564 глубоких цитаты про «поэзия и поэты»

564 цитаты про «поэзия и поэты»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Средь множества скорбей, средь подлости и горя, Когда разбой и мрак вершат свои дела, Когда цветет обман, а правда умерла, Когда в почете зло, а доброта — в позоре,

   Средь множества скорбей, средь подлости и горя, Когда разбой и мрак вершат свои дела, Когда цветет обман, а правда умерла, Когда в почете зло, а доброта — в позоре,

   — Мартин Опиц
2. «

   — Ваш трудовой стаж? — Примерно… — Нас не интересует «примерно»! — Пять лет. — Где вы работали? — На заводе. В геологических партиях… — Сколько вы работали на заводе? — Год. — Кем? — Фрезеровщиком. — А вообще какая ваша специальность? — Поэт, поэт-переводчик. — А кто это признал, что вы поэт? Кто причислил вас к поэтам? — Никто. (Без вызова). А кто причислил меня к роду человеческому? — А вы учились этому? — Чему? — Чтобы быть поэтом? Не пытались кончить вуз, где готовят… где учат… — Я не думал… я не думал, что это даётся образованием. — А чем же? — Я думаю, это… (растерянно) от Бога… — У вас есть ходатайства к суду? — Я хотел бы знать: за что меня арестовали? — Это вопрос, а не ходатайство. — Тогда у меня нет ходатайства.

   — Ваш трудовой стаж? — Примерно… — Нас не интересует «примерно»! — Пять лет. — Где вы работали? — На заводе. В геологических партиях… — Сколько вы работали на заводе? — Год. — Кем? — Фрезеровщиком. — А вообще какая ваша специальность? — Поэт, поэт-переводчик. — А кто это признал, что вы поэт? Кто причислил вас к поэтам? — Никто. (Без вызова). А кто причислил меня к роду человеческому? — А вы учились этому? — Чему? — Чтобы быть поэтом? Не пытались кончить вуз, где готовят… где учат… — Я не думал… я не думал, что это даётся образованием. — А чем же? — Я думаю, это… (растерянно) от Бога… — У вас есть ходатайства к суду? — Я хотел бы знать: за что меня арестовали? — Это вопрос, а не ходатайство. — Тогда у меня нет ходатайства.

   — Иосиф Александрович Бродский
3. «

   Страдания вздохнули и ушли, Но боль в гостях осталась, как и прежде: Не удержавшись на крыле надежды, Упал с небес души осенний лист...

   Страдания вздохнули и ушли, Но боль в гостях осталась, как и прежде: Не удержавшись на крыле надежды, Упал с небес души осенний лист...

   — Вероника Иванова · книга
4. «

   Поэзия должна быть высокой, как небо, и земной, как хлеб насущный.

   Поэзия должна быть высокой, как небо, и земной, как хлеб насущный.

   — Вера Николаевна Маркова
5. «

   Любви безумную тревогу Я безотрадно испытал. Блажен, кто с нею сочетал Горячку рифм: он тем удвоил Поэзии священный бред, Петрарке шествуя вослед, А муки сердца успокоил, Поймал и славу между тем; Но я, любя, был глуп и нем.

   Любви безумную тревогу Я безотрадно испытал. Блажен, кто с нею сочетал Горячку рифм: он тем удвоил Поэзии священный бред, Петрарке шествуя вослед, А муки сердца успокоил, Поймал и славу между тем; Но я, любя, был глуп и нем.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
6. «

   На слово длинношеее в конце пришлось три «е», - Укоротить поэта! — вывод ясен, - И нож в него! — но счастлив он висеть на острие, Зарезанный за то, что был опасен!

   На слово длинношеее в конце пришлось три «е», - Укоротить поэта! — вывод ясен, - И нож в него! — но счастлив он висеть на острие, Зарезанный за то, что был опасен!
7. «

   Переводчик в прозе — раб, переводчик в стихах — соперник.

