Афоризмы
29 июля 2026, среда
Подборка · 200 цитат автора

200 лучших цитат — Рю Мураками

200 цитат, по которым узнают Рю Мураками: коротко, точно, без воды.

Размер:102050100200
  5. Здесь, на этом форуме, больше в чести рассуждения о всяких там инспекциях в Ираке или споры о пересадке органов... Мне же кажется, что подобные проблемы должны скорее волновать государственных мужей, нежели простых смертных. Ну а твоя проблема?! Ну да, я думаю, что тебе паршиво. А кому сейчас легко? Мне тоже бывает хреново. Но боль бывает разной. Одно дело страдать оттого, что америкосы бомбят Сербию, а другое — когда кто-то из твоих близких находится в коме. Вот ты пишешь, что хочешь с кем-то поговорить. Ну что ж, я дам тебе хороший совет: встань, оденься, выйди из своей каморки на улицу, познакомься с кем-нибудь и говори сколько влезет...
    — Паразиты · книга
  8. Вообще мне кажется, что большинство из тех, кто участвует в различных форумах и интернет — тусовках, — люди одинокие. Их жизнь скудна. Они мечтают с кем — нибудь познакомиться, найти себе собеседника по душе.
    — Паразиты · книга
  11. Со слезами он спросил меня, почему нельзя убивать крабов. «Убивать можно, нельзя убивать и при этом смеяться», – сказал я. «А можно убивать и при этом плакать?» – спросил брат. Я кивнул. Хаси со слезами на глазах продолжал убивать крабов.
    — Дети из камеры хранения · книга
  17. …я считаю количество калорий в бифштексе с кровью. И если оно превышает норму, тогда – яростный секс или тысяча прыжков на скакалке.
    — Дети из камеры хранения · книга
  18. – Токио превратился в болото. – Почему в болото? – Льды Южного полюса растаяли, уровень океана поднялся, и все время лили дожди. – Неплохо. – А в превратившемся в болото Токио остались мужчина и женщина, которые любили друг друга. – Так жарко ведь. Тропики. А что они делали в Токио? – Пили пиво.
    — Дети из камеры хранения · книга
  19. — Кику, ты ошибаешься. Нет таких людей, которые делают других ненужными. То, что ты говоришь, неправильно. Когда тебя слушаешь, противно становится, как будто ты малыш, который плачет по птичке, которую не удержал. Думаю, что самое важное — понять, что ты хочешь.
    — Хаси · книга
  21. Вообще мужчины должны гордиться собой. Им недостаточно только еды и питья. Гордость — необходимая вещь, но это не значит, что ее нужно выставлять перед другими. Это очень личное чувство, и выносить его на люди не стоит. Гордость нужно развернуть внутрь себя. Наше поколение много работало, и мы можем оставить в наследство нашим потомкам огромное количество вещей, которыми можно гордиться. Нет, конечно, много приходится оставлять всякой дряни, но все же, все же…
    — Паразиты · книга
  27. С того самого дня я чувствовал, что внутри меня образовалась какая-то полость. Такая дыра не могла появиться в один момент. Что-то разъедало изнутри мое тело, как капли воды мало-помалу точат камень.
    — Отель "Раффлз" · книга
  32. Необязательно мы оставались друзьями надолго, и все же я изменилась потому, что поняла: если занимаешься сексом с мужчиной по собственной инициативе, это всегда получается как-то не так. В конце концов, если ты вынуждена просить его о сексе, значит, мужчине на самом деле не до того. А мужчина никогда не будет нежен и изобретателен в постели по принуждению. Выражение их лиц не отличаются привлекательностью, когда они кончают, и ты думаешь: чего ради вообще так тереться друг о друга частями тела, чего ради внутри тебя болтается эта штуковина?... Чувствуешь себя даже более одинокой, чем если бы была одна. А отвалившись, мужчина показывает себя с еще менее отрадной стороны. Что я делаю с этой потаскушкой? — вот что написано на его физиономии.
