51 цитата из книги «Иоганн Вольфганг фон Гёте. Годы учения Вильгельма Мейстера», которые захочется сохранить

Ниже 51 цитата из книги «Иоганн Вольфганг фон Гёте. Годы учения Вильгельма Мейстера»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   И вот мой веселый символ веры: делай свое дело, добывай деньги, развлекайся с близкими, а об остальном в мире заботься лишь постольку, поскольку можно извлечь какую-нибудь пользу.

   И вот мой веселый символ веры: делай свое дело, добывай деньги, развлекайся с близкими, а об остальном в мире заботься лишь постольку, поскольку можно извлечь какую-нибудь пользу.

   — Вернер · книга
2. «

   Он отчасти по необходимости, отчасти по инстинкту научился тому, о чем столь немногие артисты имеют представление: экономии в использовании голосовыми с редствами и жестикуляцией.

   Он отчасти по необходимости, отчасти по инстинкту научился тому, о чем столь немногие артисты имеют представление: экономии в использовании голосовыми с редствами и жестикуляцией.
3. «

   Ни одной деятельности, которая должна длиться долго и даже стать призванием и образом жизни, не следует начинать с празднования. Празднуй лишь то, что благополучно закончено. Из всх празднеств брачное празднество наименее уместно, ибо оно более всякого другого должно бы проходить в обстановке тишины, смирения и надежды.

   Ни одной деятельности, которая должна длиться долго и даже стать призванием и образом жизни, не следует начинать с празднования. Празднуй лишь то, что благополучно закончено. Из всх празднеств брачное празднество наименее уместно, ибо оно более всякого другого должно бы проходить в обстановке тишины, смирения и надежды.

   — Вильгельм Мейстер · книга
4. «

   С ранней юности смутные желания и намерения мои заключались в том, чтобы выработать из себя то, что я есть.

   С ранней юности смутные желания и намерения мои заключались в том, чтобы выработать из себя то, что я есть.

   — Вильгельм Мейстер · книга
5. «

   Пьеса полна была действия, но лишена правдивой обрисовки характеров. Она понравилась и позабавила публику: таково начало всякого сценического искусства. Грубый человек доволен, если хоть что-нибудь перед ним происходит; человек образованный желает чувствовать, а размышления приятны лишь вполне образованному человеку.

   Пьеса полна была действия, но лишена правдивой обрисовки характеров. Она понравилась и позабавила публику: таково начало всякого сценического искусства. Грубый человек доволен, если хоть что-нибудь перед ним происходит; человек образованный желает чувствовать, а размышления приятны лишь вполне образованному человеку.
6. «

   Отношение знатных к людям более низкого положения и друг к другу измеряется внешними преимуществами, они за каждым готовы признать его звание, положение, его одежду и обстановку, но только не заслуги.

   Отношение знатных к людям более низкого положения и друг к другу измеряется внешними преимуществами, они за каждым готовы признать его звание, положение, его одежду и обстановку, но только не заслуги.

   — Вильгельм Мейстер · книга
7. «

   Вильгельм переживал еще тот счастливый возраст, когда человек не в силах понять, что у любимой девушки, у обожаемого писателя могут быть недостатки.

   Вильгельм переживал еще тот счастливый возраст, когда человек не в силах понять, что у любимой девушки, у обожаемого писателя могут быть недостатки.
8. «

   После того как я кое-что узнал, мне впервые пришло в голову, что я еще ничего не знаю, и это было так: недоставало связи, а ведь в ней главная суть.

   После того как я кое-что узнал, мне впервые пришло в голову, что я еще ничего не знаю, и это было так: недоставало связи, а ведь в ней главная суть.

   — Вильгельм Мейстер · книга
9. «

   Счастливая юность! Счастливое время первой потребности в любви! Человек в эту пору подобен ребенку.

   Счастливая юность! Счастливое время первой потребности в любви! Человек в эту пору подобен ребенку.
10. «

    Как могут люди составить себе правильное мнение о наших поступках, когда те предстают перед ними без связи, урывками, в самой небольшой своей доле, ибо добро и зло творится в тайне, и наружу выходит лишь самое несущественное.