   Переводчик в прозе — раб, переводчик в стихах — соперник.

   — Василий Андреевич Жуковский
8. «

   Природный талант сам по себе — это еще не все. Если не обогащают его чтение и учеба, постоянные контакты с людьми, сама жизнь, если не дисциплинирует его строгая системитическая работа, он быстро сходит на нет и пропадает.

   Природный талант сам по себе — это еще не все. Если не обогащают его чтение и учеба, постоянные контакты с людьми, сама жизнь, если не дисциплинирует его строгая системитическая работа, он быстро сходит на нет и пропадает.

   — Вилем Завада · книга
9. «

   А мне в действительности единственное надо - чтоб больше поэтов хороших и разных.

   А мне в действительности единственное надо - чтоб больше поэтов хороших и разных.

   — Владимир Маяковский
10. «

    Не говори: «Поэт спокойным И праздным гостем здесь живет!» Он буквам мертвым и нестройным И жизнь, и мысль, и строй дает...

    Не говори: «Поэт спокойным И праздным гостем здесь живет!» Он буквам мертвым и нестройным И жизнь, и мысль, и строй дает...

    — Фёдор Николаевич Глинка
11. «

    Строфы и сейчас легко вставали, одна за другой, и, хоть он давно не записывал и не мог записывать своих стихов, все же слова легко вставали в каком-то заданном и каждый раз необычайном ритме. Рифма была искателем, инструментом магнитного поиска слов и понятий. Каждое слово было частью мира, оно откликалось на рифму, и весь мир проносился с быстротой какой-нибудь электронной машины. Все кричало: возьми меня. Нет, меня. Искать ничего не приходилось. Приходилось только отбрасывать. Здесь было как бы два человека – тот, который сочиняет, который запустил свою вертушку вовсю, и другой, который выбирает и время от времени останавливает запущенную машину. И, увидя, что он – это два человека, поэт понял, что сочиняет сейчас настоящие стихи. А что в том, что они не записаны? Записать, напечатать – все это суета сует. Все, что рождается небескорыстно, – это не самое лучшее. Самое лучшее то, что не записано, что сочинено и исчезло, растаяло без следа, и только творческая радость, которую ощущает он и которую ни с чем не спутать, доказывает, что стихотворение было создано, что прекрасное было создано. Не ошибается ли он? Безошибочна ли его творческая радость? Он вспомнил, как плохи, как поэтически беспомощны были последние стихи Блока и как Блок этого, кажется, не понимал...

    Строфы и сейчас легко вставали, одна за другой, и, хоть он давно не записывал и не мог записывать своих стихов, все же слова легко вставали в каком-то заданном и каждый раз необычайном ритме. Рифма была искателем, инструментом магнитного поиска слов и понятий. Каждое слово было частью мира, оно откликалось на рифму, и весь мир проносился с быстротой какой-нибудь электронной машины. Все кричало: возьми меня. Нет, меня. Искать ничего не приходилось. Приходилось только отбрасывать. Здесь было как бы два человека – тот, который сочиняет, который запустил свою вертушку вовсю, и другой, который выбирает и время от времени останавливает запущенную машину. И, увидя, что он – это два человека, поэт понял, что сочиняет сейчас настоящие стихи. А что в том, что они не записаны? Записать, напечатать – все это суета сует. Все, что рождается небескорыстно, – это не самое лучшее. Самое лучшее то, что не записано, что сочинено и исчезло, растаяло без следа, и только творческая радость, которую ощущает он и которую ни с чем не спутать, доказывает, что стихотворение было создано, что прекрасное было создано. Не ошибается ли он? Безошибочна ли его творческая радость? Он вспомнил, как плохи, как поэтически беспомощны были последние стихи Блока и как Блок этого, кажется, не понимал...

    — Варлам Шаламов · книга
12. «

    Блажен, кто устоял и низкой лжи в угоду Высокой истине не шел наперекор, Не принуждал перо кропать постыдный вздор, Прислуживаясь к тем, кто делает погоду.