    — Пирсинг · книга
  33. Как бы страшно их ни избивали, дети не могут ответить тем же. Даже если мать охаживает их рожком для обуви, шлангом пылесоса, рукояткой кухонного ножа, душит их, обваривает кипятком, они не пытаются от нее убежать, не смеют по-настоящему возненавидеть. Дети страстно стремятся любить своих родителей. Скорее они станут ненавидеть не родственников, а самих себя.
    — Пирсинг · книга
  35. Когда ты с кем-нибудь советуешься по поводу своих несчастий, то твои несчастья автоматически начинают распространяться и на этого человека.
    — Мисо-суп · книга
  36. Смеющийся американец с кружкой пива — это нечто такое же само собой разумеющееся, как японец с фотоаппаратом на шее, вежливо кланяющийся направо и налево.
    — Мисо-суп · книга
  37. Я знаю, что он сейчас рассердит меня. Рано или поздно он сделает что-то, что сорвет меня с тормозов. Попытается он поцеловать меня, или убежать прочь, или облизать, или ударить, или стать на колени и просить о прощении — кончится тем, что я разъярюсь, как это было всегда, раньше или позже, со всеми остальными. Ненавижу это, — думала она, — ненавижу то, что всегда должно случиться.
    — Пирсинг · книга
  39. Я не хочу, чтобы женщина подумала, что я перерезаю ей ахиллово сухожилие для удовлетворения извращенной похоти. Она должна до конца оставаться в недоумении о том, что значат ее мучения, почему она истекает кровью. В том-то и суть: только постепенно умирая, она может постичь причину своей смерти. Горькую и печальную, но важную истину.
    — Пирсинг · книга
  40. Жизненный опыт подсказывал Кавасиме, что чем больше пытаешься что-то скрыть, тем больше вероятность того, что кого-то это заинтересует, и уж конечно какой-нибудь служащий обязательно запомнит человека, заполняющего регистрационную книгу в перчатках.
    — Пирсинг · книга
  41. Не проси о прощении. Скоро последует новое нападение. Когда ты решишь, что все кончено, погляди ей в глаза. Если ты сможешь сделать это, случившееся не будет считаться поражением. Ты не проиграл, если можешь посмотреть ей прямо в глаза.
    — Пирсинг · книга
  42. Взгляни на небо, оно полно звезд. Но ведь на самом деле они удалены друг от друга на бесконечные расстояния, они одиноки. Звездное небо — это своего рода обман, уловка.
    — Моэко Хомма · книга
  45. А почему? Почему тебе неприятно разговаривать о том, как молодые придурки издеваются над вонючими бомжами? Наверно, потому, что ты сразу представляешь себе, как это происходит... Но почему это зрелище считается неприятным? А при виде пахнущего молоком младенца, наоборот, все невольно начинают улыбаться... Кто изначально решил за нас, какой запах приятен, а какой отвратителен? Наверно, во всем мире нет ни одного человека... Вернее, я хотел спросить, неужто во всем мире нет ни одного человека, которому бы вдруг захотелось прижаться щекой к бомжу... человека, который невольно захотел бы убить младенца. А, Кенжи? Как ты думаешь? Мне почему-то кажется, что такой человек обязательно где-нибудь есть...
    — Фрэнк · книга
  46. В одном из ответвлений, ведущем к эскалаторам, он наткнулся на группу подростков. Зачем они тут стояли? Что делали? Одинаково одетые, с одинаковыми прическами... Даже их смех казался монотонным и однообразным.
    — Паразиты · книга
  50. Кику подошёл к её кровати. Анэмонэ сделала вид, что спит. Кику прикоснулся рукой к щеке Анэмонэ. Анэмонэ открыла глаза и научила Кику заклинанию от страшных снов: — Свинья справа, свинья слева, свинья справа, справа, справа, бабочка села на часы, — прошептала она.
