18 цитат «немцы» для статуса

Собрали 18 цитат на тему «немцы» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Дядя Игорь, а когда война закончится? — Когда всех немцев перебьем, Вань. — Но ведь война никак не связана с количеством живых и мертвых немцев. — Да? А с чем же тогда связана? — Со злобой и ненавистью. С враньем и пропагандой. С обидой и местью. С чем угодно, только не с национальностью.

   — Дядя Игорь, а когда война закончится? — Когда всех немцев перебьем, Вань. — Но ведь война никак не связана с количеством живых и мертвых немцев. — Да? А с чем же тогда связана? — Со злобой и ненавистью. С враньем и пропагандой. С обидой и местью. С чем угодно, только не с национальностью.
2. «

   — На что ты смотришь? — Как думаешь, немцы украли даже наше северное сияние? — Нет, это невозможно! — Моя мама говорила, что если видишь северное сияние, значит, дом рядом. — Если любишь северное сияние, можешь прятаться с нами, у нас есть сияние... и укрытие.

   — На что ты смотришь? — Как думаешь, немцы украли даже наше северное сияние? — Нет, это невозможно! — Моя мама говорила, что если видишь северное сияние, значит, дом рядом. — Если любишь северное сияние, можешь прятаться с нами, у нас есть сияние... и укрытие.

   — Маргарет Хансен · фильм
3. «

   — Если что-то пойдет не так и меня схватят... я хочу умереть от норвежской пули, а не от немецкой. — Договорились.

   — Если что-то пойдет не так и меня схватят... я хочу умереть от норвежской пули, а не от немецкой. — Договорились.

   — Ян Болсруд · фильм
4. «

   Меня всегда тошнило от патриотизма. Я никогда не знал, что делать с Германией, и до сих пор не знаю.

   Меня всегда тошнило от патриотизма. Я никогда не знал, что делать с Германией, и до сих пор не знаю.

   — Роберт Хабек
5. «

   Уже много лет мне встречаются немцы, которые признаются, что им стыдно быть немцами. И всякий раз я испытываю соблазн ответить им, что мне стыдно быть человеком.

   Уже много лет мне встречаются немцы, которые признаются, что им стыдно быть немцами. И всякий раз я испытываю соблазн ответить им, что мне стыдно быть человеком.

   — Ханна Арендт
6. «

   Взгляните на вещи как немцы — реально.

   Взгляните на вещи как немцы — реально.

   — Александр Христофорович Бинх · фильм
7. «

   — Здесь моя родина, я не могу ее покинуть. — Так уберите этого кретина, опасный тип, разве не видно? — Я его ненавижу. При одной мысли о нем мне хочется, как ты говоришь? — Блевать. — Вот-вот. Но он делает и кое-что полезное. — Я понимаю, создал армию, чтобы держать нас в страхе. Но ничего больше. — Это уже немало. И потом 80%. 38 миллионов немцев проголосовали за него. — По-твоему, если 38 миллионов поставили на идиота, он уже не идиот?

   — Здесь моя родина, я не могу ее покинуть. — Так уберите этого кретина, опасный тип, разве не видно? — Я его ненавижу. При одной мысли о нем мне хочется, как ты говоришь? — Блевать. — Вот-вот. Но он делает и кое-что полезное. — Я понимаю, создал армию, чтобы держать нас в страхе. Но ничего больше. — Это уже немало. И потом 80%. 38 миллионов немцев проголосовали за него. — По-твоему, если 38 миллионов поставили на идиота, он уже не идиот?

   — Гюнтер фон Бокман · фильм
8. «

   Можно сказать, это была судьба. Видите ли, кто-то может сказать, что немецкий фашизм получился от антисемитизма, не в меру ретивого вождя и нации озлобленных баранов, но всё это ничего бы не дало без любви немцев к одному интересному занятию: Жечь. Немцы любили что-нибудь жечь. Лавки, синагоги, Рейхстаги, дома, личные вещи, умерщвленных людей и, само собой, книги. Хороший костер из книг всегда был им по душе...

   Можно сказать, это была судьба. Видите ли, кто-то может сказать, что немецкий фашизм получился от антисемитизма, не в меру ретивого вождя и нации озлобленных баранов, но всё это ничего бы не дало без любви немцев к одному интересному занятию: Жечь. Немцы любили что-нибудь жечь. Лавки, синагоги, Рейхстаги, дома, личные вещи, умерщвленных людей и, само собой, книги. Хороший костер из книг всегда был им по душе...

   — Маркус Зусак · книга
9. «

   — Пап, а я вот понять одного не могу: почему у немцев всё хорошее, а у нас нет? — Ну... Потому что мы победили и точно знаем, что мы хорошие. А немцам это нужно каждый день доказывать.

   — Пап, а я вот понять одного не могу: почему у немцев всё хорошее, а у нас нет? — Ну... Потому что мы победили и точно знаем, что мы хорошие. А немцам это нужно каждый день доказывать.