    Как могут люди составить себе правильное мнение о наших поступках, когда те предстают перед ними без связи, урывками, в самой небольшой своей доле, ибо добро и зло творится в тайне, и наружу выходит лишь самое несущественное.

    — Вильгельм · книга
11. «

    Счастье — богиня живого человека, и чтобы чувствовать всю ее благосклонность, надо жить и наблюдать людей в их подлиной жизненной днятельности и в их подлинных чувственных наслаждениях.

    Счастье — богиня живого человека, и чтобы чувствовать всю ее благосклонность, надо жить и наблюдать людей в их подлиной жизненной днятельности и в их подлинных чувственных наслаждениях.

    — Вернер · книга
12. «

    Какие горизонты открывает нам порядок, в котором мы ведем свои дела! Он в любой момент дает нам возможность обозреть целое, не вынуждая копаться в мелочах. Сколько выгод приносит купцу двойная бухгалтерия.

    Какие горизонты открывает нам порядок, в котором мы ведем свои дела! Он в любой момент дает нам возможность обозреть целое, не вынуждая копаться в мелочах. Сколько выгод приносит купцу двойная бухгалтерия.

    — Вернер · книга
13. «

    Детям не следует показывать, как их любишь, иначе они о себе возмечтают. На их веселье следует взирать с серьезным видом и время от времени портить его, дабы удовлетворенность не сделала их требовательными и заносчивыми.

    Детям не следует показывать, как их любишь, иначе они о себе возмечтают. На их веселье следует взирать с серьезным видом и время от времени портить его, дабы удовлетворенность не сделала их требовательными и заносчивыми.

    — Отец Вильгельма · книга
14. «

    Актер должен мысленно как бы класть на музыку свою прозаическую роль, чтобы не оттараторивать ее монотонно на свой лад и манер, а исполнять с надлежащей сменой такта и меры.

    Актер должен мысленно как бы класть на музыку свою прозаическую роль, чтобы не оттараторивать ее монотонно на свой лад и манер, а исполнять с надлежащей сменой такта и меры.

    — Зерло · книга
15. «

    «Свихнулось время, горе мне, рожденному, чтоб вновь его исправить!» Эти слова, мне кажется, дают ключ ко всему поведению Гамлета, и мне ясно, что хотел изобразить Шекспир: великое деяние, возложенное на душу, которой деяние это не под силу.

    «Свихнулось время, горе мне, рожденному, чтоб вновь его исправить!» Эти слова, мне кажется, дают ключ ко всему поведению Гамлета, и мне ясно, что хотел изобразить Шекспир: великое деяние, возложенное на душу, которой деяние это не под силу.

    — Вильгельм Мейстер · книга
16. «

    Я желал бы, чтобы сцена была так же узка, как проволока канатного плясуна, дабы неумелые люди не дерзали вступать на нее; ныне же всякий считает себя достаточно одаренным, чтобы на ней парадировать.

    Я желал бы, чтобы сцена была так же узка, как проволока канатного плясуна, дабы неумелые люди не дерзали вступать на нее; ныне же всякий считает себя достаточно одаренным, чтобы на ней парадировать.

    — Вильгельм Мейстер · книга
17. «

    О, если бы человек соразмерял свои силы, давая какие-либо обещания на будущее время.

    О, если бы человек соразмерял свои силы, давая какие-либо обещания на будущее время.

    — Вильгельм Мейстер · книга
18. «

    Взаимные жгучие поцелуи наполнили их блаженством, какое мы вкушаем лишь в первой кипучей пене только что налитого кубка любви.

    Взаимные жгучие поцелуи наполнили их блаженством, какое мы вкушаем лишь в первой кипучей пене только что налитого кубка любви.
19. «

    К сожалению, всегда бывает так, что все созданное совокупностью людей и обстоятельств не может долгое время оставаться целым и невредимым.

    К сожалению, всегда бывает так, что все созданное совокупностью людей и обстоятельств не может долгое время оставаться целым и невредимым.
20. «

    Приближаясь к полному развитию своих сил, способностей и ума, человек порою попадает в затруднительное положение, освободиться от которого ему мог бы легко помочь добрый друг.

    Приближаясь к полному развитию своих сил, способностей и ума, человек порою попадает в затруднительное положение, освободиться от которого ему мог бы легко помочь добрый друг.