29 сильных цитат Федора Сологуба

Подборка из 29 цитат Федора Сологуба: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Она — всегда немая Галатея. А я — страдающий, любя, Пигмалион.

   Она — всегда немая Галатея. А я — страдающий, любя, Пигмалион.

   — Лелька · книга
2. «

   Наследственность — великое дело! Из мужиков в баре выходить — глупо, смешно, нерасчетливо и безнравственно. Учите мужика сколько хотите, но не давайте ему чинов за это.

   Наследственность — великое дело! Из мужиков в баре выходить — глупо, смешно, нерасчетливо и безнравственно. Учите мужика сколько хотите, но не давайте ему чинов за это.

   — Авиновицкий Александр Алексеевич · книга
3. «

   Давно уже не прочел он ни одной книги, — говорил, что некогда, — газет не выписывал, новости узнавал из разговоров. Впрочем и узнавать ему нечего было, — ничто во внешнем мире его не занимало.

   Давно уже не прочел он ни одной книги, — говорил, что некогда, — газет не выписывал, новости узнавал из разговоров. Впрочем и узнавать ему нечего было, — ничто во внешнем мире его не занимало.

   — Мелкий бес · книга
4. «

   Они принадлежали к числу тех жалких людей, вся жизнь которых — внешняя и сводится почти к механическому усвоению и повторению того, что делают другие люди их круга. Но так как среди этих других всегда бывают несколько человек очень богатых, сравнительно с другими, то вся жизнь людей, подобных Дмитрию Нерадову и его жене, наполняется мучительными стараниями делать то, что не по средствам, и томительными поисками денег, которых всегда не достает.

   Они принадлежали к числу тех жалких людей, вся жизнь которых — внешняя и сводится почти к механическому усвоению и повторению того, что делают другие люди их круга. Но так как среди этих других всегда бывают несколько человек очень богатых, сравнительно с другими, то вся жизнь людей, подобных Дмитрию Нерадову и его жене, наполняется мучительными стараниями делать то, что не по средствам, и томительными поисками денег, которых всегда не достает.

   — Звериный быт · книга
5. «

   На моём земном пути Было много злости. Выл я по ночам И с такими ж, как я сам, Грызся из-за кости.

   На моём земном пути Было много злости. Выл я по ночам И с такими ж, как я сам, Грызся из-за кости.
6. «

   О сердце, сердце! позабыть Пора надменные мечты И в безнадежной доле жить Без торжества, без красоты,

   О сердце, сердце! позабыть Пора надменные мечты И в безнадежной доле жить Без торжества, без красоты,
7. «

   Не скажешь, какими путями Приходит к нам в душу печаль, Лицо умывая слезами, Туманом окутавши даль.

   Не скажешь, какими путями Приходит к нам в душу печаль, Лицо умывая слезами, Туманом окутавши даль.
8. «

   Клавдия Андреевна ехала к себе, в семью. Эта семья собиралась только тогда, когда с кем-нибудь из членов ее случалось несчастье — смерть, ссылка, проводы на войну.

   Клавдия Андреевна ехала к себе, в семью. Эта семья собиралась только тогда, когда с кем-нибудь из членов ее случалось несчастье — смерть, ссылка, проводы на войну.

   — Путь в Дамаск · книга
9. «

   Подобно тому, как в природе кое-где встречаются места безнадежно унылые, как иногда восходят на земных просторах растения безуханные, не радующие глаз, — так и среди людских существований бывают такие, которые как бы заранее обречены кем-то недобрым и враждебным человеку на тоску и печаль бытия.

   Подобно тому, как в природе кое-где встречаются места безнадежно унылые, как иногда восходят на земных просторах растения безуханные, не радующие глаз, — так и среди людских существований бывают такие, которые как бы заранее обречены кем-то недобрым и враждебным человеку на тоску и печаль бытия.

   — Звериный быт · книга
10. «

    Как небо вечернее ясно! Какая там блещет звезда! О жизни, погибшей напрасно, Не надо грустить никогда.

    Как небо вечернее ясно! Какая там блещет звезда! О жизни, погибшей напрасно, Не надо грустить никогда.
11. «

    По тем дорогам, где ходят люди, В часы раздумья не ходи, — Весь воздух выпьют людские груди, Проснётся страх в твоей груди.

    По тем дорогам, где ходят люди, В часы раздумья не ходи, — Весь воздух выпьют людские груди, Проснётся страх в твоей груди.
12. «

    Я — царь, и мне надлежит победить тебя, какою бы то ни было ценою. Лучше быть зверем, побеждающим и торжествующим, чем человеком, который уступает и отдает свое.

    Я — царь, и мне надлежит победить тебя, какою бы то ни было ценою. Лучше быть зверем, побеждающим и торжествующим, чем человеком, который уступает и отдает свое.

    — Метейя · книга
13. «

    Адаменко — барышня светская; если итти к ней свататься в кой-каком галстуке, то она может обидеться и откажет.

    Адаменко — барышня светская; если итти к ней свататься в кой-каком галстуке, то она может обидеться и откажет.

    — Передонов · книга
14. «

    Мы и в самом деле ведем очень искусственный образ жизни. Мы делаем все, чтобы спорить с природой и со здоровым смыслом. И потому мы стали слабыми и неискренними. Правды мы не говорим и сами слушать ее не хотим. А если бы мы стали говорить правду, — вот странные бы произошли события.

    Мы и в самом деле ведем очень искусственный образ жизни. Мы делаем все, чтобы спорить с природой и со здоровым смыслом. И потому мы стали слабыми и неискренними. Правды мы не говорим и сами слушать ее не хотим. А если бы мы стали говорить правду, — вот странные бы произошли события.

    — Татьяна Павловна · книга
15. «

    В поле не видно ни зги. Кто-то зовет: «Помоги!» Что я могу? Сам я и беден и мал, Сам я смертельно устал, Как помогу?

    В поле не видно ни зги. Кто-то зовет: «Помоги!» Что я могу? Сам я и беден и мал, Сам я смертельно устал, Как помогу?
16. «

    Сестры лгали так уверенно и спокойно, что им нельзя было не верить. Что же, ведь ложь и часто бывает правдоподобнее правды. Почти всегда. Правда же, конечно, не правдоподобна.

    Сестры лгали так уверенно и спокойно, что им нельзя было не верить. Что же, ведь ложь и часто бывает правдоподобнее правды. Почти всегда. Правда же, конечно, не правдоподобна.

    — Мелкий бес · книга
17. «

    Среди шатания в умах и общей смуты, Чтобы внимание подростков поотвлечь И наложить на пагубные мысли путы, Понадобилась нам классическая речь.

    Среди шатания в умах и общей смуты, Чтобы внимание подростков поотвлечь И наложить на пагубные мысли путы, Понадобилась нам классическая речь.
18. «

    Умертвили Россию мою, Схоронили в могиле немой! Я глубоко печаль затаю, Замолчу перед злою толпой.

    Умертвили Россию мою, Схоронили в могиле немой! Я глубоко печаль затаю, Замолчу перед злою толпой.
19. «

    Мое сердце ужалено радостью. Грудь мою пронзили семь мечей счастья, — как мне не плакать.

    Мое сердце ужалено радостью. Грудь мою пронзили семь мечей счастья, — как мне не плакать.

    — Людмила · книга
20. «

    Чиста любовь моя, Как ясных звезд мерцанье, Как плеск нагорного ручья, Как белых роз благоуханье.

    Чиста любовь моя, Как ясных звезд мерцанье, Как плеск нагорного ручья, Как белых роз благоуханье.