775 цитат про «поэзия и поэты», которые захочется сохранить

775 цитат про «поэзия и поэты»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Запятые идут, как дождики в моих последующих нервненьких текстурах биографических текстов.

   Запятые идут, как дождики в моих последующих нервненьких текстурах биографических текстов.

   — Ольга Туркина
2. «

   — «С тобой, земля была ложем из трав, В котором мы спали, как дети. С тобой, я был больше, чем я есть. Твои глаза — Солнце, сжигающее меня. Я сгораю от любви, которую я потерял навсегда». — Очень красиво… — Это стихотворение напоминает мне о тебе.

   — «С тобой, земля была ложем из трав, В котором мы спали, как дети. С тобой, я был больше, чем я есть. Твои глаза — Солнце, сжигающее меня. Я сгораю от любви, которую я потерял навсегда». — Очень красиво… — Это стихотворение напоминает мне о тебе.

   — Дилан МакКей · сериал
3. «

   И любишь стихом, а в прозе немею. Ну вот, не могу сказать, Не умею.

   И любишь стихом, а в прозе немею. Ну вот, не могу сказать, Не умею.

   — Владимир Маяковский
4. «

   Вещи — для всего народа, строки — на размер страны, вровень звездам небосвода, в разворот морской волны.

   Вещи — для всего народа, строки — на размер страны, вровень звездам небосвода, в разворот морской волны.

   — Николай Николаевич Асеев
5. «

   Поэт — это состояние, а не профессия.

   Поэт — это состояние, а не профессия.

   — Роберт Фрост
6. «

   Ты звучишь — я молчу, но с тобой в унисон Я дышу и слова выдыхаю. И у Города крепче здоровье и сон, И теплее становятся камни. И февраль превращается в тёплый июль, А в сердцах пробуждается ласка. Посади на ладонь мне лишь песню свою — Я для Города выращу сказку.

   Ты звучишь — я молчу, но с тобой в унисон Я дышу и слова выдыхаю. И у Города крепче здоровье и сон, И теплее становятся камни. И февраль превращается в тёплый июль, А в сердцах пробуждается ласка. Посади на ладонь мне лишь песню свою — Я для Города выращу сказку.
7. «

   ...считать себя счастливым оттого, что не бил зверей по голове — это необычно, это может открыть нам в нас только поэт.

   ...считать себя счастливым оттого, что не бил зверей по голове — это необычно, это может открыть нам в нас только поэт.

   — Юрий Олеша
8. «

   Живет буревестник на гребне утеса, - Я это от старого слышал матроса. Он в пене сверкает крылами и стонет, Скользит над волнами и в море не тонет, Качается мерно на зыбкой лазури, При штиле молчит и кричит перед бурей.

   Живет буревестник на гребне утеса, - Я это от старого слышал матроса. Он в пене сверкает крылами и стонет, Скользит над волнами и в море не тонет, Качается мерно на зыбкой лазури, При штиле молчит и кричит перед бурей.

   — Генрик Ибсен
9. «

   Поэта решили сделать начальством. А он считает это несчастьем.

   Поэта решили сделать начальством. А он считает это несчастьем.

   — Андрей Дмитриевич Дементьев
10. «

    Поэзия – говорящая живопись.

    Поэзия – говорящая живопись.

    — Латинские пословицы и поговорки
11. «

    На площади стреляют поэтов. На главной площади нервные люди с больными глазами находят своё бессмертие. Но бессмертие пахнет могилой, это эхо молчания в затхлых залах вечной немоты, это плесень апатии, это мгновение, ставшее тягучей, душной, статичной вечностью. На площади люди слизывают с побледневших пересохших губ вкус жизни, запоминая его навсегда, влюбляясь в яростную боль, несущую в себе семена любви и экстатичной жажды вдохнуть в пробитые легкие хотя бы ещё один глоток солёного воздуха. На площади люди отчаянно смотрят в небо, судорожно понимая, что человеческая смертность — всего лишь залог остроты чувств, горячности идей, вечного стремления успеть, не жалея себя: жить, любить, дышать, смеяться, кричать в распахнутые окна, подставлять неумолимо стареющее лицо дождям, ветрам, снегопадам, солнцу... Потому что в конце этого предложения будет точка, восклицательный знак, а не шлейф уходящего в никуда многоточия. На площади стреляют поэтов. И поджарые животы в предчувствии пули прячут в чреве своём несказанные слова, тяжёлым комом поднимающиеся к сжимающемуся горлу, вырывающиеся в холодный воздух хрипом последних итогов. На площади, где стреляют поэтов, стоит мальчик. И небо давит на него, и снег кажется каменным, и тишина пугает... И он пишет на изнанке собственной души детскую мораль взрослой сказки: Бог создал нас разными. Смерть — сделала равными.

