644 цитаты из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» для статуса

Ниже 644 цитаты из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Пускай дерзают те, чей безграничен дар, Кто с первых опытов отмечен Аполлоном. Безвестный, я пойду путем непроторенным, Но без глубоких тайн и без великих чар.

   Пускай дерзают те, чей безграничен дар, Кто с первых опытов отмечен Аполлоном. Безвестный, я пойду путем непроторенным, Но без глубоких тайн и без великих чар.

   — Дю Белле · книга
2. «

   Угадать я стараюсь в роптаньи Лики тонкие зовов печальных, И в мерцаньи огней музыкальных Лик Любви — словно рай в обещаньи!..

   Угадать я стараюсь в роптаньи Лики тонкие зовов печальных, И в мерцаньи огней музыкальных Лик Любви — словно рай в обещаньи!..

   — Поль Верлен · книга
3. «

   Единственное преимущество, на которое я претендую, — это то, что я всегда мыслил и судил самостоятельно.

   Единственное преимущество, на которое я претендую, — это то, что я всегда мыслил и судил самостоятельно.

   — Беркли (Berkley) · книга
4. «

   «Творить — что значит: над собой нелицемерный суд держать». Но ведь все автобиографии пишут, чтобы замолчать свою жизнь, даже клевеща на себя, себя приукрашивают.

   «Творить — что значит: над собой нелицемерный суд держать». Но ведь все автобиографии пишут, чтобы замолчать свою жизнь, даже клевеща на себя, себя приукрашивают.
5. «

   В размытой синеве, неярко и нещадно Сияет солнца свет; похожи на костры Кусты осенних роз в тугих объятьях ветра, И воздух чист и свеж, как поцелуй сестры.

   В размытой синеве, неярко и нещадно Сияет солнца свет; похожи на костры Кусты осенних роз в тугих объятьях ветра, И воздух чист и свеж, как поцелуй сестры.

   — Поль Верлен · книга
6. «

   А зло все растет от поколения к поколению. Мало того что на нас ложатся грехи наших предков, мы еще передаем потомкам наследственные пороки, отягченные нашими собственными.

   А зло все растет от поколения к поколению. Мало того что на нас ложатся грехи наших предков, мы еще передаем потомкам наследственные пороки, отягченные нашими собственными.

   — И. В. Гёте · книга
7. «

   Утопия всегда инфантильна, молодость всегда революционна. Революция для нее символ грядущего блага, радость быть собой, жить и принадлежать всем и себе.

   Утопия всегда инфантильна, молодость всегда революционна. Революция для нее символ грядущего блага, радость быть собой, жить и принадлежать всем и себе.
8. «

   Его непреклонный характер проявился уже в детстве. Он был столь нетерпим к ограничениям и наставлениям, что отец не рискнул пустить его к учителю. Так что он «сделал себя» сам: образовал, обучил, научил самостоятельно мыслить.

   Его непреклонный характер проявился уже в детстве. Он был столь нетерпим к ограничениям и наставлениям, что отец не рискнул пустить его к учителю. Так что он «сделал себя» сам: образовал, обучил, научил самостоятельно мыслить.
9. «

   Автоматизм вины состоит в том, что один грех неумолимо влечет за собой вереницу других.

   Автоматизм вины состоит в том, что один грех неумолимо влечет за собой вереницу других.

   — Эшенбах · книга
10. «

    Каждый выдающийся человек связан не только с величием своего времени, но и с его убожеством.

    Каждый выдающийся человек связан не только с величием своего времени, но и с его убожеством.

    — И. В. Гёте · книга
11. «

    К Плотину, как ни к кому иному, относится библейский афоризм: деятель всегда ограничен — кому не под силу думать, тот действует. И вот что поучительно: где сегодня действия Киров, Александров, Тамерланов?... Где их мировые империи, горы злата, роскошь, слава? А вот мысли великих любителей мысли остались — и не только мысли, но и подлинная слава — не то, что в день смерти превращается в проклятья. На все времена.

    К Плотину, как ни к кому иному, относится библейский афоризм: деятель всегда ограничен — кому не под силу думать, тот действует. И вот что поучительно: где сегодня действия Киров, Александров, Тамерланов?... Где их мировые империи, горы злата, роскошь, слава? А вот мысли великих любителей мысли остались — и не только мысли, но и подлинная слава — не то, что в день смерти превращается в проклятья. На все времена.
12. «

    Определение человека-массы, в сущности, просто — это тот, кому чуждо интеллектуальное усилие. Его можно пропустить через университеты и академии, плотно оснастить званиями и регалиями, восславить — всё равно прекрасное и высокое оставит его слепым и глухим. Телевизор и газета — его потолок. Агрессивное неприятие истины — его удел.

    Определение человека-массы, в сущности, просто — это тот, кому чуждо интеллектуальное усилие. Его можно пропустить через университеты и академии, плотно оснастить званиями и регалиями, восславить — всё равно прекрасное и высокое оставит его слепым и глухим. Телевизор и газета — его потолок. Агрессивное неприятие истины — его удел.
13. «

    И вновь промозглый мрак овладевает нами, - Где летней ясности живая синева? Мы завтра зиму ждем, вчера скончалось лето.

    И вновь промозглый мрак овладевает нами, - Где летней ясности живая синева? Мы завтра зиму ждем, вчера скончалось лето.

    — Бодлер · книга
14. «

    Имеется немало художников, пользующихся славой, которые прямо заявляют, что их единственное стремление — это потрафлять вкусам зрителей.

    Имеется немало художников, пользующихся славой, которые прямо заявляют, что их единственное стремление — это потрафлять вкусам зрителей.
15. «

    Писать надо лишь тогда, когда невмоготу терпеть, когда лопается гололва и льются слезы. Надо, чтобы мысль созрела настолько, чтобы вы горели ею, рыдали над нею, чтобы она отравляла вам покой, — тогда пишите.

    Писать надо лишь тогда, когда невмоготу терпеть, когда лопается гололва и льются слезы. Надо, чтобы мысль созрела настолько, чтобы вы горели ею, рыдали над нею, чтобы она отравляла вам покой, — тогда пишите.
16. «

    Дедукции и индукции Юм предпочитал интуицию.

    Дедукции и индукции Юм предпочитал интуицию.
17. «

    Всё, что движется, приводится чем-то в движение; восходя по цепочке от следствия к причине, мы рано или поздно придем к первопричине — тому, что всё движет, будучи неподвижен. Это Бог.

    Всё, что движется, приводится чем-то в движение; восходя по цепочке от следствия к причине, мы рано или поздно придем к первопричине — тому, что всё движет, будучи неподвижен. Это Бог.

    — Фома Аквинский · книга
18. «

    Смысл философии позднего Шеллинга — иллюстрация ничтожества всех противоречий, движение души к интуиции бесконечного, скачок в трансцендетный мир.

    Смысл философии позднего Шеллинга — иллюстрация ничтожества всех противоречий, движение души к интуиции бесконечного, скачок в трансцендетный мир.
19. «

    Человек, по Юму, есть сгусток перцепций: воспринимающая созидательность, восприятие, творящее свой мир.

    Человек, по Юму, есть сгусток перцепций: воспринимающая созидательность, восприятие, творящее свой мир.
20. «

    Мир становился зыбким, расплывчатым, неуловимым — он непрерывно менялся в соответствии с душевным состоянием рассказчика.

    Мир становился зыбким, расплывчатым, неуловимым — он непрерывно менялся в соответствии с душевным состоянием рассказчика.