640 фраз из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты», которые запомнились

Ниже 640 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Одно дело — член организации, совсем другое — ее функционер или глава. Веротерпимость, еретичество, сободомыслие быстро сменяются требованием беспощадно наказывать инакомыслящих как преступников и даже смысл евангельского афоризма «убеди их прийти» меняется на «принуди их войти» — девиз инквизиции.

   Одно дело — член организации, совсем другое — ее функционер или глава. Веротерпимость, еретичество, сободомыслие быстро сменяются требованием беспощадно наказывать инакомыслящих как преступников и даже смысл евангельского афоризма «убеди их прийти» меняется на «принуди их войти» — девиз инквизиции.
2. «

   Осознав тщету утопии и веры — что им противопоставил Парнас? — Собственную лирику, лирику-заклинание, поэзию-причащение чуду, священный Глагол. Леконт де Лиль считал своих сподвижников новой теократией, исповедывающей религию Красоты поэзии, священниками собственной истины. Это действительно был культ — культ культуры и искусства.

   Осознав тщету утопии и веры — что им противопоставил Парнас? — Собственную лирику, лирику-заклинание, поэзию-причащение чуду, священный Глагол. Леконт де Лиль считал своих сподвижников новой теократией, исповедывающей религию Красоты поэзии, священниками собственной истины. Это действительно был культ — культ культуры и искусства.
3. «

   Необходимым элементом стремления «Я» к единству с Богом является очищение, духовная вечная блаженная жизнь, бессмертие. Бессмертие — чисто духовная жизнь, условием которой является катарсис. Будущее, посмертное состояние души обусловлено его теперешним состоянием, то есть степенью очищения.

   Необходимым элементом стремления «Я» к единству с Богом является очищение, духовная вечная блаженная жизнь, бессмертие. Бессмертие — чисто духовная жизнь, условием которой является катарсис. Будущее, посмертное состояние души обусловлено его теперешним состоянием, то есть степенью очищения.
4. «

   Признание и прижизненная слава искажают подлинность человека. Эйфория славы слишком часто смертельна для вдохновения.

   Признание и прижизненная слава искажают подлинность человека. Эйфория славы слишком часто смертельна для вдохновения.
5. «

   Извечная мудрость древних схоларков и средневековых мистиков: очищение воли безнадежностью, покаянием и отречением от вожделений; в помыслах о небытии обрести надежду на обновление жизни.

   Извечная мудрость древних схоларков и средневековых мистиков: очищение воли безнадежностью, покаянием и отречением от вожделений; в помыслах о небытии обрести надежду на обновление жизни.
6. «

   «Всё — дозволено» одни понимают как снятие запретов с творчества, как свободу духа, а другие — как разгул насилия и смерти...

   «Всё — дозволено» одни понимают как снятие запретов с творчества, как свободу духа, а другие — как разгул насилия и смерти...
7. «

   Все Свифты — мученики, ибо благоденствовать в мире насилия — подлость, ибо покупать блага ценой компромисса — низость.

   Все Свифты — мученики, ибо благоденствовать в мире насилия — подлость, ибо покупать блага ценой компромисса — низость.
8. «

   Деньги — средство, а не цель. Превратить их в цель — значит погубить душу.

   Деньги — средство, а не цель. Превратить их в цель — значит погубить душу.

   — Фома Аквинский · книга
9. «

   О Боже! Даруй мне чистоту сердца и непорочность воздержания, но не спеши!

   О Боже! Даруй мне чистоту сердца и непорочность воздержания, но не спеши!

   — Августин · книга
10. «

    Хорошая поэзия никогда не создается в формах двадцатилетней давности, ибо, если поэт пишет в старой манере, он и черпает из устаревшей жизни. А раз меняется жизнь, меняется и форма, и содержание поэзии. Новая поэзия должна быть полностью лишена сентиментальничания и манерничанья старой. Она должна быть прозрачной и строгой.

    Хорошая поэзия никогда не создается в формах двадцатилетней давности, ибо, если поэт пишет в старой манере, он и черпает из устаревшей жизни. А раз меняется жизнь, меняется и форма, и содержание поэзии. Новая поэзия должна быть полностью лишена сентиментальничания и манерничанья старой. Она должна быть прозрачной и строгой.

    — Эзра Паунд · книга
11. «

    Но счастлив я был бы только в том случае, если бы смог привести мир к чистоте, правде незыблимости.

