Топ-519 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»

Ниже 519 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Те, у кого интуиция преобладает над рассудком, всегда видели глубже и дальше, чем бесстрастные логики с их гипертрофированным, но бесчувственным рационализмом.

   Те, у кого интуиция преобладает над рассудком, всегда видели глубже и дальше, чем бесстрастные логики с их гипертрофированным, но бесчувственным рационализмом.
2. «

   Реальность всегда сопровождается крахом воображаемого, даже если между ними нет противоречия, ибо их несовместимость проистекает из их природы, а не из их содержания.

   Реальность всегда сопровождается крахом воображаемого, даже если между ними нет противоречия, ибо их несовместимость проистекает из их природы, а не из их содержания.
3. «

   Шеллинг принадлежит к тем великим и художественным натурам, которые непосредственно, инстинктуально, вдохновенно овладевают истиной.

   Шеллинг принадлежит к тем великим и художественным натурам, которые непосредственно, инстинктуально, вдохновенно овладевают истиной.

   — Герцен · книга
4. «

   Всё случайное имеет свою необходимость.

   Всё случайное имеет свою необходимость.

   — Аквинат · книга
5. «

   Существует дурная традиция, когда критикуют не чье-то учение, а свою его интерпретацию, степень своего понимания, меру собственной дури. Сначала извращают — затем критикуют. Просто и легко. К тому же возможности плебейских извращений безмерны.

   Существует дурная традиция, когда критикуют не чье-то учение, а свою его интерпретацию, степень своего понимания, меру собственной дури. Сначала извращают — затем критикуют. Просто и легко. К тому же возможности плебейских извращений безмерны.
6. «

   А вы, о женщина, растрепавшая шелковую ткань моей жизни! Если в истории моей любви и был обманщик — так это не я, если кто-то обманут — так не вы!

   А вы, о женщина, растрепавшая шелковую ткань моей жизни! Если в истории моей любви и был обманщик — так это не я, если кто-то обманут — так не вы!

   — Бертран · книга
7. «

   Во все времена, которые нам кажутся тупыми и безгласными, человечество пело такие громкие гимны, что им охотно внимали бы и боги.

   Во все времена, которые нам кажутся тупыми и безгласными, человечество пело такие громкие гимны, что им охотно внимали бы и боги.

   — И. В. Гёте · книга
8. «

   Прошлое живет и под снегом лет. Оно как родник, что вечно бьет под ледяным панцирем, родник, где плещутся, извиваясь, бесчисленные молчаливые пловцы, ваши воспоминания.

   Прошлое живет и под снегом лет. Оно как родник, что вечно бьет под ледяным панцирем, родник, где плещутся, извиваясь, бесчисленные молчаливые пловцы, ваши воспоминания.

   — Бертран · книга
9. «

   Первое и последнее, что требуется от гения, это правда. А можно ли знать истину и быть счастливым?

   Первое и последнее, что требуется от гения, это правда. А можно ли знать истину и быть счастливым?
10. «

    Сегодня уже нет былой уверенности в прогрессивности Просвещения и правильности пути, выбранного его отцами. Наоборот, в нем все чаще видятся следы кризиса мышления.

    Сегодня уже нет былой уверенности в прогрессивности Просвещения и правильности пути, выбранного его отцами. Наоборот, в нем все чаще видятся следы кризиса мышления.
11. «

    Творить не страдая невозможно.

    Творить не страдая невозможно.
12. «

    Мелкие людишки больше всего на свете страшатся разума; понимай они, что действительно страшно, они боялись бы глупости.

    Мелкие людишки больше всего на свете страшатся разума; понимай они, что действительно страшно, они боялись бы глупости.

    — И. В. Гёте · книга
13. «

    Прошлое должно изменяться под воздействием настоящего в той же степени, в какой настоящее определяется прошлым.

    Прошлое должно изменяться под воздействием настоящего в той же степени, в какой настоящее определяется прошлым.
14. «

    Долг поэта не в служении массам, а в развитии культуры и языка.

    Долг поэта не в служении массам, а в развитии культуры и языка.

    — Томас Стерн Элиот · книга
15. «

    Немного кротости! Смири свои порывы! Хотя бы для того, чтоб нас развлечь, порой Должна любовница казаться нам сестрой. Немного кротости, и будем мы счастливы!

    Немного кротости! Смири свои порывы! Хотя бы для того, чтоб нас развлечь, порой Должна любовница казаться нам сестрой. Немного кротости, и будем мы счастливы!

    — Поль Верлен · книга
16. «

    Посредством искусства раб или изгой выйдут из рабского состояния, преодолеют неистинную действительность и поднимутся на высоту артистического человечества.

    Посредством искусства раб или изгой выйдут из рабского состояния, преодолеют неистинную действительность и поднимутся на высоту артистического человечества.

    — Вагнер · книга
17. «

    Что до меня — я ненавижу толпу с ее бессмысленной сутолокой, ненавижу зрелища и в храме, и на площади, все эти праздненства, эти лживые игры, ради которых несчастный народ готов так легко забыть все беды. Я ненавижу эти знаки рабской почтительности, которые обманутый люд расточает всякому, кто его дурачит и притесняет.

    Что до меня — я ненавижу толпу с ее бессмысленной сутолокой, ненавижу зрелища и в храме, и на площади, все эти праздненства, эти лживые игры, ради которых несчастный народ готов так легко забыть все беды. Я ненавижу эти знаки рабской почтительности, которые обманутый люд расточает всякому, кто его дурачит и притесняет.

    — Бертран · книга
18. «

    Никакая удача, никакой успех, самый высокий взлет не упраздняет случая: стремясь подняться над миром, Повелитель обречен на катастрофу.

    Никакая удача, никакой успех, самый высокий взлет не упраздняет случая: стремясь подняться над миром, Повелитель обречен на катастрофу.
19. «

    Пока я с вами, слова мои для вас немного значат.

    Пока я с вами, слова мои для вас немного значат.

    — Гёльдерлин · книга
20. «

    Я считаю общество не дурным, то есть поддающимся улучшению, я считаю его абсурдным. А это совсем другое дело... Абсурдным. Меня задевает вовсе не отсутствие справедливости, а нечто гораздо более глубокое — невозможность согласиться с социальной организацией, какой бы она ни была.

    Я считаю общество не дурным, то есть поддающимся улучшению, я считаю его абсурдным. А это совсем другое дело... Абсурдным. Меня задевает вовсе не отсутствие справедливости, а нечто гораздо более глубокое — невозможность согласиться с социальной организацией, какой бы она ни была.

    — Кафка · книга