    — Дети из камеры хранения · книга
  51. Заканчивая последнюю главу романа, я размышлял о значении слова «надежда». Раньше мне не приходилось задумываться над подобными вещами. В современной Японии принято считать, что само понятие «надежда» — явление отмирающее. Надеяться можно, только если ты попал в трудное положение и тебе хочется верить, что завтра будет лучше, чем вчера. Ожидание, вера в лучшие времена присущи всем заключенным, узникам лагерей и вообще любому угнетенному человеку. Этот вопрос никогда не стоит перед представителями правящих классов или диктаторами. Больше всех надеются дети, ибо живут будущим. Проблема нынешнего японского общества заключается в том, что оно не принимает реальность такой, какая она есть на самом деле. А для государства, которое не может адекватно оценивать свое настоящее, нет и будущего. Иными словами, на наших глазах заканчивается целый исторический период, когда надежда на лучшее была краеугольным камнем общественного сознания. Отказываясь от этого понятия, общество теряет свою защитную функцию. Надежда становится личной проблемой каждого человека. Мы погрязли во лжи и заменяем веру риторикой. Возможно, тот, кто сознательно отрекается от мира, в действительности стремится избавиться от этой лжи.
    — Паразиты · книга
  52. Агент подвел ветеринара к огромному станку в виде воронки и доходчиво ему объяснил, что эта машина делает из мяса жидкость, будь то корова или слон: мясо запускают в воронку, из нее выходит жижа коричневого цвета, которую замораживают, а через два-три года делают котлеты.
    — Дети из камеры хранения · книга
  53. Он признавался, что нередко чувствует себя опустошенным и тогда ему необходимо подзарядить батареи. Для этого имелись разные способы, в том числе сегодняшний: нести чушь перед толпой журналистов, напрашиваясь на идиотские вопросы.
    — Дети из камеры хранения · книга
  56. Я точно не помню, какими были в то время мои планы, но, видимо, я вообще об этом не слишком задумывался. Тогда я уже попал в категорию людей, которые вообще не думают о будущем.
    — 69 · книга
  58. То, что я называю двусмысленностью японского языка, означает, что ты можешь использовать вежливые формы, обращаясь к человеку, по отношению к которому не испытываешь никакого уважения, и таким образом обмануть свои собственные чувства.
    — Отель "Раффлз" · книга
  61. Прежняя умственная и эмоциональная пытка, когда не можешь выдержать состояния одиночества, хочешь, чтобы кто-то был рядом, но приходишь в ярость, когда некто к тебе подходит, боишься, что, если он приблизится, произойдет то, о чем и сказать нельзя, так что в конечном счете страх от этого становится невыносимым, а одиночество — единственным выходом, возвращалась, кажется, на крути своя.
    — Пирсинг · книга
  62. В Америке врачи развлекаются с мозгами своих пациентов кто во что горазд, именно поэтому у нас такая сильная школа нейрохирургии.
    — Фрэнк · книга
  65. Человек, который работает с запчастями, вовсе не обязан возбуждаться при виде укомплектованных и готовых к употреблению машин.
    — Мисо-суп · книга
  66. — Мое самое сильное воспоминание тех дней — это воспоминание о том, как я потерялся. Ты когда-нибудь терялся, Кенжи? Я покачал головой. — Странно, — сказал Фрэнк. — Каждый ребенок хоть один-единственный раз, но должен потеряться.
    — Фрэнк · книга
  67. Люди, живущие скучной жизнью, нуждаются в какой-то эмоциональной встряске, и такой эмоциональной встряской становятся для них фильмы ужасов. Когда обыватели смотрят фильмы о мертвецах, они каждый раз получают подтверждение тому, что все еще живы и что мир вокруг них стоит непоколебим.
    — Мисо-суп · книга
  68. Я вообще по натуре пессимист и уже давно не жду от жизни ничего хорошего. Мои друзья часто делают мне на этот счет замечания. Но мне кажется, что это не врожденная черта, а приобретенная. Просто я тяжело пережил раннюю смерть отца.
    — Мисо-суп · книга
  69. Все плохое, что происходит в нашей жизни, зарождается и развивается в какой-то другой плоскости, и мы не можем заранее это почувствовать или предугадать. А потом в один прекрасный день это плохое просто происходит с нами, и все. И предотвратить уже ничего нельзя.
