200 цитат про «скорбь» для вдохновения

Тема «скорбь» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 200 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Ce n’est pas toujours cœur qui se lamente Le plus douloureux. Ni toujours celui qui rit et qui chante Le moins soucieux.

   Ce n’est pas toujours cœur qui se lamente Le plus douloureux. Ni toujours celui qui rit et qui chante Le moins soucieux.

   — Огюст Барбье
2. «

   Ты не запретишь птицам скорби виться над твоей головой, но ты можешь помешать им свить гнездо в твоих волосах.

   Ты не запретишь птицам скорби виться над твоей головой, но ты можешь помешать им свить гнездо в твоих волосах.

   — Китайские пословицы и поговорки
3. «

   Не плачут сладко и не поют своих скорбей те, которым и впрямь нет нигде ни пути, ни дороги.

   Не плачут сладко и не поют своих скорбей те, которым и впрямь нет нигде ни пути, ни дороги.

   — Иван Алексеевич Бунин · книга
4. «

   Я бы ни за что не стал стирать то, что между нами было, пусть даже скорбь переполняла меня. Я хватался бы за каждое мгновение, когда ты была в моих объятьях, каждую твою улыбку, всё то счастье, что мы испытали. Не важно, как сильно бы я скучал по тебе или как мне было бы больно, я бы никогда не стер все, что у нас было. Я бы предпочел переживать каждый момент, находясь в адской агонии, чем стереть воспоминания, в которых есть ТЫ!

   Я бы ни за что не стал стирать то, что между нами было, пусть даже скорбь переполняла меня. Я хватался бы за каждое мгновение, когда ты была в моих объятьях, каждую твою улыбку, всё то счастье, что мы испытали. Не важно, как сильно бы я скучал по тебе или как мне было бы больно, я бы никогда не стер все, что у нас было. Я бы предпочел переживать каждый момент, находясь в адской агонии, чем стереть воспоминания, в которых есть ТЫ!

   — Дэймон Сальваторе · сериал
5. «

   Чтобы лечить скорбь, терапевт не может оставаться отстраненным, он должен встретиться со смертностью лицом к лицу.

   Чтобы лечить скорбь, терапевт не может оставаться отстраненным, он должен встретиться со смертностью лицом к лицу.

   — Ирвин Ялом · книга
6. «

   Страданье настоящее бесстрастно; Лишь те, что скорби не достигли дна, Лишь недоучки горя — ропщут на Свою судьбу, стеная громогласно.

   Страданье настоящее бесстрастно; Лишь те, что скорби не достигли дна, Лишь недоучки горя — ропщут на Свою судьбу, стеная громогласно.

   — Элизабет Баррет Браунинг
7. «

   Исчезла ты, и боль исчезла сразу, Одна мечта в душе моей царит; Все, в чем ты отказала, без отказу Даст мне она: мечте неведом стыд. Я наслажусь, и бред мой будет явью: Ведь даже наяву блаженство — бред; Зато от скорби я себя избавлю, Во сне нет мысли — значит, скорби нет.

   Исчезла ты, и боль исчезла сразу, Одна мечта в душе моей царит; Все, в чем ты отказала, без отказу Даст мне она: мечте неведом стыд. Я наслажусь, и бред мой будет явью: Ведь даже наяву блаженство — бред; Зато от скорби я себя избавлю, Во сне нет мысли — значит, скорби нет.

   — Джон Донн
8. «

   Искренна скорбь того, кто плачет втайне.

   Искренна скорбь того, кто плачет втайне.

   — Джордж Гордон Байрон
9. «

   Нет легче службы, чем скорбеть притворно, Для тех, кто лжив.

   Нет легче службы, чем скорбеть притворно, Для тех, кто лжив.

   — Уильям Шекспир · книга
10. «

    И предал я сердце моё тому, чтобы познать мудрость, и познать безумие и глупость. Узнал, что и это — томление духа, ибо во многой мудрости — многие печали... И кто умножает познания, умножает скорбь.

    И предал я сердце моё тому, чтобы познать мудрость, и познать безумие и глупость. Узнал, что и это — томление духа, ибо во многой мудрости — многие печали... И кто умножает познания, умножает скорбь.

    — Аль-Муалим · игра
11. «

    Возможно, даже в самом горестном оплакивании наступает момент временного затишья и присутствует кто-то, кто не может скорбеть вместе с другими.

    Возможно, даже в самом горестном оплакивании наступает момент временного затишья и присутствует кто-то, кто не может скорбеть вместе с другими.

    — Элиф Шафак · книга
12. «

    Я у окна чего-то жду, И скорбь меня гнетет, А тут еще, как на беду, Дождь льет, и льет, и льет.

    Я у окна чего-то жду, И скорбь меня гнетет, А тут еще, как на беду, Дождь льет, и льет, и льет.

    — Ли Цинчжао (И Ань)
13. «

    Она плакала, и с каждой пролитой слезой боль, скопившаяся внутри, истончалась. Да, излечиться от неё в одночасье никто бы не сумел. Но теперь Фрэнсис Энн обрела надежду на то, что скорбь не станет её постоянной спутницей и не подчинит себе. «Я отпускаю тебя, мама, и тебя, папа. Но не прощаюсь с вами». И река стала свидетелем этого безмолвного обещания.

    Она плакала, и с каждой пролитой слезой боль, скопившаяся внутри, истончалась. Да, излечиться от неё в одночасье никто бы не сумел. Но теперь Фрэнсис Энн обрела надежду на то, что скорбь не станет её постоянной спутницей и не подчинит себе. «Я отпускаю тебя, мама, и тебя, папа. Но не прощаюсь с вами». И река стала свидетелем этого безмолвного обещания.

