501 цитата из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» на каждый день

Ниже 501 цитата из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Я должен сознаться, что не нахожу, будто движение может быть иным, кроме относительного. Иного движения я не способен мыслить.

   Я должен сознаться, что не нахожу, будто движение может быть иным, кроме относительного. Иного движения я не способен мыслить.

   — Беркли (Berkley) · книга
2. «

   Всем моим произведениям не хватает одного — умения, когда я что-то закончил, спросить: для чего всё это я извлек на свет7 Чего я хочу? Я не занимаю определенной позиции, я не знаю, куда приду, куда приведет меня мысль?

   Всем моим произведениям не хватает одного — умения, когда я что-то закончил, спросить: для чего всё это я извлек на свет7 Чего я хочу? Я не занимаю определенной позиции, я не знаю, куда приду, куда приведет меня мысль?

   — Музиль · книга
3. «

   Я лучше всех знаю, почему смеется только человек: он один страдает так глубоко, что вынужден был изобрести смех.

   Я лучше всех знаю, почему смеется только человек: он один страдает так глубоко, что вынужден был изобрести смех.

   — Фридрих Ницше · книга
4. «

   Любовь, доведенная до исступления, ведет у лучших натур к отказу от эгоизма.

   Любовь, доведенная до исступления, ведет у лучших натур к отказу от эгоизма.

   — Вагнер · книга
5. «

   На клочке земли теснятся столько-то миллионов существ, полагающих, что им не следует вмешиваться в жизнь соседей, которые, словно корни, вросли в смежный клочок земли. Каждый, от мала до велика, забьется, словно дикарь, в свое логово. Не нужно большого ума, чтобы понять, что единая семья человечества — это утопия.

   На клочке земли теснятся столько-то миллионов существ, полагающих, что им не следует вмешиваться в жизнь соседей, которые, словно корни, вросли в смежный клочок земли. Каждый, от мала до велика, забьется, словно дикарь, в свое логово. Не нужно большого ума, чтобы понять, что единая семья человечества — это утопия.

   — Изидор Дюкас · книга
6. «

   Прежде меня забавляли честолюбивые проекты, интриги и политические столкновения, теперь же они представляются мне пустым, мимолетным видением.

   Прежде меня забавляли честолюбивые проекты, интриги и политические столкновения, теперь же они представляются мне пустым, мимолетным видением.

   — Беркли (Berkley) · книга
7. «

   Философское произведение может быть понято лишь очень немногими, и тем не менее никто не обвиняет автора в неясности.

   Философское произведение может быть понято лишь очень немногими, и тем не менее никто не обвиняет автора в неясности.
8. «

   Великая Судьба — наместник Бога.

   Великая Судьба — наместник Бога.
9. «

   История повторяется. Меняются только имена.

   История повторяется. Меняются только имена.

   — Блум (Bloom) · книга
10. «

    Без противоречий нет различия. Влечение и отвращение, рассудок и чувство, любовь и ненависть необходимы для существования человечества.

    Без противоречий нет различия. Влечение и отвращение, рассудок и чувство, любовь и ненависть необходимы для существования человечества.

    — Блейк · книга
11. «

    Появление всякого нового произведения искусства влияет как на будущие, так и на предшествующие произведения. После Элиота мы по другому смотрим на Данте.

    Появление всякого нового произведения искусства влияет как на будущие, так и на предшествующие произведения. После Элиота мы по другому смотрим на Данте.
12. «

    Он был необычайно привлекателен, честен, открыт, горд, свободолюбив, независим. Он остался верен себе и никогда ни в чем не предавал своих убеждений. Он не завидовал успехам других, с огромным уважением относился к великим современникам.

    Он был необычайно привлекателен, честен, открыт, горд, свободолюбив, независим. Он остался верен себе и никогда ни в чем не предавал своих убеждений. Он не завидовал успехам других, с огромным уважением относился к великим современникам.
13. «

    О, клятвы юности, сколь вы прекрасны! Сколь невыполнимы!..

    О, клятвы юности, сколь вы прекрасны! Сколь невыполнимы!..

    — Артюр Рембо · книга
14. «

    Прямо скажем: матерящемуся народу, создавшему самую крепкую в мире брань, не повезло в истории. Крепкий мат — не от доброй жизни...

    Прямо скажем: матерящемуся народу, создавшему самую крепкую в мире брань, не повезло в истории. Крепкий мат — не от доброй жизни...
15. «

    Изуверство человеческое глубинно, инквизиция — в душах людей. Даже природные катаклизмы не способны вразумить человека.

    Изуверство человеческое глубинно, инквизиция — в душах людей. Даже природные катаклизмы не способны вразумить человека.

    — Клейст · книга
16. «

    Весь наш опыт демонстрирует, что сокровищницу культуры трудно наполнить, разбазарить же ее можно бысто и легко.

    Весь наш опыт демонстрирует, что сокровищницу культуры трудно наполнить, разбазарить же ее можно бысто и легко.
17. «

    Искусство — вечность, время — миг.

    Искусство — вечность, время — миг.

    — Бодлер · книга
18. «

    Человек — это тяжесть судьбы; обещанный ему покой ненадежен, беззаботная жизнь — обман. Удел крестьянина во все времена вгонять окровавленной ногой лопату в жестокую поверхность земли.

    Человек — это тяжесть судьбы; обещанный ему покой ненадежен, беззаботная жизнь — обман. Удел крестьянина во все времена вгонять окровавленной ногой лопату в жестокую поверхность земли.

    — Бодлер · книга
19. «

    Мне легче будет стать забвенной горстью пыли, Чем вдохновением и мукой торговать.

    Мне легче будет стать забвенной горстью пыли, Чем вдохновением и мукой торговать.

    — Леконт де Лиль · книга
20. «

    Не существует средств для общения. Даже то единственное, чем мы обладаем — язык, — не пригоден для этого; он не может обрисовать душу. Поэтому меня охватывает чувство, похожее на страх, всякий раз, как я хочу кому-нибудь открыть свой внутренний мир.

    Не существует средств для общения. Даже то единственное, чем мы обладаем — язык, — не пригоден для этого; он не может обрисовать душу. Поэтому меня охватывает чувство, похожее на страх, всякий раз, как я хочу кому-нибудь открыть свой внутренний мир.

    — Клейст · книга