    — Мисо-суп · книга
  70. Если же вы хотите сполна вкусить дороговизну первоклассных токийских отелей — закажите себе свежевыжатый апельсиновый сок. Минимальная цена за стакан жидкости, добытой из самых обыкновенных апельсинов, бережно хранимых в умопомрачительном прозрачном холодильнике, составляет восемь долларов, хотя в некоторых местах вас попросят заплатить за этот божественный напиток пятнадцать долларов. И ощущение будет такое, будто вы не сок пьете, а таможенную пошлину, взимаемую японским правительством…
    — Мисо-суп · книга
  71. Маки держала на коленях сумочку «Луи Вюиттон». Мой взгляд случайно упал на эту сумочку, и вдруг, в одну секунду, я осознал, почему ради «Прада» и «Шанель» девчонки-малолетки готовы практически на все. Дело в том, что обладание любой настоящей вещью — даже не обязательно фирменной, а просто достойной вещью — дарит человеку частицу счастья, уменьшает его печаль.
    — Мисо-суп · книга
  72. Моя работа, которой я ни в коем случае не горжусь, заключается в том, чтобы водить сюда иностранцев. Но за два года этого занятия я понял одну вещь: манера общения — вот что делает человека приятным или отвратительным.
    — Кенжи · книга
  73. Один мой клиент говорил мне, что, если все время летать экономическим классом по дешевым билетам, то в конце концов насквозь пропитаешься запахом дешевизны и экономии.
    — Мисо-суп · книга
  74. Так что уж не знаю почему, но любой человек в неброской одежде и с незапоминающимся лицом кажется мне похожим на страхового агента.
    — Мисо-суп · книга
  75. В нашей стране, с точки зрения иностранцев, есть много непонятного, но, к сожалению, большинство этих непонятных вещей не поддается объяснению. По крайней мере, я не могу их объяснить. Почему в Японии, которая считается одной из самых богатых стран мира, распространены случаи кароси — смерти от переработки? Почему отнюдь не умирающие от голода японские школьницы встречаются за деньги с мужчинами? Почему никто из японцев не жалуется на тансинфунсин — абсурдную командировочную систему, когда сотрудник ради интересов компании обязан бросить семью и уехать в длительную — иногда многолетнюю — командировку?
    — Мисо-суп · книга
  76. Ты же голоден. Я готовлю по-настоящему хороший суп. То есть я имею в виду суп быстрого приготовления, из пакетиков, но и суп из пакетиков может быть вкусным, если знаешь, что добавить.
    — Пирсинг · книга
  77. Тиаки вспомнила, почему эти вспышки безотчетного гнева были настолько необходимы. Они нужны были, чтобы сопротивляться всем ударам ненависти. Только ярость давала ей силы противостоять враждебности всего окружающего. Только гнев мог указать ей путь к действию.
    — Пирсинг · книга
  78. Это был величайший страх Кавасимы, то, чего он боялся больше смерти, — потерять зрение или слух из-за какой-нибудь болезни или вследствие какой-либо катастрофы. Быть отрезанным от реальных образов и звуков — сама эта мысль вызывала в нем неописуемый ужас, и он знал, что в этом случае мгновенно лишится рассудка.
    — Пирсинг · книга
  79. Его уже никто не звал по имени, даже мать и сестра. Нет, имя, конечно, у него было, но Уихара отказался от него, как только бросил учебу. В один прекрасный день он просто перестал отзываться на него, и это явилось первым знаком его ухода из этого мира.
    — Паразиты · книга
  80. «Должно быть, — подумал он, — боль имеет свое материальное воплощение». Уихара представлял ее в виде какой-то мельчайшей частицы, которая вращается вокруг его головы и тела. Эта частица периодически жалила в самые неожиданные места, что напоминало боль от ожогов медузы или морского анемона.
    — Паразиты · книга
  81. Люди шли, не смея отклониться от заданного направления. Неподчинение считалось преступлением, за которое назначались те или иные наказания. Человека могли высмеять...
    — Паразиты · книга
  82. Про девиц из частной школы Яманотэ говорили, что они любят мастурбировать при помощи радиоламп старого образца и из-за того, что те время от времени лопались, бедняжки получали травмы.
    — 69 · книга
  83. Мы терпеливо выжидали, пока наступят какие-нибудь перемены. В тогдашнем настроении, в ожидании этих перемен, я не пытался подобрать себе университет, предпочитая покуривать марихуану.
    — 69 · книга
  85. Ты знаешь, для чего человек создал инструменты? Зачем он наваливал камни, знаешь? Для того, чтобы все разрушить. Разрушение порождает новое созидание.