    Блажен, кто устоял и низкой лжи в угоду Высокой истине не шел наперекор, Не принуждал перо кропать постыдный вздор, Прислуживаясь к тем, кто делает погоду.

    — Жоашен Дю Белле
13. «

    Не превращайся в лозунг. Человек — это поэзия.

    Не превращайся в лозунг. Человек — это поэзия.

    — Гвен Каммингс · фильм
14. «

    Осуждали поэта за всё: за слова, за дела, За безделье, за бедность, С кем пил он, с кем был он, с кем не был... Бурно зависть цвела, словно чёрная плесень цвела, Но поэт видел только синейшее вечное небо.

    Осуждали поэта за всё: за слова, за дела, За безделье, за бедность, С кем пил он, с кем был он, с кем не был... Бурно зависть цвела, словно чёрная плесень цвела, Но поэт видел только синейшее вечное небо.

    — Наталия Пунжина
15. «

    Самый тяжкий грех для поэзии — скука.

    Самый тяжкий грех для поэзии — скука.

    — Томас Стернз Элиот
16. «

    Юноша бледный со взором горящим, Ныне даю я тебе три завета: Первый прими: не живи настоящим, Только грядущее – область поэта.

    Юноша бледный со взором горящим, Ныне даю я тебе три завета: Первый прими: не живи настоящим, Только грядущее – область поэта.

    — Валерий Брюсов
17. «

    Поднимет меня колесо обозрения Над парком осенним с его желтизной. Недорого детское увеселение, Остался внизу городок расписной. И город большой подо мной расстилается, Но каждая улица здесь мне видна. Я вижу, Ока серебром разливается, Над нею плывет облаков седина. Пейзажи меняются с каждым мгновением, И город роится скопленьем домов. А вечер подарит мне тайну забвения, Прошепчет на ухо созвучия слов. Поднимет меня колесо и опустит, Минутное чувство полета даря. Блокнотное легкое стихоискусство Умножу на желтый пейзаж сентября.

    Поднимет меня колесо обозрения Над парком осенним с его желтизной. Недорого детское увеселение, Остался внизу городок расписной. И город большой подо мной расстилается, Но каждая улица здесь мне видна. Я вижу, Ока серебром разливается, Над нею плывет облаков седина. Пейзажи меняются с каждым мгновением, И город роится скопленьем домов. А вечер подарит мне тайну забвения, Прошепчет на ухо созвучия слов. Поднимет меня колесо и опустит, Минутное чувство полета даря. Блокнотное легкое стихоискусство Умножу на желтый пейзаж сентября.

    — Виктор Тафинцев
18. «

    Все-таки Паунда держали в сумасшедшем доме чуть ли не тринадцать лет. Держать поэта, каких бы убеждений он ни был, в сумасшедшем доме — это ни в какие ворота не лезет. Оден говорил, если великий поэт совершил преступление, поступать, видимо, следует так: сначала дать ему премию, а потом — повесить.

    Все-таки Паунда держали в сумасшедшем доме чуть ли не тринадцать лет. Держать поэта, каких бы убеждений он ни был, в сумасшедшем доме — это ни в какие ворота не лезет. Оден говорил, если великий поэт совершил преступление, поступать, видимо, следует так: сначала дать ему премию, а потом — повесить.

    — Иосиф Александрович Бродский
19. «

    Песни и стихи состоят из того же материала, что и души; они проникают из мира в мир почти беспрепятственно.

    Песни и стихи состоят из того же материала, что и души; они проникают из мира в мир почти беспрепятственно.

    — Лоис Макмастер Буджолд · книга
20. «

    Что есть творчество? Попытка убаюкать жизнь в стихах, попытка жить сквозь певчество и отчество, и в пол строки — разменная тоска.

    Что есть творчество? Попытка убаюкать жизнь в стихах, попытка жить сквозь певчество и отчество, и в пол строки — разменная тоска.

    — Аль Квотион · книга