101 лучших цитата из книги «Иоганн Вольфганг фон Гёте. Годы учения Вильгельма Мейстера»

Ниже 101 цитата из книги «Иоганн Вольфганг фон Гёте. Годы учения Вильгельма Мейстера»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Трудно даже вообразить, что могут сделать обстоятельства с художником; притом у величайшего гения, у самого бесспорного таланта бесконечны требования, которые ему приходится к себе предъявлять, и неописуемо прилежание, необходимое для его развития.

   Трудно даже вообразить, что могут сделать обстоятельства с художником; притом у величайшего гения, у самого бесспорного таланта бесконечны требования, которые ему приходится к себе предъявлять, и неописуемо прилежание, необходимое для его развития.

   — Маркиз · книга
2. «

   Я желал бы, чтобы сцена была так же узка, как проволока канатного плясуна, дабы неумелые люди не дерзали вступать на нее; ныне же всякий считает себя достаточно одаренным, чтобы на ней парадировать.

   Я желал бы, чтобы сцена была так же узка, как проволока канатного плясуна, дабы неумелые люди не дерзали вступать на нее; ныне же всякий считает себя достаточно одаренным, чтобы на ней парадировать.

   — Вильгельм Мейстер · книга
3. «

   У него довольно было поводов заметить, что он лишен опыта и в силу этого придает слишком большую цену опыту других людей и их уверенным выводам из этого опыта.

   У него довольно было поводов заметить, что он лишен опыта и в силу этого придает слишком большую цену опыту других людей и их уверенным выводам из этого опыта.
4. «

   «Не моя вина, — говорил он, — если мои влечения и мой разум я не могу привести к полному согласию между собою».

   «Не моя вина, — говорил он, — если мои влечения и мой разум я не могу привести к полному согласию между собою».

   — Наталия · книга
5. «

   Как легко знатному покорять чувства! Как легко пленяет он сердца! Ласковое, спокойное, мало-мальски человеческое отношение уже делает чудеса, и сколько средств в его распоряжении, чтобы крепко владеть однажды приобретенными душами!

   Как легко знатному покорять чувства! Как легко пленяет он сердца! Ласковое, спокойное, мало-мальски человеческое отношение уже делает чудеса, и сколько средств в его распоряжении, чтобы крепко владеть однажды приобретенными душами!

   — Вильгельм Мейстер · книга
6. «

   С ранней юности смутные желания и намерения мои заключались в том, чтобы выработать из себя то, что я есть.

   С ранней юности смутные желания и намерения мои заключались в том, чтобы выработать из себя то, что я есть.

   — Вильгельм Мейстер · книга
7. «

   Приближаясь к полному развитию своих сил, способностей и ума, человек порою попадает в затруднительное положение, освободиться от которого ему мог бы легко помочь добрый друг.

   Приближаясь к полному развитию своих сил, способностей и ума, человек порою попадает в затруднительное положение, освободиться от которого ему мог бы легко помочь добрый друг.
8. «

   Любовь делает возможным многое невозможное.

   Любовь делает возможным многое невозможное.
9. «

   Смолоду я не помню более живого впечатления, как людская нужда, которую я повсюду видела. Ребенок, еле стоящий на ножках, старик, уже не находящий в своих ногах твердой опоры, желание богатой семьи иметь детей, невозможность для бедного семейства содержать своих детей.

   Смолоду я не помню более живого впечатления, как людская нужда, которую я повсюду видела. Ребенок, еле стоящий на ножках, старик, уже не находящий в своих ногах твердой опоры, желание богатой семьи иметь детей, невозможность для бедного семейства содержать своих детей.

   — Наталия · книга
10. «

    — Вечно слушать разговоры о вещи, из которой только и выйдет, что одно представление, которое забудется, как и сотни других, — на это не хватит моего терпения. — Нет мимолетных удовольствий: ибо впечатление, оставляемое ими, продолжает жить, и то, что мы делаем прилежно и старательно, вливает даже в зрителя какую-то тайную силу, действие которой мы не можем проследить.

    — Вечно слушать разговоры о вещи, из которой только и выйдет, что одно представление, которое забудется, как и сотни других, — на это не хватит моего терпения. — Нет мимолетных удовольствий: ибо впечатление, оставляемое ими, продолжает жить, и то, что мы делаем прилежно и старательно, вливает даже в зрителя какую-то тайную силу, действие которой мы не можем проследить.