    — Гадзэру · книга
  86. У тигров, как и у всех диких животных, есть свое представление о дистанции нападения. Если враг приближается на это расстояние, животное бросается в атаку.
    — Дети из камеры хранения · книга
  87. В жизни человека бывает много неприятностей, нужно уметь их преодолевать. Когда случится неприятность, смотри на звезды. Тогда кажешься себе маленьким, и на душе светлеет.
    — отец Д. · книга
  89. Большинство крайних радикалов были детьми школьных учителей, что часто объясняли строгой системой воспитания в их семьях, но на самом деле за маской строгости скрывалась повышенная опека.
    — 69 · книга
  92. Уихара пишет, что собирается совершить убийство. Таких преступников, как он, в Сети — легион. Постоянно натыкаешься на сообщения типа: «Я хочу убить такого-то и такого-то». В Сети можно говорить и писать о чем угодно.
    — Паразиты · книга
  93. Сеть прежде всего губит людей рисковых, неспособных к самосовершенствованию. Заболев, такой человек уже никогда не выздоровеет, если не прекратит пользоваться Интернетом.
    — Паразиты · книга
  94. Потом у коробки отломился кусок крышки, и камни стали пропадать. Уихара не выбрасывал их, не дарил, их никто не воровал, но тем не менее они исчезали один за другим. Уихара считал, что так происходит потому, что камни потеряли свои места. А всякая вещь, потеряв свое место и имя, непременно исчезает.
    — Паразиты · книга
  96. Дети воспитывались в невероятной строгости. Даже в самые холодные дни им не позволялось носить носки, запрещалось перекусывать в необеденное время, нельзя было брать в руки палочки, пока за стол не садился отец, во время праздников покупать еду с лотков, есть на ходу, приглашать домой друзей. Таким было воспитание в семье.
    — Дети из камеры хранения · книга
  97. – Литература, романы, мне кажется, что все это кончилось, умерло. – Значит, теперь осталось только кино? – Нет, кино тоже кончилось.
    — Адама · книга
  98. Все грустно вздохнули. Можно ли представить в этом мире что-нибудь более унылое, чем престарелую вдову морского офицера с отвислым задом и с кошельком, в котором всего две с половиной тысячи иен?
    — 69 · книга
  101. Эти дети не говорили «здравствуй» и не отвечали, когда с ними заговаривали. Несколько раз окликни такого ребенка — и он повернется, посмотрит на тебя и скажет что-нибудь вроде: «Закрой пасть, говнюк! Я тебя с первого раза расслышал».
    — Пирсинг · книга
  105. Для ребенка потеряться — это все равно как для взрослого продвинуться по карьерной лестнице, те же самые ощущения: неуверенность, страх и чувство, будто ты секунду назад сделал что-то такое, чего уже никогда не исправить.
    — Мисо-суп · книга
  106. Только на самом деле пережив исчезновение слов, понимаешь, какими сухими и безжизненными они были, как мертвые листья или старые, вышедшие из обращения деньги.
    — Пирсинг · книга
  107. Раньше встреча с незнакомым человеком на улице приводила его в трепет. От одной только мысли, что с ним могут заговорить, он испытывал настоящие мучения. Сегодня же заметил, что прохожие не только не намерены вступить с ним в беседы, но и сами сторонятся себе подобных.
    — Паразиты · книга
  109. Если бы можно было просто её увидеть. Я не хочу с ней встречаться. Когда думаешь об этом, встреча пугает. Я хотел бы издалека так, чтобы она не заметила, посмотреть, как она говорит, как ходит.
    — Хаси · книга
  111. — А мне нравятся пряжки с шестом. — Я люблю само ощущение полета. — С детства? — С детства. — Когда об этом мечтают, становятся летчиками. Правда, чтобы стать летчиком, голова должна здорово соображать. Хотя лично я ненавижу, когда говорят, что если хочешь чего-то добиться, непременно нужно быть сверхумным.
