Внезапно у меня все поплыло перед глазами. Я словно тонул в бурных морских волнах, сражаясь с ночью и смертью. Вдруг милосердный свет маяка приветливо сверкнул мне сквозь бурю и страх и указал путь к спасению. В одно мгновение дни мучений и годы тоски пронеслись мимо меня и исчезли. Что-то очень сильное стеснило мне сердце, что-то безымянное переполнило грудь, что-то невыразимое захлестнуло душу, я судорожно сжал руки, поднял голову, я одновременно рыдал, кричал, шептал: «Я дома!» – и, шатаясь, переступил порог.
Сквозь вселенскую тьму забрезжил сладостный свет. Блестели золотые глаза. Наступило избавление. Забывшись, я откинул голову. Серебряный свет падал на мое печальное, встревоженное лицо. Два золотистых глаза смотрели на меня бесконечно нежно, и прекрасные губы целовали мои нечестивые глаза и горячий лоб… Я больше ничего не видел и не слышал, пурпурная тьма окружила меня, вся боль и печаль исчезли; броня, сковавшая мое сердце, рассыпалась, ледяная пустыня души зазеленела; после долгих лет отчаяния и мук я снова почувствовал себя ребенком на вечерней молитве: мне хотелось сложить ладони и шептать: «О, ты прекрасна, жизнь, ты чудесна, жизнь, о, жизнь, я люблю тебя!»
Холодное струится пламя Пылает немо звездопад А ночь исходит соловьями А соловьи в ночи звенят <...> Мани́т нас бог и дьявол дразнит Мы миром мазаны одним Страшнее не придумать казни Чем та какой себя казним И в будний день и в светлый праздник
Твои молодые груди белели, облитые луной, а он размахнулся и кинул камешек ледяной, кинул холодную гальку ревности в отраженье обнажённой твоей красоты, танцевавшей в реке ночной.
Ты под другими звёздами Сейчас засыпаешь где-то. Там с ароматом розовым В листьях гуляет лето, Там согревало бережно Солнце тебя до вечера. Умыло лучами нежными, Погладило ласково плечи, Душу твою наполнило Светом своим до донышка. Вечер глазами темными Глядел на тебя тихонечко, Сны тебе вновь нашёптывал. Ночь обняла, укутала, Чтобы к себе пришёл бы ты, Все разрывая путы...
Я ночь выбираю вновь И чёрные шторы днём, В мартини мешая кровь: Нам будет легко вдвоём На тонких карнизах тень, Нам ей уже не помочь... Я не выбираю день, Я выбираю ночь.
На лагерь опустился неестественно густой туман, все звуки потонули в нём. Казалось, что на землю упала одна из тяжёлых туч, которые всё ещё висели в небе, закрывая луну. Сара поймала себя на мысли, что ей хочется зачерпнуть рукой водянистую взвесь и что-нибудь из неё слепить – настолько плотной та выглядела.