770 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» с глубоким смыслом

Ниже 770 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Моя душа — глухой всебожий храм, Там дышат тени, смутно нарастая...

   Моя душа — глухой всебожий храм, Там дышат тени, смутно нарастая...

   — Бальмонт · книга
2. «

   Это — экстаз утомленности, Это — истома влюбленности. Это — дрожанье лесов, Ветра под ласкою млеющих, Это — меж веток сереющих Маленький хор голосов.

   Это — экстаз утомленности, Это — истома влюбленности. Это — дрожанье лесов, Ветра под ласкою млеющих, Это — меж веток сереющих Маленький хор голосов.

   — Поль Верлен · книга
3. «

   Если тебе плюют в лицо, а ты молчишь, чего от тебя ожидать?

   Если тебе плюют в лицо, а ты молчишь, чего от тебя ожидать?
4. «

   Но и сегодня к каждому маленькому «да» надо привесить чудовищное «нет», чтобы это «да» увидело свет.

   Но и сегодня к каждому маленькому «да» надо привесить чудовищное «нет», чтобы это «да» увидело свет.
5. «

   Как писать? Писать, не вынося приговоров, не навязывая вкусов, признавая свои заблуждения. Уметь удивляться, радоваться, сомневаться, печалиться и страдать.

   Как писать? Писать, не вынося приговоров, не навязывая вкусов, признавая свои заблуждения. Уметь удивляться, радоваться, сомневаться, печалиться и страдать.
6. «

   Того, кого Судьба всю жизнь терзает, Преследует, моленьям не внимает, Того она великим назначает.

   Того, кого Судьба всю жизнь терзает, Преследует, моленьям не внимает, Того она великим назначает.

   — Джон Донн · книга
7. «

   Мы полые люди, Мы чучела, а не люди. Склоняемся вместе - Труха в голове, Бормочем вместе Тихо и сухо, Без чувства и сути, Как ветер в сухой траве.

   Мы полые люди, Мы чучела, а не люди. Склоняемся вместе - Труха в голове, Бормочем вместе Тихо и сухо, Без чувства и сути, Как ветер в сухой траве.

   — Томас Стерн Элиот · книга
8. «

   Мистика, темнота, патология Гофмана — не более чем страстный протест против обесчеловечивания человека или чрезмерной его человечности — как хотите. Неудивительно, что рационалист Гегель принимал гофмановский ужас перед бытием за «юмор по поводу мерзости».

   Мистика, темнота, патология Гофмана — не более чем страстный протест против обесчеловечивания человека или чрезмерной его человечности — как хотите. Неудивительно, что рационалист Гегель принимал гофмановский ужас перед бытием за «юмор по поводу мерзости».
9. «

   Идеологу необходимо «единство», ибо оно есть монопольное право принимать решения и не отвечать за них. «Единство» — это неподсудность, неподконтрольность, привилегированность и — самая надежная гарантия творить все мыслимые и немыслимые непотребства ради «святого дела».

   Идеологу необходимо «единство», ибо оно есть монопольное право принимать решения и не отвечать за них. «Единство» — это неподсудность, неподконтрольность, привилегированность и — самая надежная гарантия творить все мыслимые и немыслимые непотребства ради «святого дела».
10. «

    Всё великое связано со своей культурой. Связи могут быть неуловимы, но культура — это дух, а духом пропитан воздух, которым мы дышим.

    Всё великое связано со своей культурой. Связи могут быть неуловимы, но культура — это дух, а духом пропитан воздух, которым мы дышим.
11. «

    Постижение внутренней трагичности бытия остается на похмелье после опьяняющей эйфории юности.

    Постижение внутренней трагичности бытия остается на похмелье после опьяняющей эйфории юности.
12. «

    Бог становится таким, как мы, чтобы мы могли стать такими, как Он.

    Бог становится таким, как мы, чтобы мы могли стать такими, как Он.

    — Блейк · книга
13. «

    Почему я, собственно, против свободы печати? Потому что она порождает посредственность. Ограничивающий закон благотворен, ибо оппозиция, не знающая узды, становится плоской. Ограничения же понуждают к находчивости.

    Почему я, собственно, против свободы печати? Потому что она порождает посредственность. Ограничивающий закон благотворен, ибо оппозиция, не знающая узды, становится плоской. Ограничения же понуждают к находчивости.

    — И. В. Гёте · книга
14. «

    Мы — иллюзорно: оснований для общности нет.

    Мы — иллюзорно: оснований для общности нет.

    — Томас Стерн Элиот · книга
15. «

    Он был необычайно привлекателен, честен, открыт, горд, свободолюбив, независим. Он остался верен себе и никогда ни в чем не предавал своих убеждений. Он не завидовал успехам других, с огромным уважением относился к великим современникам.

    Он был необычайно привлекателен, честен, открыт, горд, свободолюбив, независим. Он остался верен себе и никогда ни в чем не предавал своих убеждений. Он не завидовал успехам других, с огромным уважением относился к великим современникам.
16. «

    Заблуждения Оригена носили не только теологический характер; в дни своей молодости он совершил непоправимую ошибку, явившуюся результатом излишне буквального толкования текста: «И есть скопцы, которые сделали себя скопцами для Царства Небесного». Способ, к которому столь опрометчиво прибег Ориген, чтобы избегнуть искушений плоти, был осужден церковью.

    Заблуждения Оригена носили не только теологический характер; в дни своей молодости он совершил непоправимую ошибку, явившуюся результатом излишне буквального толкования текста: «И есть скопцы, которые сделали себя скопцами для Царства Небесного». Способ, к которому столь опрометчиво прибег Ориген, чтобы избегнуть искушений плоти, был осужден церковью.
17. «

    Не существует средств для общения. Даже то единственное, чем мы обладаем — язык, — не пригоден для этого; он не может обрисовать душу. Поэтому меня охватывает чувство, похожее на страх, всякий раз, как я хочу кому-нибудь открыть свой внутренний мир.

    Не существует средств для общения. Даже то единственное, чем мы обладаем — язык, — не пригоден для этого; он не может обрисовать душу. Поэтому меня охватывает чувство, похожее на страх, всякий раз, как я хочу кому-нибудь открыть свой внутренний мир.

    — Клейст · книга
18. «

    Идеи, с которыми вы не соглашались, мнения, которые вы отвергали, были также важны, как и те, что вы сразу принимали близко к сердцу.

    Идеи, с которыми вы не соглашались, мнения, которые вы отвергали, были также важны, как и те, что вы сразу принимали близко к сердцу.
19. «

    Ну а каким же органом мы воспринимаем время? Но как мы можем что-либо измерять, если не можем назвать ни одного его свойства? Чтобы измерить его, оно должно протекать равномерно, а где это сказано, что оно так и протекает? В восприятиях нашего сознания этого нет, мы лишь допускаем равномерность для порядка, а наши измерительные единицы — просто условность.

    Ну а каким же органом мы воспринимаем время? Но как мы можем что-либо измерять, если не можем назвать ни одного его свойства? Чтобы измерить его, оно должно протекать равномерно, а где это сказано, что оно так и протекает? В восприятиях нашего сознания этого нет, мы лишь допускаем равномерность для порядка, а наши измерительные единицы — просто условность.
20. «

    Очень полезно показать светским людям, какого труда стоит тот предмет роскоши, что зовется Поэзией.

    Очень полезно показать светским людям, какого труда стоит тот предмет роскоши, что зовется Поэзией.

    — Бодлер · книга