    — Дети из камеры хранения · книга
  112. «Дети бессильны», — бормотал себе под нос Кавасима. Слезы, текшие по его щекам, стали для него самого полной неожиданностью, и он допил свой стакан виски за один глоток. Как бы страшно их ни избивали, дети не могут ответить тем же. Даже если мать охаживает их рожком для обуви, шлангом пылесоса, рукояткой кухонного ножа, душит их, обваривает кипятком, они не пытаются от нее убежать, не смеют по-настоящему возненавидеть. Дети страстно стремятся любить своих родителей. Скорее они станут ненавидеть не родственников, а самих себя. Любовь и ярость так переплетаются в них, что, когда они становятся взрослыми и вступают в какие-то отношения с другими людьми, только истеричное поведение может избавить их от сердечных мук.
    — Пирсинг · книга
  115. Он усвоил в этой зелено-красной луже два урока. Первый урок: боль отступает, как только ты прекращаешь борьбу со смертью. И второй: пока ты слышишь, как бъётся твоё сердце, ты не должен прекращать борьбу.
    — Дети из камеры хранения · книга
  116. Поток воздуха через микрофон записывают на пленку, с пленки передают при помощи радиоволн, а между тем сам звук умирает. Никак не найти нужного. Тот, что мы слышали тогда, наверное, был создан искусственно. Взяли природный звук, обработали электроникой, смешали со звучанием разных электрических музыкальных инструментов и записали. Такого звука по телевизору не услышишь. Все звуки по телевизору — это поросячий визг.
    — Хаси · книга
  117. Говорят, дружба между мужчинами, которые вместе рискуют жизнью, куда крепче обычной дружбы — возможно, из-за того, что оба пережили одни и те же невзгоды, однако, на мой взгляд, здесь не все так просто.
    — Тосимити Кария · книга
  118. Только во Вьетнаме мне суждено было познать свой предел. «Предел»... я не люблю этого слова, однако познание его является необходимым условием для того, чтобы стать взрослым; это обязательная составляющая процесса роста.
    — Тосимити Кария · книга
  119. Как только речь заходит о настоящей войне, то проигрывает та армия, которая по большей части состоит из тех, кто на поле сражения чувствует себя не в своей тарелке.
    — Тосимити Кария · книга
  124. Существует несколько сотен способов произнести даже такую простую фразу, как «Я люблю тебя», и при том с разным выражением на лице... я произношу все реплики и трачу на это ужасно много времени, однако не успокаиваюсь, пока не найду лучший способ... случается, что из ста вариантов не подходит ни один... это как собирать паззлы... и от великого до убожества один шаг.
    — Моэко Хомма · книга
  130. Если бы у нее была возможность продолжить учебу, она никогда не вышла бы замуж за такого человека, как мой отец. Мать никогда не говорила мне об этом, но я точно знаю.
    — Такэо Юки · книга
  131. Ресторан «Су До Донг» обслуживает довольно состоятельных людей. Его адрес не найдешь в туристических проспектах, находится он в жилом массиве и не имеет ни неоновых огней, ни даже вывески. Догадаться о том, что рядом находится ресторан, почти невозможно. Его посещают только избранные да их семьи. Цены — соответствующие.
    — Такэо Юки · книга
  134. Она хотела преуспеть в жизни, оставаясь свободной. Она говорила мне: «Мораль, верность — это оружие, к которому прибегают те, кто не познал наслаждения».
    — Такэо Юки · книга
  135. Есть такие дурачки, которые думают, что чем шикарнее место, куда они отправляются, чем дороже они платят, тем выше будет качество обслуживания, питания и всего прочего. Но это совсем не так. Единственное, что имеет смысл, — то гарантии. Гарантия сохранения подробностей вашей личной жизни и гарантии удовлетворения ваших капризов.
    — Моэко Хомма · книга
  138. Вдруг у меня появилось нехорошее предчувствие. Всегда было интересно, как зарождаются в нашем организме эти самые предчувствия? Я не знаю, хорошо это или плохо — испытывать дурные предчувствия, но точно знаю, что процентов восемьдесят из них точно сбываются.
    — Такэо Юки · книга
  139. Если ты живешь в Нью-Йорке, то чтобы поддерживать свое физическое и моральное состояние в норме, необходимо иметь достаточно денег и быть немного психологом.