    На площади стреляют поэтов. На главной площади нервные люди с больными глазами находят своё бессмертие. Но бессмертие пахнет могилой, это эхо молчания в затхлых залах вечной немоты, это плесень апатии, это мгновение, ставшее тягучей, душной, статичной вечностью. На площади люди слизывают с побледневших пересохших губ вкус жизни, запоминая его навсегда, влюбляясь в яростную боль, несущую в себе семена любви и экстатичной жажды вдохнуть в пробитые легкие хотя бы ещё один глоток солёного воздуха. На площади люди отчаянно смотрят в небо, судорожно понимая, что человеческая смертность — всего лишь залог остроты чувств, горячности идей, вечного стремления успеть, не жалея себя: жить, любить, дышать, смеяться, кричать в распахнутые окна, подставлять неумолимо стареющее лицо дождям, ветрам, снегопадам, солнцу... Потому что в конце этого предложения будет точка, восклицательный знак, а не шлейф уходящего в никуда многоточия. На площади стреляют поэтов. И поджарые животы в предчувствии пули прячут в чреве своём несказанные слова, тяжёлым комом поднимающиеся к сжимающемуся горлу, вырывающиеся в холодный воздух хрипом последних итогов. На площади, где стреляют поэтов, стоит мальчик. И небо давит на него, и снег кажется каменным, и тишина пугает... И он пишет на изнанке собственной души детскую мораль взрослой сказки: Бог создал нас разными. Смерть — сделала равными.

    — Аль Квотион · книга
12. «

    Чтобы стать первым поэтом этого века, я должен испытать все на себе. Для меня уже было мало быть одним человеком. Я решил стать всеми. Я решил стать гением. Я решил создать будущее.

    Чтобы стать первым поэтом этого века, я должен испытать все на себе. Для меня уже было мало быть одним человеком. Я решил стать всеми. Я решил стать гением. Я решил создать будущее.

    — Артюр Рембо · фильм
13. «

    Человек должен любить стихи, если он — не верблюд и не корова...

    Человек должен любить стихи, если он — не верблюд и не корова...

    — Александра Бруштейн · книга
14. «

    Невежде проку нет в искусствах Аполлона, Таким сокровищем купец не дорожит, Проныра от него подалее бежит, Им Честолюбие украситься не склонно;

    Невежде проку нет в искусствах Аполлона, Таким сокровищем купец не дорожит, Проныра от него подалее бежит, Им Честолюбие украситься не склонно;

    — Жоашен Дю Белле
15. «

    — Стихи хорошие, но прочли вы их скверно. — Вам видней... — Еще бы. — Правда, друзья утверждают, что я хорошо читаю. — Они вам льстят. Вы читаете отвратительно.

    — Стихи хорошие, но прочли вы их скверно. — Вам видней... — Еще бы. — Правда, друзья утверждают, что я хорошо читаю. — Они вам льстят. Вы читаете отвратительно.

    — Людмила Прокофьевна Калугина «Мымра» · фильм
16. «

    Наука есть поэзия интеллекта, а поэзия — наука о заболеваниях души.

    Наука есть поэзия интеллекта, а поэзия — наука о заболеваниях души.

    — Лоренс Даррелл · книга
17. «

    ... никакая поэзия не заменит поступков.

    ... никакая поэзия не заменит поступков.

    — Эльчин Сафарли · книга
18. «

    И может быть, в эту минуту Меня на турецкий язык Японец какой переводит И в самую душу проник.

    И может быть, в эту минуту Меня на турецкий язык Японец какой переводит И в самую душу проник.

    — Осип Мандельштам
19. «

    Как писал Маяковский, «гвозди бы делать из этих людей, всем бы в России жилось веселей» (это он потом исправил на «крепче бы не было в мире гвоздей», я сама видела).

    Как писал Маяковский, «гвозди бы делать из этих людей, всем бы в России жилось веселей» (это он потом исправил на «крепче бы не было в мире гвоздей», я сама видела).

    — Виктор Пелевин · книга
20. «

    В нашем доме много спичек Мы всегда держим их под рукой Сейчас наша любимая марка «Ohio Blue Tip» Хотя раньше мы выбирали «Diamond» До того Как открыли «Ohio Blue Tip» Они лежат В прочных коробках С белыми, синими и голубыми наклейками И слова написаны В форме мегафона Словно громко кричат Вот лучшие спички в мире Полтора дюйма из мягкой сосны Венчается тёмно-фиолетовой головкой И будь ты трезв или мертвецки пьян Они вспыхнут ярким пламенем И зажгут сигарету любимой женщины Первый раз Который никогда не повторится

    В нашем доме много спичек Мы всегда держим их под рукой Сейчас наша любимая марка «Ohio Blue Tip» Хотя раньше мы выбирали «Diamond» До того Как открыли «Ohio Blue Tip» Они лежат В прочных коробках С белыми, синими и голубыми наклейками И слова написаны В форме мегафона Словно громко кричат Вот лучшие спички в мире Полтора дюйма из мягкой сосны Венчается тёмно-фиолетовой головкой И будь ты трезв или мертвецки пьян Они вспыхнут ярким пламенем И зажгут сигарету любимой женщины Первый раз Который никогда не повторится

    — Патерсон · фильм