342 цитаты «Жизненные цитаты про боль» для статуса

Собрали 342 цитаты на тему «Жизненные цитаты про боль» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Она будет горевать позже, когда будет способна выдержать эту боль.

   Она будет горевать позже, когда будет способна выдержать эту боль.

   — Александра Риплей · книга
2. «

   Боль — это проблема, ни для кого не делающая исключений.

   Боль — это проблема, ни для кого не делающая исключений.

   — Т. Д. Джейкс · книга
3. «

   Она поняла: нельзя быть слабой и мягкой. Слабость не смягчает удар, напротив, провоцирует сильную и долгую боль.

   Она поняла: нельзя быть слабой и мягкой. Слабость не смягчает удар, напротив, провоцирует сильную и долгую боль.

   — Лаура Эскивель · книга
4. «

   Быть в состоянии выбирать себе боль — это страшновато, но и прекрасно по-своему.

   Быть в состоянии выбирать себе боль — это страшновато, но и прекрасно по-своему.

   — Рю Мураками · книга
5. «

   Нынче в моде анестезия. Все как-то позабыли, что боль бывает прекрасной…

   Нынче в моде анестезия. Все как-то позабыли, что боль бывает прекрасной…

   — Катрин Панколь · книга
6. «

   Музыка заставляет мир причинять нам меньше боли.

   Музыка заставляет мир причинять нам меньше боли.

   — Тайлер Джозеф
7. «

   Беззвучные слезы — это почти физическая боль.

   Беззвучные слезы — это почти физическая боль.

   — Татьяна Корсакова · книга
8. «

   — Ты создаешь опасный прецедент. — Избегая боли? — Избегая жизни.

   — Ты создаешь опасный прецедент. — Избегая боли? — Избегая жизни.

   — Рейнбоу Рауэлл · книга
9. «

   Осиротеть можно не раз и не два. И именно так оно и происходит. И с каждым разом твоя боль всё меньше и меньше, а потом наступает момент, когда ты уже ничего не чувствуешь.

   Осиротеть можно не раз и не два. И именно так оно и происходит. И с каждым разом твоя боль всё меньше и меньше, а потом наступает момент, когда ты уже ничего не чувствуешь.

   — Чак Паланик · книга
10. «

    Когда скучаешь по человеку, первый импульс — заменить его другими людьми. Нескончаемой вереницей романов. На худой конец — книгами, шоколадом, виски. Но это не замена, как мы думаем, а ничтожный самообман. Рано или поздно поймешь, что заменить былое не в силах, да и не нужно этого делать. Лучше снять с себя старую одежду, какой бы любимой она ни была, и облачиться в новую. Пусть это будет желтая рубашка — как раз вчера зашла в магазин, купила себе такую. Желтую, как солнечный день.

    Когда скучаешь по человеку, первый импульс — заменить его другими людьми. Нескончаемой вереницей романов. На худой конец — книгами, шоколадом, виски. Но это не замена, как мы думаем, а ничтожный самообман. Рано или поздно поймешь, что заменить былое не в силах, да и не нужно этого делать. Лучше снять с себя старую одежду, какой бы любимой она ни была, и облачиться в новую. Пусть это будет желтая рубашка — как раз вчера зашла в магазин, купила себе такую. Желтую, как солнечный день.

    — Эльчин Сафарли · книга
11. «

    Больно почувствовать, как бродят в тебе чудодейственные силы задора и печали, и при этом знать, что те, к кому ты стремишься всей душой, замкнулись от тебя в весёлой неприступности.

    Больно почувствовать, как бродят в тебе чудодейственные силы задора и печали, и при этом знать, что те, к кому ты стремишься всей душой, замкнулись от тебя в весёлой неприступности.

    — Томас Манн (писатель) · книга
12. «

    Когда человеку так больно, ничто на свете не имеет значения. Кроме одного — избавиться от боли.

    Когда человеку так больно, ничто на свете не имеет значения. Кроме одного — избавиться от боли.

    — Борис Акунин · книга
13. «

    Когда боль немножко притупится, и воспоминания утешают.

    Когда боль немножко притупится, и воспоминания утешают.

