658 фраз Уильяма Шекспира для статуса

Подборка из 658 цитат Уильяма Шекспира: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ты в заблужденье, раб! Сам Царь царей В скрижали внес закон: «Не убивай». И вы презреть закон Творца хотите, Приказу человека повинуясь!

   Ты в заблужденье, раб! Сам Царь царей В скрижали внес закон: «Не убивай». И вы презреть закон Творца хотите, Приказу человека повинуясь!

   — Кларенс · книга
2. «

   Но верю я, что лучшие слова В честь меньшего слагались божества!

   Но верю я, что лучшие слова В честь меньшего слагались божества!
3. «

   Что миновало, то забыть пора, И с сердца сразу свалится гора. Всё время помнить прошлые напасти, Пожалуй, хуже свежего несчастья.

   Что миновало, то забыть пора, И с сердца сразу свалится гора. Всё время помнить прошлые напасти, Пожалуй, хуже свежего несчастья.

   — Дож · книга
4. «

   Нехорошо, когда мы слишком вольны, - Опасно то; взгляни на целый свет: В земле, в воде и в небе воли нет, Ведь самки рыб, крылатых птиц, зверей - Все в подчиненье у самцов — мужей. Мужчины же над миром господа: Покорны им и суша и вода. Они наделены умом, душой, Каких ведь нет у твари ни одной. Их право — всем в семье распоряжаться, А долг жены — всегда повиноваться.

   Нехорошо, когда мы слишком вольны, - Опасно то; взгляни на целый свет: В земле, в воде и в небе воли нет, Ведь самки рыб, крылатых птиц, зверей - Все в подчиненье у самцов — мужей. Мужчины же над миром господа: Покорны им и суша и вода. Они наделены умом, душой, Каких ведь нет у твари ни одной. Их право — всем в семье распоряжаться, А долг жены — всегда повиноваться.

   — Люциана · книга
5. «

   Жизнь — это история, рассказанная идиотом, полная шума и ярости, но лишенная всякого смысла.

   Жизнь — это история, рассказанная идиотом, полная шума и ярости, но лишенная всякого смысла.

   — Макбет · книга
6. «

   В любви случайно все на свете: Есть у Амура стрелы, есть и сети.

   В любви случайно все на свете: Есть у Амура стрелы, есть и сети.

   — Геро · книга
7. «

   Так трусами нас делает раздумье, и начинания, взнесшиеся мощно, теряют имя действия.

   Так трусами нас делает раздумье, и начинания, взнесшиеся мощно, теряют имя действия.

   — Гамлет · книга
8. «

   Трус обречен, у смелых есть надежда.

   Трус обречен, у смелых есть надежда.

   — Карлейль · книга
9. «

   Больней, чем быть укушенным змеёй, иметь неблагодарного ребёнка.

   Больней, чем быть укушенным змеёй, иметь неблагодарного ребёнка.

   — Король Лир · книга
10. «

    Музыка ужасна, когда ни такта в ней, ни меры нет.

    Музыка ужасна, когда ни такта в ней, ни меры нет.
11. «

    Его верность — все равно что фасон его шляп: меняется с каждой новой болванкой.

    Его верность — все равно что фасон его шляп: меняется с каждой новой болванкой.

    — Беатриче · книга
12. «

    Трус умирает много раз до смерти, А храбрый смерть один лишь раз вкушает! Из всех чудес всего необъяснимей Мне кажется людское чувство страха, Хотя все знают — неизбежна смерть И в срок придет.

    Трус умирает много раз до смерти, А храбрый смерть один лишь раз вкушает! Из всех чудес всего необъяснимей Мне кажется людское чувство страха, Хотя все знают — неизбежна смерть И в срок придет.

    — Цезарь · книга
13. «

    Любовь — мой вождь, любовь — властитель мой! Когда развернуты ее знамена, И трус рванется в первые колонны.

    Любовь — мой вождь, любовь — властитель мой! Когда развернуты ее знамена, И трус рванется в первые колонны.

    — Тарквиний · книга
14. «

    Хорошие ноги рано или поздно станут спотыкаться; гордая спина согнется; черная борода поседеет; кудрявая голова облысеет; прекрасное лицо покроется морщинами; глубокий взор потускнеет; но доброе сердце, Кет, подобно солнцу и луне; и даже скорее солнцу, чем луне; ибо оно сияет ярким светом, никогда не изменяется и всегда следует верным путем.

    Хорошие ноги рано или поздно станут спотыкаться; гордая спина согнется; черная борода поседеет; кудрявая голова облысеет; прекрасное лицо покроется морщинами; глубокий взор потускнеет; но доброе сердце, Кет, подобно солнцу и луне; и даже скорее солнцу, чем луне; ибо оно сияет ярким светом, никогда не изменяется и всегда следует верным путем.

    — Король Генрих V · книга
15. «

    Нам женской не понять игры, Их равнодушья показного, Они лукавы и хитры, Сказав одно, хотят иного, Когда ты им твердишь: люблю, Их «нет» почти равно нулю.

    Нам женской не понять игры, Их равнодушья показного, Они лукавы и хитры, Сказав одно, хотят иного, Когда ты им твердишь: люблю, Их «нет» почти равно нулю.

    — Мужчина · книга
16. «

    Любовь нежна? Она груба и зла. И колется, и жжётся, как терновник.

    Любовь нежна? Она груба и зла. И колется, и жжётся, как терновник.

    — Ромэо · книга
17. «

    Ты имя ценишь, не дела. Напрасно! Кто подвигом себя прославить смог, - Пусть низок родом, духом он высок. А кто гордится пышностью убранства Да званьем, тот раздут водянкой чванства. Под именем любым зло будет злом, Как и добро останется добром. Делами люди ценятся своими, В вещах лишь сущность нам важна, не имя.

    Ты имя ценишь, не дела. Напрасно! Кто подвигом себя прославить смог, - Пусть низок родом, духом он высок. А кто гордится пышностью убранства Да званьем, тот раздут водянкой чванства. Под именем любым зло будет злом, Как и добро останется добром. Делами люди ценятся своими, В вещах лишь сущность нам важна, не имя.

    — Король · книга
18. «

    В нужде и чёрт священный текст приводит.

    В нужде и чёрт священный текст приводит.

    — Антонио · книга
19. «

    Не есть, не пить четыре дня приятней, Чем столько съесть и выпить — за один.

    Не есть, не пить четыре дня приятней, Чем столько съесть и выпить — за один.

    — Цезарь · книга
20. «

    So true a fool is love that in your will (Though you do any thing) he thinks no ill.

    So true a fool is love that in your will (Though you do any thing) he thinks no ill.