    — Мэт · книга
  140. Чтобы научиться прыгать все выше и выше, ниндзя перепрыгивают через дерево, которое растет по несколько сантиметров в день. Их способности развиваются, но и дерево становится выше. Эта чехарда не имела бы конца, если б не одно обстоятельство: либо в один прекрасный день мышцы перестают растягиваться, либо дерево перестает расти.
    — Моэко Хомма · книга
  141. Зрители — это люди, и я не испытываю перед ними никакого страха. Восприятие моего мастерства, даже самого высокого уровня, зависит от состояния того, кто смотрит. Достаточно, чтобы у зрителя заболел зуб, и все изменится.
    — Моэко Хомма · книга
  143. Моэко была убеждена, что каждый человек постоянно исполняет какую-то роль, сознательно или бессознательно. Конечно же она была права.
    — Тосимити Кария · книга
  144. Улыбка ее промелькнула в мгновение ока, то был минимальный отрезок времени, который в состоянии уловить человек. И в этом таилась огромная сила, перед которой я оказался безоружен.
    — Тосимити Кария · книга
  147. Разговоры о погоде — основа повседневных бесед. Они делают повседневность занимательной. Эх, нужно ко всем с широкой душой относиться!
    — таксист · книга
  149. Голос Хаси не улетает с ветром, а заполняет все вокруг. Слабый звук прилипает к коже, через поры проникает внутрь тела и пробуждает там воспоминания. Как ни пытайся избавиться от него, все напрасно. Искривленный мир утратил цвет, запах и температуру, и вместо него голос Хаси породил мираж.
    — Кику · книга
  150. Я занималась такой ерундой, здоровье подорвала, в разных странах побывала и многих любила. А теперь пресытилась впечатлениями, устала.
    — Сатико · книга
  152. Мой отец был жутко строгим. Стоило, например, пустить слезу над мелодрамой, как он тут же начинал ругаться, называя это невоздержанностью.
    — Господин Д. · книга
  154. Существует много людей, которых я терпеть не могу. Но самые худшие из них — это те, которые все время думают, страдают и копаются в себе.
    — Анэмонэ · книга
  164. Он усвоил в этой зелено-красной луже два урока. Первый урок: боль уступает, как только ты прекращаешь борьбу со смертью. И второй: пока ты слышишь, как бьётся твоё сердце, ты не должен прекращать борьбу.
    — Кику · книга
  165. Образование предназначено не готовить членов общества, а производить из них отбор в качестве инструментов на потребу капиталу и государству.
    — 69 · книга
  168. Ты ничего не стоишь, и это правда. А я тем более, да никто ничего не стоит, все на свете взаимозаменяемо, никто ничего не значит ни для кого. Но если человек поверит, что это можно взять в качестве точки отсчета, то он никуда дальше не продвинется, он и будет все жизнь подчиняться одной только цели: однажды оказаться для кого-нибудь чем-нибудь стоящим, не понимая, что это бесполезно. Да никто не может с уверенностью заявить, что он кому-нибудь нужен. И именно поэтому мы свободны.
    — Танатос · книга
  173. Понимаете, бывают такие девушки, о которых вы думаете, что они плохо выглядят и плохо кончат, но тайно, в глубине души, всё равно им завидуете.
    — Дети из камеры хранения · книга
  174. Кошка, брошенная маленьким котенком, стремится вернуться домой, и даже если ее кто-нибудь подберет, она все равно будет озираться по сторонам в поисках своего настоящего дома.
    — Дети из камеры хранения · книга
  175. Каждый в детстве испытал это чувство чудовищной тоски, от которой сходишь с ума, просто оттого, что ты на миг потерял из виду своих родителей.
    — Киоко · книга
  176. У этих типов единственные ценности: «поступить в университет», «получить работу», «удачно выйти замуж». Помимо этого их ничто не интересует.
    — 69 · книга
  177. Все мы иногда врём. Но если человек врёт день изо дня, не переставая, то в какой-то момент он и сам уже не может отличить свою ложь от правды.
    — Кенжи · книга
  179. ...видишь ли я знаю, что человек в один момент может превратиться в застывшее тело только из-за того, что в него попал заостренный кусочек метала... меньше, чем монетка в 25 центов... превратиться в нечто, что нельзя назвать человеком... ну, как сказать... труп. Труп выражает собой непреложность — он есть и больше не будет ничего.
