96 цитат «Мрачные цитаты» с глубоким смыслом

96 цитат в разделе «Мрачные цитаты» — для статуса, поста или собственной коллекции.

1. «

   Заглянув в душу большинства из нас, ты увидишь мерзость, разрывающую на части яростнее самого свирепого хищника.

   Заглянув в душу большинства из нас, ты увидишь мерзость, разрывающую на части яростнее самого свирепого хищника.
2. «

   Я вспоминаю, почему начала употреблять. Разложение, смерть, подавленность. Апатия, тоска, паника. Грусть. Это и многое другое, из чего состоит моё светлое сознание. Я нерадостный и несчастливый человек. Я не вижу смысла в жизни. Я думаю о смерти. И такой я была всегда, с самого рождения. У меня не получилось с этим справиться, и наркотики заменили мне счастье. Я не могу просто так от них отказаться.

   Я вспоминаю, почему начала употреблять. Разложение, смерть, подавленность. Апатия, тоска, паника. Грусть. Это и многое другое, из чего состоит моё светлое сознание. Я нерадостный и несчастливый человек. Я не вижу смысла в жизни. Я думаю о смерти. И такой я была всегда, с самого рождения. У меня не получилось с этим справиться, и наркотики заменили мне счастье. Я не могу просто так от них отказаться.

   — Ксения Ладунка · книга
3. «

   Эти ниггеры такие же люди. И, если им не позволено подняться выше, чем животным, вы и вам подобные в ответе за это.

   Эти ниггеры такие же люди. И, если им не позволено подняться выше, чем животным, вы и вам подобные в ответе за это.

   — Сэмюэл Басс · фильм
4. «

   История учит, что невежество и суеверия способны пустить корни в сознании едва ли не каждого человека.

   История учит, что невежество и суеверия способны пустить корни в сознании едва ли не каждого человека.

   — Мэтт Хейг · книга
5. «

   — Галлифрей... ты его сожжешь? А с ним всех Далеков, но и всех детей тоже. Сколько детей, сейчас на Галлифрее? — Не знаю. — Однажды ты их подсчитаешь. Одной ужасной ночью.

   — Галлифрей... ты его сожжешь? А с ним всех Далеков, но и всех детей тоже. Сколько детей, сейчас на Галлифрее? — Не знаю. — Однажды ты их подсчитаешь. Одной ужасной ночью.

   — Военный доктор · фильм
6. «

   Был дед, да помер... Слепой и жутко злой, Никто не вспомнил, О нём с зимы холодной той.

   Был дед, да помер... Слепой и жутко злой, Никто не вспомнил, О нём с зимы холодной той.
7. «

   Одиночество убивает больше людей, чем рак.

   Одиночество убивает больше людей, чем рак.

   — Стефани Смозерс · фильм
8. «

   Сражаться против организованной армии, значит идти на верную смерть.

   Сражаться против организованной армии, значит идти на верную смерть.

   — Орочимару · аниме
9. «

   Вместо любви — черный квадрат, И те, кто свят, — на нем те, что спят.

   Вместо любви — черный квадрат, И те, кто свят, — на нем те, что спят.

   — Надежда Жаглей
10. «

    Я знал, что время — это оружие, особенно в наши дни. Ничто так не расхолаживает, как необходимость ждать.

    Я знал, что время — это оружие, особенно в наши дни. Ничто так не расхолаживает, как необходимость ждать.

    — Мэтт Хейг · книга
11. «

    Не могу справиться с мыслью, что я заперта здесь... Я всегда была тут. Почему? Не помню... Это закончится? Не знаю...

    Не могу справиться с мыслью, что я заперта здесь... Я всегда была тут. Почему? Не помню... Это закончится? Не знаю...

    — Призрачная Мита · игра
12. «

    Нил шагнул вперёд, заслоняя его собой. Такая храбрость вызвала у Рико улыбку, только радостью его лицо не светилось. Нил не осознавал, что тоже улыбается — хищной улыбкой, унаследованной от отца. Он убрал стаканчик от губ, чтобы Рико мог получше её разглядеть.

    Нил шагнул вперёд, заслоняя его собой. Такая храбрость вызвала у Рико улыбку, только радостью его лицо не светилось. Нил не осознавал, что тоже улыбается — хищной улыбкой, унаследованной от отца. Он убрал стаканчик от губ, чтобы Рико мог получше её разглядеть.

    — Нора Сакавич · книга
13. «

    Теперь пойдёт потеха. Повеселимся всласть!