    — Колин Маккалоу · книга
14. «

    Вы не можете вылечить болезнь только убрав боль, надо убрать то, из-за чего болит.

    Вы не можете вылечить болезнь только убрав боль, надо убрать то, из-за чего болит.

    — Лера (Валерия Павловна Белова) · сериал
15. «

    В общем, я знаю, какие ощущения у человека раздавленного и абсолютно уничтоженного, и до чего ужасно чувствовать боль там, где прежде не болело. И совершенно не важны новые причёски, и подвиги в тренажёрном зале, и весёлые буйства с подружками в баре. И всё равно каждую ночь ты будешь вспоминать мельчайшие детали и мучить себя вопросом: «Отчего ты всё понимала неверно? И как, чёрт подери, могло показаться, что ты ужасно счастлива?» А порой тебе удается убедить себя в том, что он прозреет и вернётся к тебе. Но потом, как бы долго твои переживания ни длились, ты всё равно идёшь дальше, и новые люди дают тебе понять, что ты чего-то стоишь, и осколки души снова собираются вместе, и твоё наваждение, все эти годы, которые ты потратила впустую, уходят в прошлое и забываются.

    В общем, я знаю, какие ощущения у человека раздавленного и абсолютно уничтоженного, и до чего ужасно чувствовать боль там, где прежде не болело. И совершенно не важны новые причёски, и подвиги в тренажёрном зале, и весёлые буйства с подружками в баре. И всё равно каждую ночь ты будешь вспоминать мельчайшие детали и мучить себя вопросом: «Отчего ты всё понимала неверно? И как, чёрт подери, могло показаться, что ты ужасно счастлива?» А порой тебе удается убедить себя в том, что он прозреет и вернётся к тебе. Но потом, как бы долго твои переживания ни длились, ты всё равно идёшь дальше, и новые люди дают тебе понять, что ты чего-то стоишь, и осколки души снова собираются вместе, и твоё наваждение, все эти годы, которые ты потратила впустую, уходят в прошлое и забываются.

    — Айрис Симкинс · фильм
16. «

    Именно непонимание того, что другому тоже может быть больно, и приводит к большинству бед во внешнем мире.

    Именно непонимание того, что другому тоже может быть больно, и приводит к большинству бед во внешнем мире.

    — Иар Эльтеррус · книга
17. «

    Но время идёт, боль притупляется, чувства сменяют друг друга, словно цвета в радуге. Сильное горе превращается просто в горе, уже не такое пронзительное и неизбывное; горе превращается в тихую скорбь, и в конечном итоге скорбь превращается в воспоминания — этот процесс занимает от полугода до трёх лет.

    Но время идёт, боль притупляется, чувства сменяют друг друга, словно цвета в радуге. Сильное горе превращается просто в горе, уже не такое пронзительное и неизбывное; горе превращается в тихую скорбь, и в конечном итоге скорбь превращается в воспоминания — этот процесс занимает от полугода до трёх лет.

    — Стивен Кинг · книга
18. «

    В пустых душах чужая боль даже эхом не отдаётся.

    В пустых душах чужая боль даже эхом не отдаётся.
19. «

    Представьте себе: мы уже не знаем, что писать друг другу. Мы не знаем, зачем писать. И когда-нибудь, случайно встретившись в кафе или метро, постараемся не заметить или не узнать друг друга, поспешим отвернуться друг от друга. Нам будет неловко за то, во что превратится наше «мы», что от него останется. Ничего. Два чужих человека с общим лжепрошлым, которому они позволяли так долго и так бесстыдно себя обманывать.

    Представьте себе: мы уже не знаем, что писать друг другу. Мы не знаем, зачем писать. И когда-нибудь, случайно встретившись в кафе или метро, постараемся не заметить или не узнать друг друга, поспешим отвернуться друг от друга. Нам будет неловко за то, во что превратится наше «мы», что от него останется. Ничего. Два чужих человека с общим лжепрошлым, которому они позволяли так долго и так бесстыдно себя обманывать.

    — Даниэль Глаттауэр · книга
20. «

    Громким смехом не скроешь дикой боли.

    Громким смехом не скроешь дикой боли.

    — Марина Цветаева