    — Кария · книга
  180. «Я люблю тебя» — это всего-навсего слова, слова, выражающие представление 19 века, которое принято считать неудачным, если не сводить его к полной абстракции, как сделали бы японцы.
    — Меланхолия · книга
  181. Скажи, чего ты ждешь? Жди не жди, ничто не придет само. Ты оправдываешься своим ожиданием. Это все иллюзии. Так заблудившийся в пустыне принимает песок за воду и начинает его поглощать.
    — Дети из камеры хранения · книга
  183. Других понять трудно. Потому что мы судим о чужих поступках, исходя из собственного понимания фактов, из своей системы ценностей, из своих чувств.
    — Киоко · книга
  186. Злую волю порождают одиночество, тоска и гнев. Эта недобрая троица разрушает человека, лишает его чего-то очень-очень важного, выедает из него сердцевину, и в конце концов в образовавшейся внутри человека каверне, то есть пустоте, возникает «злая воля».
    — Кенджи · книга
  187. Где-то в моем сердце, в потайном уголке моего существа живет эта мысль: мир может рухнуть в одночасье. Если я не буду знать, что является для меня самым важным в каждый конкретный момент, то не сумею противостоять своей тревоге. Если постоянно не следить за своими страхами, они начнут множиться и в мгновение ока разрушат мой мир.
    — Киоко · книга
  188. Если ты просыпаешься, проводя рукой по лбу, и говоришь: «Как хорошо, что это всего лишь сон!», и снова засыпаешь, значит, твой сон не был кошмаром. После настоящего кошмара ты сидишь на постели, глубоко дышишь, но сон, вылетев из головы, словно привидение, занимает всю комнату, привидений становится все больше, они прячутся за мебелью и занавесками и наблюдают за тобой. После такого кошмара заснуть невозможно.
    — Дети из камеры хранения · книга
  189. Ребенок не в силах изменить мир взрослых под себя, так, чтобы все действовало по понятным ему законам. Поэтому он все время чувствует себя одиноким и растет сам по себе, не переставая удивляться несправедливости этого мира.
    — Мисо-суп · книга
  190. В жизни каждого человека есть три необходимых условия: Во-первых – это здоровье; во-вторых – твердость духа; и последнее – сила избавления от неприятностей.
    — Танатос · книга
  194. Настроение всегда ухудшается, когда приходится иметь дело с людьми или даже с курами, собаками или свиньями, лишенными жизненной силы.
    — 69 · книга
  195. «Люди нуждаются в других людях, ибо это единственное доказательство их собственного существования» — так сказал человек, что жил в собачьей конуре. А что на этот счет думала Юко? — Для меня других не существует...
    — Юко · книга
  196. Это было просто помещение для отбора. Мы ничем не отличались от собак, свиней или коров, разве что нам, как детям, позволялось играть. Мы мало чем отличались от поросят, которых зажаривают целиком в китайских ресторанах. Когда мы начинали взрослеть, нас сортировали и классифицировали. Стать старшеклассником означало сделать первый шаг к тому, чтобы превратиться в ЖИВОТНОЕ.
    — Ясаки · книга
  197. Люди так устроены, что, отмахиваясь от истинной причины беспокойства, зацикливаются на пустяках. Так человек, принявший окончательное решение покончить с собой, садится в вагон и вдруг начинает лихорадочно вспоминать, запер ли он, выходя из дома, дверь своей квартиры.
    — Мисо-суп · книга
  198. Такие, как она, существуют в своём собственном мире — за непреодолимым барьером идиотизма. Если сказать ей без прикрас: «Дорогая, ты абсолютная тупица», то скорее всего реакция будет: «А что такое тупица?!»
    — Мисо-суп · книга
  199. Никто на этом свете не сильнее печали и одиночества. Но, без сомнения, есть такие, кто не сдается. Они не кричат на каждом перекрестке: «Я сильнее, я не сдамся!» Нет, просто они молча сдерживают слезы.
    — Киоко · книга
Смотрите также
Все цитаты — Рю МуракамиВсе подборкиКаталог: авторы