209 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты», ставших крылатыми

Ниже 209 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   История учит остерегаться чрезмерно деятельных — они дорого обходятся людям. Деяния слишком тесно связаны с выгодой, выгода — со злом.

   История учит остерегаться чрезмерно деятельных — они дорого обходятся людям. Деяния слишком тесно связаны с выгодой, выгода — со злом.
2. «

   Дорогая нагою была, но на ней Мне в угоду браслеты да бусы звенели. И смотрела она и вольней, и властней. И блаженней рабынь из гаремной постели.

   Дорогая нагою была, но на ней Мне в угоду браслеты да бусы звенели. И смотрела она и вольней, и властней. И блаженней рабынь из гаремной постели.

   — Бодлер · книга
3. «

   Искусство в отличие от иных видов деятельности независимо от внешних целей и полезности. Наслаждение, воспитание, морализование, даже красота здесь вторичны, первична — сокровенная истина человеческих бездн.

   Искусство в отличие от иных видов деятельности независимо от внешних целей и полезности. Наслаждение, воспитание, морализование, даже красота здесь вторичны, первична — сокровенная истина человеческих бездн.

   — Август Шеллинг · книга
4. «

   Трудно быть Иисусом Сирахом: «Наложи двери и замки на уста твои, растопи золото и серебро, дабы сделать из них весы, которые взвешивали бы твое слово, и выкуй надежную узду, которая бы держала твои уста».

   Трудно быть Иисусом Сирахом: «Наложи двери и замки на уста твои, растопи золото и серебро, дабы сделать из них весы, которые взвешивали бы твое слово, и выкуй надежную узду, которая бы держала твои уста».
5. «

   Что было, будет вновь, Что было, будет не однажды.

   Что было, будет вновь, Что было, будет не однажды.

   — Сологуб · книга
6. «

   И еще исповемся Тебе, Господи, что я не знаю доселе, что такое время. Так ли я измеряю его, Боже мой, и что в нем я измеряю, сам не знаю.

   И еще исповемся Тебе, Господи, что я не знаю доселе, что такое время. Так ли я измеряю его, Боже мой, и что в нем я измеряю, сам не знаю.

   — Августин · книга
7. «

   Все зло от свободы. Свобода воли тождественна разнузданности.

   Все зло от свободы. Свобода воли тождественна разнузданности.

   — Августин · книга
8. «

   На место духа мы возвели интеллект, а это означает, что мы выбрали противоборство, но не общность. Война и одиночество — вот те плоды, которые нам закономерно приходится пожинать.

   На место духа мы возвели интеллект, а это означает, что мы выбрали противоборство, но не общность. Война и одиночество — вот те плоды, которые нам закономерно приходится пожинать.

   — Музиль · книга
9. «

   Каждый подлинный писатель пишет лишь то, что никто другой не напишет за него. И только такие книги вечны.

   Каждый подлинный писатель пишет лишь то, что никто другой не напишет за него. И только такие книги вечны.
10. «

    Рабле не очень-то верит в быстроту воспитания народа и в возможность скорого изменения этого порочного мира.

    Рабле не очень-то верит в быстроту воспитания народа и в возможность скорого изменения этого порочного мира.
11. «

    Не наш внешний опыт, а наша внутренняя глубина дает нам представление о мире. Мир-из-себя — вот основа нашего знания и, естетвенно, нашей веры.

    Не наш внешний опыт, а наша внутренняя глубина дает нам представление о мире. Мир-из-себя — вот основа нашего знания и, естетвенно, нашей веры.

    — Франк · книга
12. «

    Жизнь полна несообразностей — неразрешимых и непостижимых: смертей, утрат, греха, боли, лжи, зла. Их невозможно удовлетворительно объяснить. Некоторые ищут разгадку в природе, иные — в Боге, в существовании некого могущественного начала, пребывающего по ту сторону бытия и являющегося его источником.

    Жизнь полна несообразностей — неразрешимых и непостижимых: смертей, утрат, греха, боли, лжи, зла. Их невозможно удовлетворительно объяснить. Некоторые ищут разгадку в природе, иные — в Боге, в существовании некого могущественного начала, пребывающего по ту сторону бытия и являющегося его источником.
13. «

    Когда позади века, когда истлели кости и рассыпался мрамор, мы говорим о прошлом спокойно и рассудительно. Правдиво. Когда же события происходят у нас на глазах, когда мы являемся их участниками, — трудно оставаться незаинтересованным. Запальчивость, экспансивность, желчность — плохое подспорье, но... прекрасный документ. Никто не знает, какая парадигма восторжествует в будущем, а вот оставить документ, сочащийся теплой кровью, — большая польза для истории.

    Когда позади века, когда истлели кости и рассыпался мрамор, мы говорим о прошлом спокойно и рассудительно. Правдиво. Когда же события происходят у нас на глазах, когда мы являемся их участниками, — трудно оставаться незаинтересованным. Запальчивость, экспансивность, желчность — плохое подспорье, но... прекрасный документ. Никто не знает, какая парадигма восторжествует в будущем, а вот оставить документ, сочащийся теплой кровью, — большая польза для истории.
14. «

    Задача современной поэтики не обелять человека, а проникнуть под его грязную оболочку.

    Задача современной поэтики не обелять человека, а проникнуть под его грязную оболочку.

    — Эшли Энрайт · книга
15. «

    Как писать? Писать, не вынося приговоров, не навязывая вкусов, признавая свои заблуждения. Уметь удивляться, радоваться, сомневаться, печалиться и страдать.

    Как писать? Писать, не вынося приговоров, не навязывая вкусов, признавая свои заблуждения. Уметь удивляться, радоваться, сомневаться, печалиться и страдать.
16. «

    Я считаю общество не дурным, то есть поддающимся улучшению, я считаю его абсурдным. А это совсем другое дело... Абсурдным. Меня задевает вовсе не отсутствие справедливости, а нечто гораздо более глубокое — невозможность согласиться с социальной организацией, какой бы она ни была.

    Я считаю общество не дурным, то есть поддающимся улучшению, я считаю его абсурдным. А это совсем другое дело... Абсурдным. Меня задевает вовсе не отсутствие справедливости, а нечто гораздо более глубокое — невозможность согласиться с социальной организацией, какой бы она ни была.

    — Кафка · книга
17. «

    Мир слишком груб для меня.

    Мир слишком груб для меня.

    — Китс · книга
18. «

    Она прелестна в свете нежном Весны шестнадцатой своей Чистосердечьем безмятежным Еще невинных детских дней.

    Она прелестна в свете нежном Весны шестнадцатой своей Чистосердечьем безмятежным Еще невинных детских дней.

    — Поль Верлен · книга
19. «

    Вдохновение — не что иное, как награда за каждодневный труд.

    Вдохновение — не что иное, как награда за каждодневный труд.

    — Бодлер · книга
20. «

    Сегодня, когда мы заговорили о перестройке, гласности и свободе, я по-прежнему испытываю один только страх — за себя и за тех, кто поверил в возможность вольнодумства в эпоху фанатического рвения вождей и масс.

    Сегодня, когда мы заговорили о перестройке, гласности и свободе, я по-прежнему испытываю один только страх — за себя и за тех, кто поверил в возможность вольнодумства в эпоху фанатического рвения вождей и масс.