    — Фрэнсис Энн Фортескью · игра
14. «

    Скорби и болезни помогают человеку оторваться от суеты земной и больше прилепляться к Богу. Потерпи скорби, болезни, и тяготы, и обиды в этой жизни, потерпи без ропота – и наследуешь Царствие Божие.

    Скорби и болезни помогают человеку оторваться от суеты земной и больше прилепляться к Богу. Потерпи скорби, болезни, и тяготы, и обиды в этой жизни, потерпи без ропота – и наследуешь Царствие Божие.

    — Игумен Никон Воробьёв
15. «

    В этот день умер не только ребёнок. Что-то в Кайфоломе ушло глубоко внутрь и больше не возвращалось. Казалось, у него не нашлось теории, чтобы объяснить произошедшее. У меня тоже. Единственное, что мы могли сделать в ответ — забить на всё, и продолжать. Замешивать скорбь, насыпать её в ложку, и растворять в капле гнева. Потом впрыскивать её в вонючую гнойную вену, и продолжать по новой. Не останавливаться, вставать, выходить, грабить, воровать, обдуривать людей, накачивать себя скорбью в ожидании дня, когда кончится лафа. Потому что неважно, сколько ты накопил, или сколько ты украл; тебе никогда не хватает. Неважно, как часто ты выходишь, чтобы кого-то ограбить и обдурить. Каждый раз ты должен вставать и продолжать по-новой.

    В этот день умер не только ребёнок. Что-то в Кайфоломе ушло глубоко внутрь и больше не возвращалось. Казалось, у него не нашлось теории, чтобы объяснить произошедшее. У меня тоже. Единственное, что мы могли сделать в ответ — забить на всё, и продолжать. Замешивать скорбь, насыпать её в ложку, и растворять в капле гнева. Потом впрыскивать её в вонючую гнойную вену, и продолжать по новой. Не останавливаться, вставать, выходить, грабить, воровать, обдуривать людей, накачивать себя скорбью в ожидании дня, когда кончится лафа. Потому что неважно, сколько ты накопил, или сколько ты украл; тебе никогда не хватает. Неважно, как часто ты выходишь, чтобы кого-то ограбить и обдурить. Каждый раз ты должен вставать и продолжать по-новой.

    — На игле (Trainspotting) · фильм
16. «

    Скорби – это путь к обожению души. Это значит – идти на вольную страсть, на крест.

    Скорби – это путь к обожению души. Это значит – идти на вольную страсть, на крест.

    — Архимандрит Кирилл (Иван Дмитриевич Павлов)
17. «

    Скорбь не врачует, а только растравляет неизлечи­мые недуги.

    Скорбь не врачует, а только растравляет неизлечи­мые недуги.

    — Уильям Шекспир
18. «

    На старости любви, как и на старости лет, люди еще живут для скорби, но уже не живут для наслаждений.

    На старости любви, как и на старости лет, люди еще живут для скорби, но уже не живут для наслаждений.

    — Франсуа де Ларошфуко
19. «

    Уве называли бирюком. Фигня это, не был Уве никаким бирюком. Ну не улыбался каждому направо и налево. Что ж его – в преступники записать за это? Что до Уве, у него на сей счёт было своё мнение. Просто, когда хоронишь ту единственную, на которой сошёлся свет клином, что-то в тебе надламывается. И время не в силах залечить эту рану.

    Уве называли бирюком. Фигня это, не был Уве никаким бирюком. Ну не улыбался каждому направо и налево. Что ж его – в преступники записать за это? Что до Уве, у него на сей счёт было своё мнение. Просто, когда хоронишь ту единственную, на которой сошёлся свет клином, что-то в тебе надламывается. И время не в силах залечить эту рану.

    — Фредрик Бакман · книга
20. «

    К одиночеству у меня такое же отношение, как у других к благословению церкви. Оно для меня свет милости божьей. Закрывая за собой дверь своего дома, я всегда осознаю, что совершаю по отношению к себе милосердное деяние. Кантор в качестве иллюстрации к понятию бесконечность рассказывал ученикам историю о человеке, державшем гостиницу с бесконечным числом комнат, и все они были заняты. Потом приезжал еще один постоялец. Тогда хозяин делал вот что: он переселял гостя из комнаты номер один в комнату номер два, того, кто жил в номере два — в номер три, того, кто жил в номере три — в номер четыре, и так далее. Так освобождалась для нового гостя комната номер один. В этой истории меня восхищает то, что все ее участники — и постояльцы, и хозяин — считают совершенно естественным проведение бесконечного числа операций для того, чтобы один человек мог спокойно жить в своей собственной отдельной комнате. Это — настоящий гимн одиночеству.

    К одиночеству у меня такое же отношение, как у других к благословению церкви. Оно для меня свет милости божьей. Закрывая за собой дверь своего дома, я всегда осознаю, что совершаю по отношению к себе милосердное деяние. Кантор в качестве иллюстрации к понятию бесконечность рассказывал ученикам историю о человеке, державшем гостиницу с бесконечным числом комнат, и все они были заняты. Потом приезжал еще один постоялец. Тогда хозяин делал вот что: он переселял гостя из комнаты номер один в комнату номер два, того, кто жил в номере два — в номер три, того, кто жил в номере три — в номер четыре, и так далее. Так освобождалась для нового гостя комната номер один. В этой истории меня восхищает то, что все ее участники — и постояльцы, и хозяин — считают совершенно естественным проведение бесконечного числа операций для того, чтобы один человек мог спокойно жить в своей собственной отдельной комнате. Это — настоящий гимн одиночеству.

    — Питер Хёг · книга