304 цитаты из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» для вдохновения

Ниже 304 цитаты из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Но счастлив я был бы только в том случае, если бы смог привести мир к чистоте, правде незыблимости.

   Но счастлив я был бы только в том случае, если бы смог привести мир к чистоте, правде незыблимости.

   — Кафка · книга
2. «

   Большинство великих комедиантов вовсе не были так веселы и забавны, как может показаться при чтении их комедий.

   Большинство великих комедиантов вовсе не были так веселы и забавны, как может показаться при чтении их комедий.
3. «

   Мне пришло в голову новое выражение, которое неплохо раскрывает соотношение между «классическим» и «романтическим». Классическое я называю здоровым, а романтическое больным.

   Мне пришло в голову новое выражение, которое неплохо раскрывает соотношение между «классическим» и «романтическим». Классическое я называю здоровым, а романтическое больным.

   — И. В. Гёте · книга
4. «

   Демоническое — это то, чего не может постигнуть ни рассудок, ни разум. Моей натуре оно чуждо, но я ему подвластен.

   Демоническое — это то, чего не может постигнуть ни рассудок, ни разум. Моей натуре оно чуждо, но я ему подвластен.

   — И. В. Гёте · книга
5. «

   Шекспир, подобно второму творцу, раскрыл перед нами бесконечное истинное человеческой природы. Бетховен придал музыке самостоятельную, мужественную поэтическую мощь.

   Шекспир, подобно второму творцу, раскрыл перед нами бесконечное истинное человеческой природы. Бетховен придал музыке самостоятельную, мужественную поэтическую мощь.
6. «

   Чтение поэта есть уже творчество.

   Чтение поэта есть уже творчество.
7. «

   Так, Поэт, ты паришь под грозой, в урагане, Недоступный для стрел, непокорный судьбе, Но ходить по земле среди свиста и брани Исполинские крылья мешают тебе.

   Так, Поэт, ты паришь под грозой, в урагане, Недоступный для стрел, непокорный судьбе, Но ходить по земле среди свиста и брани Исполинские крылья мешают тебе.

   — Гофман · книга
8. «

   Ничего не может иметь более важного значения для обоснования твердой системы здравого и истинного знания как объяснение в начале исследования того, что понимается под словами: вещь, реальность, существование; потому что тщетно станем мы спорить о реальном существовании вещей или притязать на какое-либоо их познание, пока не установим прочно мысла этих слов.

   Ничего не может иметь более важного значения для обоснования твердой системы здравого и истинного знания как объяснение в начале исследования того, что понимается под словами: вещь, реальность, существование; потому что тщетно станем мы спорить о реальном существовании вещей или притязать на какое-либоо их познание, пока не установим прочно мысла этих слов.
9. «

   Шеллинг рано осознал, что главное в философии — человек, его добро и его зло лежат по ту сторону диалектики и рациональности. И философией своей он желал покончить с недостойным человека существованием вражды, насилия, мрака.

   Шеллинг рано осознал, что главное в философии — человек, его добро и его зло лежат по ту сторону диалектики и рациональности. И философией своей он желал покончить с недостойным человека существованием вражды, насилия, мрака.
10. «

    С Блейка начинается традиция безразличия к публике. Для истинного художника публики не существует, скажет спустя столетия О. Уайльд. Если Джонсон ориентировался на рядового читателя, а для Попа расположение публики было крайне важным, то с Блейка и Шелли начинают поднимать аудиторию до собственного уровня.

    С Блейка начинается традиция безразличия к публике. Для истинного художника публики не существует, скажет спустя столетия О. Уайльд. Если Джонсон ориентировался на рядового читателя, а для Попа расположение публики было крайне важным, то с Блейка и Шелли начинают поднимать аудиторию до собственного уровня.
11. «

    Прометей принес людям не только огонь, но и костер инквизиции, и порох, и пожарища, и атомную бомбу. Мы славим нашего Прометея! И было бы нелепо не славить того, кто принял вечную боль ради нас.

    Прометей принес людям не только огонь, но и костер инквизиции, и порох, и пожарища, и атомную бомбу. Мы славим нашего Прометея! И было бы нелепо не славить того, кто принял вечную боль ради нас.
12. «

    Целью поэзии должна быть применимая к жизни правда.

    Целью поэзии должна быть применимая к жизни правда.
13. «

    Мир слишком груб для меня.

    Мир слишком груб для меня.

    — Китс · книга
14. «

    Здравствуй радость, здравствуй горе, Леты ил, Гермеса перья, Всё, что есть и будет вскоре - Всё люблю равно теперь я!

    Здравствуй радость, здравствуй горе, Леты ил, Гермеса перья, Всё, что есть и будет вскоре - Всё люблю равно теперь я!

    — Китс · книга
15. «

    Да, поэту нравится, когда его слушают многие. Но настоящий, харизматический поэт прежде всего поет для себя. Как соловей. Поет, ибо не может не петь.

    Да, поэту нравится, когда его слушают многие. Но настоящий, харизматический поэт прежде всего поет для себя. Как соловей. Поет, ибо не может не петь.
16. «

    Миф — основа искусства и его первичный материал, ибо миф есть бессознательное, непроизвольное, стихийное творчество.

    Миф — основа искусства и его первичный материал, ибо миф есть бессознательное, непроизвольное, стихийное творчество.
17. «

    Я живу всецело и безраздельно эстетическими и умственными интересами и никак не могу насытиться сокровищами живописи, поэзии и философии.

    Я живу всецело и безраздельно эстетическими и умственными интересами и никак не могу насытиться сокровищами живописи, поэзии и философии.

    — Бальмонт · книга
18. «

    Дай сердцу верить в ложь, дай опьяниться снами, в тени ресниц твоих позволь дремать часами, как в грезах, утопать в зрачках любимых глаз.

    Дай сердцу верить в ложь, дай опьяниться снами, в тени ресниц твоих позволь дремать часами, как в грезах, утопать в зрачках любимых глаз.

    — Бодлер · книга
19. «

    Пессимизм естественен, ибо является прямым следствием двух трагически-неискоренимых реалий: благие деяния остаются непризнанными или караются, а злонамеренные прикрываются маской добродетели.

    Пессимизм естественен, ибо является прямым следствием двух трагически-неискоренимых реалий: благие деяния остаются непризнанными или караются, а злонамеренные прикрываются маской добродетели.
20. «

    Хорошо всё то, что делает людей счастливее без ущерба чужому счастью.

    Хорошо всё то, что делает людей счастливее без ущерба чужому счастью.