    — Филина · книга
11. «

    Он слишком мало был знаком со светом, чтобы знать, что как раз легкомысленные и неспособные к исправлению люди часто обвиняют себя самым решительным образом, с большой откровенностью сознаются и каются в своих недостатках, хотя не обладают ни малейшей силой сойти с пути, на который их влечет неодолимая натура.

    Он слишком мало был знаком со светом, чтобы знать, что как раз легкомысленные и неспособные к исправлению люди часто обвиняют себя самым решительным образом, с большой откровенностью сознаются и каются в своих недостатках, хотя не обладают ни малейшей силой сойти с пути, на который их влечет неодолимая натура.
12. «

    Кто одиночеством любим, Ах! быть один тот смог; Любовь иным и жизнь иным, Ему удел тревог.

    Кто одиночеством любим, Ах! быть один тот смог; Любовь иным и жизнь иным, Ему удел тревог.

    — Старик · книга
13. «

    Напрасно жалуемся мы, люди, на самих себя, напрасно жалуемся на судьбу! Мы жалки и на жалкое существование обречены. И не все ли равно, собственная ли вина, влияние ли свыше или случай, порок или добродетель, мудрость или безумие низвергнут нас в бездну погибели.

    Напрасно жалуемся мы, люди, на самих себя, напрасно жалуемся на судьбу! Мы жалки и на жалкое существование обречены. И не все ли равно, собственная ли вина, влияние ли свыше или случай, порок или добродетель, мудрость или безумие низвергнут нас в бездну погибели.

    — Вильгельм Мейстер · книга
14. «

    Если бы люди были подобны птицам небесным, которые не сеют, не жнут, а все же проводят блаженные дни в непрерывных наслаждениях! Если бы только с началом зимы они могли свободно улетать в далекие страны, спасаясь от голода и морозов!

    Если бы люди были подобны птицам небесным, которые не сеют, не жнут, а все же проводят блаженные дни в непрерывных наслаждениях! Если бы только с началом зимы они могли свободно улетать в далекие страны, спасаясь от голода и морозов!

    — Вернер · книга
15. «

    Если дворянин в личной жизни не знает границ, если из него можно сделать короля или царственную фигуру, то он повсюду со спокойной уверенностью может появляться перед себе подобными, он всюду может выдвинуться вперед, между тем как бюргеру более всего подобает ясное, безмолвное сознание пограничной черты, ему положенной.

    Если дворянин в личной жизни не знает границ, если из него можно сделать короля или царственную фигуру, то он повсюду со спокойной уверенностью может появляться перед себе подобными, он всюду может выдвинуться вперед, между тем как бюргеру более всего подобает ясное, безмолвное сознание пограничной черты, ему положенной.

    — Вильгельм Мейстер · книга
16. «

    Я находился в том счастливом возрасте, когда нам еще все нравится, когда нам доставляет удовлетворение обилие и смена событий.

    Я находился в том счастливом возрасте, когда нам еще все нравится, когда нам доставляет удовлетворение обилие и смена событий.

    — Вильгельм Мейстер · книга
17. «

    Я была счастлива, поистине счастлива, насколько это возможно на этом свете, то есть недолго.

    Я была счастлива, поистине счастлива, насколько это возможно на этом свете, то есть недолго.

    — Девушка · книга
18. «

    Деньги — превосходная вещь, где нужно с чем-нибудь покончить.

    Деньги — превосходная вещь, где нужно с чем-нибудь покончить.

    — Вильгельм Мейстер · книга
19. «

    Публика многочисленна, а истинное понимание и истинное чувство встречаются не так уж редко, как кажется; но только художник не должен требовать безусловного одобрения всему, что он делает.

    Публика многочисленна, а истинное понимание и истинное чувство встречаются не так уж редко, как кажется; но только художник не должен требовать безусловного одобрения всему, что он делает.

    — Пожилой господин · книга
20. «

    Только внешние обстоятельства внушают тебе влечение к ремеслу, наживе и собственности, внутренняя же твоя потребность рождает и питает желание все больше развивать и совершенствовать сокрытые в тебе наклонности к добру и красоте, безразлично, телесные или духовные.

    Только внешние обстоятельства внушают тебе влечение к ремеслу, наживе и собственности, внутренняя же твоя потребность рождает и питает желание все больше развивать и совершенствовать сокрытые в тебе наклонности к добру и красоте, безразлично, телесные или духовные.

    — Вильгельм Мейстер · книга