    Но счастлив я был бы только в том случае, если бы смог привести мир к чистоте, правде незыблимости.

    — Кафка · книга
12. «

    Прошлое живет и под снегом лет. Оно как родник, что вечно бьет под ледяным панцирем, родник, где плещутся, извиваясь, бесчисленные молчаливые пловцы, ваши воспоминания.

    Прошлое живет и под снегом лет. Оно как родник, что вечно бьет под ледяным панцирем, родник, где плещутся, извиваясь, бесчисленные молчаливые пловцы, ваши воспоминания.

    — Бертран · книга
13. «

    Существует не два различных мира, а только один мир, в котором заключается всё, между прочим и то, что в обыденном сознании противополагается, как природа и дух. В философии тождества нет субъекта и нет объекта, а есть субъект-объект. Все различия в природе накапливаются. Существует абсолютно недифференцированное первоначальное единство (Бог), в котором не содержится никаких различий, и существует развитие, происходящее возвышением субъективного из всякой объективизации. Формула всеединства такова: абсолютное — субъект + объект — абсолютное тождество субъективного и объективного, идеального и реального.

    Существует не два различных мира, а только один мир, в котором заключается всё, между прочим и то, что в обыденном сознании противополагается, как природа и дух. В философии тождества нет субъекта и нет объекта, а есть субъект-объект. Все различия в природе накапливаются. Существует абсолютно недифференцированное первоначальное единство (Бог), в котором не содержится никаких различий, и существует развитие, происходящее возвышением субъективного из всякой объективизации. Формула всеединства такова: абсолютное — субъект + объект — абсолютное тождество субъективного и объективного, идеального и реального.
14. «

    Общественное — мертвое. И оживить его способно только разоблачение общественного — это и есть высшая гражданственность. Патриотизм — не согбенность перед родиной, пожирающей своих сыновей, патриотизм — распрямленность, глаза в глаза с правдой и с жизнью.

    Общественное — мертвое. И оживить его способно только разоблачение общественного — это и есть высшая гражданственность. Патриотизм — не согбенность перед родиной, пожирающей своих сыновей, патриотизм — распрямленность, глаза в глаза с правдой и с жизнью.
15. «

    Цивилизация разрушительна и жестока, ее цель — Содом и Гоморра. История — это нескончаемый конфликт природного и социального, естественного и идеологического, Эдема и Содома. Вот почему она и движется от первого ко второму.

    Цивилизация разрушительна и жестока, ее цель — Содом и Гоморра. История — это нескончаемый конфликт природного и социального, естественного и идеологического, Эдема и Содома. Вот почему она и движется от первого ко второму.

    — Клейст · книга
16. «

    Поэт волен петь всё. Ибо, когда появляются табу, исчезает поэзия. Сегодня поэты поют государственные теории так же точно, как раньше в их прешественниках пели соловьи и благоухали розы.

    Поэт волен петь всё. Ибо, когда появляются табу, исчезает поэзия. Сегодня поэты поют государственные теории так же точно, как раньше в их прешественниках пели соловьи и благоухали розы.
17. «

    Не наш внешний опыт, а наша внутренняя глубина дает нам представление о мире. Мир-из-себя — вот основа нашего знания и, естетвенно, нашей веры.

    Не наш внешний опыт, а наша внутренняя глубина дает нам представление о мире. Мир-из-себя — вот основа нашего знания и, естетвенно, нашей веры.

    — Франк · книга
18. «

    Правильная честная жизнь редко бывает счастливой, она не должна быть счастливой.

    Правильная честная жизнь редко бывает счастливой, она не должна быть счастливой.
19. «

    Гёте — корифей, идол, исчадие нашего времени.

    Гёте — корифей, идол, исчадие нашего времени.

    — Эккерман · книга
20. «

    УЛИСС — не неверие и не презрение к человеку, ибо искренность и честность не могут быть аморальны. Неверие и презрение — это когда лгут. Говорить же правду — значит верить, верить в многомерность человека и его способность преодолеть и победить самого себя. Что человек и делает ежеминутно.

    УЛИСС — не неверие и не презрение к человеку, ибо искренность и честность не могут быть аморальны. Неверие и презрение — это когда лгут. Говорить же правду — значит верить, верить в многомерность человека и его способность преодолеть и победить самого себя. Что человек и делает ежеминутно.