-что получше – тебя любит народ. — Быть любимым легко. А я хочу, чтобы меня уважали.

    — Темный оттенок магии · книга