    Теперь пойдёт потеха. Повеселимся всласть!

    — Кастиэль · сериал
14. «

    Люди легко могут стать одинокими — умерев. Когда люди встают перед лицом смерти, они понимают, что у них никогда не было друзей, не было никакой связи. Это ни для ни кого не сюрприз, но путешествие к смерти мы все преодолеваем в одиночестве.

    Люди легко могут стать одинокими — умерев. Когда люди встают перед лицом смерти, они понимают, что у них никогда не было друзей, не было никакой связи. Это ни для ни кого не сюрприз, но путешествие к смерти мы все преодолеваем в одиночестве.

    — Рекс Годвин (Тёмный Избранный) · аниме
15. «

    Я не хочу, чтобы женщина подумала, что я перерезаю ей ахиллово сухожилие для удовлетворения извращенной похоти. Она должна до конца оставаться в недоумении о том, что значат ее мучения, почему она истекает кровью. В том-то и суть: только постепенно умирая, она может постичь причину своей смерти. Горькую и печальную, но важную истину.

    Я не хочу, чтобы женщина подумала, что я перерезаю ей ахиллово сухожилие для удовлетворения извращенной похоти. Она должна до конца оставаться в недоумении о том, что значат ее мучения, почему она истекает кровью. В том-то и суть: только постепенно умирая, она может постичь причину своей смерти. Горькую и печальную, но важную истину.

    — Рю Мураками · книга
16. «

    Она несла в руках отвратительные, тревожные желтые цветы. Черт их знает, как их зовут, но они первые почему-то появляются в Москве. И эти цветы очень отчетливо выделялись на черном её весеннем пальто.

    Она несла в руках отвратительные, тревожные желтые цветы. Черт их знает, как их зовут, но они первые почему-то появляются в Москве. И эти цветы очень отчетливо выделялись на черном её весеннем пальто.

    — Михаил Булгаков · книга
17. «

    Сколько вас уже было, оправдывающих скотство глобальным благом? Сколько будет?

    Сколько вас уже было, оправдывающих скотство глобальным благом? Сколько будет?

    — Лу Рид · игра
18. «

    А время между тем идет и идет, я старею, слабею; гляди, не сегодня завтра заболею инфлуэнцией и умру, и потащат меня на Ваганьково; будут вспоминать обо мне приятели дня три, а потом забудут, и имя мое перестанет быть даже звуком.

    А время между тем идет и идет, я старею, слабею; гляди, не сегодня завтра заболею инфлуэнцией и умру, и потащат меня на Ваганьково; будут вспоминать обо мне приятели дня три, а потом забудут, и имя мое перестанет быть даже звуком.

    — Антон Павлович Чехов · книга
19. «

    Власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. Великие люди — почти всегда плохие люди.

    Власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. Великие люди — почти всегда плохие люди.

    — Джон Дальберг-Актон
20. «

    Да, это был – что бы там ни говорили – настоящий траур, и скорбь была неподдельной, ибо его [диктатора] смерть, которой мы так долго и так вожделенно ждали, многое открыла нам в нас самих, и прежде всего то, что, ожидая в полной безнадежности, когда он издохнет от любой из своих королевских болезней, когда вести о его кончине, – столько раз передававшиеся шепотом из уст в уста и столько раз опровергавшиеся, – станут наконец правдой, мы кончились сами, выгорели дотла, и теперь мы не поверили в его окончательный уход не потому, что в действительности не были убеждены в этом, а потому, что в глубине души этого уже не хотели; мы не могли себе представить, как будем жить дальше, как вообще может продолжаться жизнь без него – наша жизнь, в которой он, как оказалось, занимал такое непомерно большое место…

    Да, это был – что бы там ни говорили – настоящий траур, и скорбь была неподдельной, ибо его [диктатора] смерть, которой мы так долго и так вожделенно ждали, многое открыла нам в нас самих, и прежде всего то, что, ожидая в полной безнадежности, когда он издохнет от любой из своих королевских болезней, когда вести о его кончине, – столько раз передававшиеся шепотом из уст в уста и столько раз опровергавшиеся, – станут наконец правдой, мы кончились сами, выгорели дотла, и теперь мы не поверили в его окончательный уход не потому, что в действительности не были убеждены в этом, а потому, что в глубине души этого уже не хотели; мы не могли себе представить, как будем жить дальше, как вообще может продолжаться жизнь без него – наша жизнь, в которой он, как оказалось, занимал такое непомерно большое место…

    — Габриэль Гарсиа Маркес · книга