   — Александр Бережок
10. «

    Начиная с царствования Петра Великого иностранные ученые, военные, дипломаты, деятели искусств верно служили русской монархии. Было среди них и множество выходцев из Германии. Их потомки оседали в России, сохраняя язык и некоторые традиции, претерпевавшие со временем изменения на русский манер, и в результате становились зачастую даже более русскими, чем коренные жители. Что говорить, дошло до того, что и самодержцев российских с полным на то основанием можно было называть немцами. Установление родственных связей между династиями началось с брака родителей Петра III — цесаревны Анны Петровны и герцога Гольштейн-Готторпского Карла Фридриха. После этого процесс принял необратимый характер, и через два века Романовы имели уже доминирующий процент немецкой крови.

    Начиная с царствования Петра Великого иностранные ученые, военные, дипломаты, деятели искусств верно служили русской монархии. Было среди них и множество выходцев из Германии. Их потомки оседали в России, сохраняя язык и некоторые традиции, претерпевавшие со временем изменения на русский манер, и в результате становились зачастую даже более русскими, чем коренные жители. Что говорить, дошло до того, что и самодержцев российских с полным на то основанием можно было называть немцами. Установление родственных связей между династиями началось с брака родителей Петра III — цесаревны Анны Петровны и герцога Гольштейн-Готторпского Карла Фридриха. После этого процесс принял необратимый характер, и через два века Романовы имели уже доминирующий процент немецкой крови.

    — Армен Гаспарян · книга
11. «

    Многие люди уцелели во ходе войны благодаря трусости немцев, которые были смелы, лишь когда имели явное преимущество над противником.

    Многие люди уцелели во ходе войны благодаря трусости немцев, которые были смелы, лишь когда имели явное преимущество над противником.

    — Владислав Шпильман · книга
12. «

    Обрусевший немец лучше, чем обнемечившийся русак. Пожалуй, это наивысший продукт послепетровской цивилизации. Если бы Россией правили штольцы, империя бы не рухнула.

    Обрусевший немец лучше, чем обнемечившийся русак. Пожалуй, это наивысший продукт послепетровской цивилизации. Если бы Россией правили штольцы, империя бы не рухнула.

    — Борис Акунин · книга
13. «

    Ад — белого цвета! — внезапно делает открытие студент Карминкель. — Никакого пламени, одни вечные снега. Души грешников мерзнут в ледяной бане. А у Сатаны седая борода, он говорит по-русски и похож на Деда-Мороза…

    Ад — белого цвета! — внезапно делает открытие студент Карминкель. — Никакого пламени, одни вечные снега. Души грешников мерзнут в ледяной бане. А у Сатаны седая борода, он говорит по-русски и похож на Деда-Мороза…

    — Ромен Гари · книга
14. «

    Я воевал в тех местах, где выживали только русские и татары. Войны выигрывают те народы, которые могут спать на голой земле. Русские и татары — могут, а немцы — нет. Немцы воюют по часам, и только, когда кофе попьют, а мы — всегда.

    Я воевал в тех местах, где выживали только русские и татары. Войны выигрывают те народы, которые могут спать на голой земле. Русские и татары — могут, а немцы — нет. Немцы воюют по часам, и только, когда кофе попьют, а мы — всегда.

    — Лев Николаевич Гумилев
15. «

    – Карл, проследи, чтобы майора посадили за хороший столик поближе к дамам. – Я уже посадил его за лучший. Он же немец и все равно бы занял его.

    – Карл, проследи, чтобы майора посадили за хороший столик поближе к дамам. – Я уже посадил его за лучший. Он же немец и все равно бы занял его.

    — капитан Луи Рено · фильм
16. «

    Это нонсенс — говорить, что немцы не могут измениться.

    Это нонсенс — говорить, что немцы не могут измениться.

    — Ангела Меркель
17. «

    В самые суровые морозы в Варшаву из западных областей Польши стали приходить транспорты с евреями. Живыми до конечного пункта добирались немногие. Их долго везли из родных мест в телячьих пломбированных вагонах, без еды, воды и тепла. Когда транспорты прибывали на место назначения, в живых оставалось не больше половины отправленных, да и те с тяжелыми обморожениями. Умершие, одеревенев на холоде, стояли в тесной толпе среди живых и валились на землю, как только открывали засовы вагонов.

    В самые суровые морозы в Варшаву из западных областей Польши стали приходить транспорты с евреями. Живыми до конечного пункта добирались немногие. Их долго везли из родных мест в телячьих пломбированных вагонах, без еды, воды и тепла. Когда транспорты прибывали на место назначения, в живых оставалось не больше половины отправленных, да и те с тяжелыми обморожениями. Умершие, одеревенев на холоде, стояли в тесной толпе среди живых и валились на землю, как только открывали засовы вагонов.

    — Владислав Шпильман · книга
18. «

    Богуцкие приготовили мне раскладушку. После казарменных нар, на которых раньше спал, эта постель показалась мне необыкновенно удобной. Сам факт, что я не вижу немцев, не слышу их криков и не приходится опасаться, что каждую минуту любой эсэсовец может меня избить или даже убить, давал ощущение счастья.

    Богуцкие приготовили мне раскладушку. После казарменных нар, на которых раньше спал, эта постель показалась мне необыкновенно удобной. Сам факт, что я не вижу немцев, не слышу их криков и не приходится опасаться, что каждую минуту любой эсэсовец может меня избить или даже убить, давал ощущение счастья.

    — Владислав Шпильман · книга