596 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» для размышлений

Ниже 596 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Труд укрепляет. Нужно сделать выбор... Чтобы излечиться от всего — от нищеты, от болезни и от меланхолии, — нам не достает только одного — любви к труду.

   Труд укрепляет. Нужно сделать выбор... Чтобы излечиться от всего — от нищеты, от болезни и от меланхолии, — нам не достает только одного — любви к труду.

   — Бодлер · книга
2. «

   Чтоб одолеть варваров, надо противопоставить им закон неодолимый, сверхчеловеческий — закон Бога.

   Чтоб одолеть варваров, надо противопоставить им закон неодолимый, сверхчеловеческий — закон Бога.

   — Августин · книга
3. «

   Я считаю общество не дурным, то есть поддающимся улучшению, я считаю его абсурдным. А это совсем другое дело... Абсурдным. Меня задевает вовсе не отсутствие справедливости, а нечто гораздо более глубокое — невозможность согласиться с социальной организацией, какой бы она ни была.

   Я считаю общество не дурным, то есть поддающимся улучшению, я считаю его абсурдным. А это совсем другое дело... Абсурдным. Меня задевает вовсе не отсутствие справедливости, а нечто гораздо более глубокое — невозможность согласиться с социальной организацией, какой бы она ни была.

   — Кафка · книга
4. «

   Короли, принцы могут заводить себе наставников, ученых и тайных советников, могут осыпать их почестями и орденами, но они не могут создавать великих людей.

   Короли, принцы могут заводить себе наставников, ученых и тайных советников, могут осыпать их почестями и орденами, но они не могут создавать великих людей.

   — Бетховен · книга
5. «

   Мы созерцаем бедствий страшный час: Второй потоп обрушился на нас! Лишь волны Леты плещутся забвенно, И всё добро исчезло во вселенной. Источником добра она была, Но мир забыл о ней в разгаре зла.

   Мы созерцаем бедствий страшный час: Второй потоп обрушился на нас! Лишь волны Леты плещутся забвенно, И всё добро исчезло во вселенной. Источником добра она была, Но мир забыл о ней в разгаре зла.

   — Джон Донн · книга
6. «

   Зло — результат жажды человека самому стать творящей основой, в высокомерии своем стать всем.

   Зло — результат жажды человека самому стать творящей основой, в высокомерии своем стать всем.

   — Август Шеллинг · книга
7. «

   Итак, мои милые, развлекайтесь и — телу во здравие, почкам на пользу — веселитесь, читая мою книгу.

   Итак, мои милые, развлекайтесь и — телу во здравие, почкам на пользу — веселитесь, читая мою книгу.

   — Рабле · книга
8. «

   Святость и чистота произведения искусства в том, что оно не служит никаким внешним целям.

   Святость и чистота произведения искусства в том, что оно не служит никаким внешним целям.

   — Август Шеллинг · книга
9. «

   Русские — первые модернисты, обнажившие человеческие души и сердца с такой глубиной.

   Русские — первые модернисты, обнажившие человеческие души и сердца с такой глубиной.

   — Вирджиния Вулф · книга
10. «

    Среди персонажей Достоевского нет ни одного, в ком не сидела бы заноза и кто не теребил бы ее.

    Среди персонажей Достоевского нет ни одного, в ком не сидела бы заноза и кто не теребил бы ее.
11. «

    УЛИСС — не неверие и не презрение к человеку, ибо искренность и честность не могут быть аморальны. Неверие и презрение — это когда лгут. Говорить же правду — значит верить, верить в многомерность человека и его способность преодолеть и победить самого себя. Что человек и делает ежеминутно.

    УЛИСС — не неверие и не презрение к человеку, ибо искренность и честность не могут быть аморальны. Неверие и презрение — это когда лгут. Говорить же правду — значит верить, верить в многомерность человека и его способность преодолеть и победить самого себя. Что человек и делает ежеминутно.
12. «

    Бороться за справедливость в мире, где зло неотделимо от добра, — безнадежно. Малейшее усилие освободиться только еще глубже затягивает удавку.

    Бороться за справедливость в мире, где зло неотделимо от добра, — безнадежно. Малейшее усилие освободиться только еще глубже затягивает удавку.

    — Кафка · книга
13. «

    Гофман предвосхитил уайльдовый парадокс, будто не театр возникает из жизни, но жизнь — из театра. Из театра абсурда, в котором драматурги и режиссеры — грядущие «отцы».

    Гофман предвосхитил уайльдовый парадокс, будто не театр возникает из жизни, но жизнь — из театра. Из театра абсурда, в котором драматурги и режиссеры — грядущие «отцы».
14. «

    Современник Гегеля, он был наделен куда более реалистическим чувством историзма, понимая последний как восхождение духа, но и его упадок.

    Современник Гегеля, он был наделен куда более реалистическим чувством историзма, понимая последний как восхождение духа, но и его упадок.
15. «

    Нет спора — философия достигает величайших высот, но в эти выси она увлекает лишь как бы частицу человека. Искусство же позволяет целостному человеку добраться до этих высот, до познания высшего.

    Нет спора — философия достигает величайших высот, но в эти выси она увлекает лишь как бы частицу человека. Искусство же позволяет целостному человеку добраться до этих высот, до познания высшего.
16. «

    Мания величия, злокачественный нарциссизм — удел ничтожеств.

    Мания величия, злокачественный нарциссизм — удел ничтожеств.
17. «

    Августину принадлежит одна из первых философий истории — истории как борьбы между приверженцами бога, строящими «град божий» на земле и сторонниками сатаны, этими сынами Каина. Когда гибнет земное, построенное вторыми, то на его место становится «вечная мировая божья держава». Иными словами, смысл истории — в обнаружении божественного. История непредсказуема, каждый ее акт — божественен.

    Августину принадлежит одна из первых философий истории — истории как борьбы между приверженцами бога, строящими «град божий» на земле и сторонниками сатаны, этими сынами Каина. Когда гибнет земное, построенное вторыми, то на его место становится «вечная мировая божья держава». Иными словами, смысл истории — в обнаружении божественного. История непредсказуема, каждый ее акт — божественен.
18. «

    Если быть последовательным, то ни одно предприятие невозможно. На каждое «да» всегда есть свое «нет» — и это не диалектика, а жизнь, где этих «да» и «нет» — бесконечность.

    Если быть последовательным, то ни одно предприятие невозможно. На каждое «да» всегда есть свое «нет» — и это не диалектика, а жизнь, где этих «да» и «нет» — бесконечность.

    — Рабле · книга
19. «

    Да, в молчании что-то есть: когда рвешься ввысь, рано или поздно приходишь к тому, что искомой незамутненной чистотой обладает только безмолвие.

    Да, в молчании что-то есть: когда рвешься ввысь, рано или поздно приходишь к тому, что искомой незамутненной чистотой обладает только безмолвие.
20. «

    Самое интересное для меня — говорить об индивидуальностях. Единственное обиталище гуманности — сам человек в своей глубокой индивидуальности. Я не верю в коллективную мораль.

    Самое интересное для меня — говорить об индивидуальностях. Единственное обиталище гуманности — сам человек в своей глубокой индивидуальности. Я не верю в коллективную мораль.

    — Феллини · книга