67 цитат Ильи Смирнова о жизни и людях

Подборка из 67 цитат Ильи Смирнова: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Уж несколько дней, как осенний ветер Больному терзает душу: Он сдул покрывало из желтых листьев, трава во дворе обнажилась. За лесом прозрачным вдруг проглянула далекой горы вершина; Потом наползли внезапные тучи - гора стала вдвое ниже.

   Уж несколько дней, как осенний ветер Больному терзает душу: Он сдул покрывало из желтых листьев, трава во дворе обнажилась. За лесом прозрачным вдруг проглянула далекой горы вершина; Потом наползли внезапные тучи - гора стала вдвое ниже.

   — Чжао Ши-Сю · книга
2. «

   Солнце-ворон и заяц-луна торопятся, как всегда: Закаты, восходы - дней и ночей череда. В жизни земной не избежать разлук, Седеют виски - редеет дружеский круг. Не будьте глупцом, мой друг! Зачем добиваться высоких постов?

   Солнце-ворон и заяц-луна торопятся, как всегда: Закаты, восходы - дней и ночей череда. В жизни земной не избежать разлук, Седеют виски - редеет дружеский круг. Не будьте глупцом, мой друг! Зачем добиваться высоких постов?

   — Гуань Хань-Цин · книга
3. «

   Нежно-зеленая трава проросла под стеною. Ей не помеха даже иней морозный. Эти приметы весны, хотя бы и поздней, Радуют больше, чем самая ранняя осень.

   Нежно-зеленая трава проросла под стеною. Ей не помеха даже иней морозный. Эти приметы весны, хотя бы и поздней, Радуют больше, чем самая ранняя осень.

   — Гао Ци · книга
4. «

   Веселые юные минули годы, истаяли — и их нет. Старость мою утешает природа: бесконечного неба свет.

   Веселые юные минули годы, истаяли — и их нет. Старость мою утешает природа: бесконечного неба свет.

   — Юань Хао-Вэнь · книга
5. «

   Скрыт, безлюден двор за стеной бамбука. Нежных бутонов прелесть неизъяснима.

   Скрыт, безлюден двор за стеной бамбука. Нежных бутонов прелесть неизъяснима.

   — Гао Ци · книга
6. «

   Конфуцианцы мне объяснили, как жить. Я же, однако, склонен к ошибкам — увы.

   Конфуцианцы мне объяснили, как жить. Я же, однако, склонен к ошибкам — увы.

   — Ли Пань-Лун · книга
7. «

   Темный бамбук стебли склонил над дорогой. Отсвет дрожащий луны в оконце убогом. Горный отшельник давно погружен в созерцанье. Душу его осенние звуки не тронут.

   Темный бамбук стебли склонил над дорогой. Отсвет дрожащий луны в оконце убогом. Горный отшельник давно погружен в созерцанье. Душу его осенние звуки не тронут.

   — Гао Ци · книга
8. «

   Былое быльем поросло, лишь сердце болью сжимает... Укрыться бы где?

   Былое быльем поросло, лишь сердце болью сжимает... Укрыться бы где?

   — Юань Хао-Вэнь · книга
9. «

   Необходимо обрести индивидуальный опыт, чтобы полнее слиться с всеобщим, раствориться в нем, но и обогатить этот всеобщий опыт частицей собственного знания и мироощущения.

   Необходимо обрести индивидуальный опыт, чтобы полнее слиться с всеобщим, раствориться в нем, но и обогатить этот всеобщий опыт частицей собственного знания и мироощущения.

   — Китайская классическая поэзия · книга
10. «

    Мешаются шелест дождя и шорохи листьев. И в комнате гулкой отчетливей капель паденье... И в шепоте желтых цветов - осенние ветры. И всё мои длятся пути - старею, седею...

    Мешаются шелест дождя и шорохи листьев. И в комнате гулкой отчетливей капель паденье... И в шепоте желтых цветов - осенние ветры. И всё мои длятся пути - старею, седею...

    — Юань Хао-Вэнь · книга
11. «

    Дни разгара весны на чужбине приспели. В одну точку гляжу, чтобы боли в душе помягчели.

    Дни разгара весны на чужбине приспели. В одну точку гляжу, чтобы боли в душе помягчели.

    — Ли Юй · книга
12. «

    Ночью луна в Ляочэне светит особенно ясно. Я, бесприютный, скорблю в свете е печальном...

    Ночью луна в Ляочэне светит особенно ясно. Я, бесприютный, скорблю в свете е печальном...

    — Юань Хао-Вэнь · книга
13. «

    В дождь, неожиданно, от светлячков словно вспыхнул зеленый мох. Кажется, легкий ветер задул, и раскрылись двери домов. Видно, они в рожденьях иных ароматною были травой - Вот и летят, тоскуя, сюда, на замшелую стену двора.

    В дождь, неожиданно, от светлячков словно вспыхнул зеленый мох. Кажется, легкий ветер задул, и раскрылись двери домов. Видно, они в рожденьях иных ароматною были травой - Вот и летят, тоскуя, сюда, на замшелую стену двора.

    — Чжоу Тун-Гу · книга
14. «

    Мощный грохот тысяч ударов - колют буравят горы. Жаркий огонь все жжет-выжигает яростно без передышки. Дам я тело свое вот так же сжечь-истерзать не жалея, Только б остаться праведно чистым в нашем суетном мире.

    Мощный грохот тысяч ударов - колют буравят горы. Жаркий огонь все жжет-выжигает яростно без передышки. Дам я тело свое вот так же сжечь-истерзать не жалея, Только б остаться праведно чистым в нашем суетном мире.

    — Юй Цянь · книга
15. «

    Не выпьешь — в душе печаль, а выпьешь — и телом болен. Вот и сменяется страсть к вину ненавистью к хмельному. Но в жизни и смерти зависит всё только от воли Неба, Поэтому пей, чтоб ушла печаль, но так, чтоб недуг не явился.

    Не выпьешь — в душе печаль, а выпьешь — и телом болен. Вот и сменяется страсть к вину ненавистью к хмельному. Но в жизни и смерти зависит всё только от воли Неба, Поэтому пей, чтоб ушла печаль, но так, чтоб недуг не явился.

    — Ли Гоу · книга
16. «

    Даже весну на дорогах чужих трудно назвать весной.

    Даже весну на дорогах чужих трудно назвать весной.

    — Сюй тун · книга
17. «

    Сколько же может молодость наша длиться? Странника скоро и вспоминать позабудут.

    Сколько же может молодость наша длиться? Странника скоро и вспоминать позабудут.

    — Ли Пань-Лун · книга
18. «

    Жухлой осенней травой покрыты двенадцать вершин Ушань. Знобкий туман и холодный месяц плывут над ущельем Цзюйтан. Темные клены, челнок одинокий, на реке неприкаянный гость. И не кричат обезьяны ночные, а душу томит тоска.

    Жухлой осенней травой покрыты двенадцать вершин Ушань. Знобкий туман и холодный месяц плывут над ущельем Цзюйтан. Темные клены, челнок одинокий, на реке неприкаянный гость. И не кричат обезьяны ночные, а душу томит тоска.

    — Хэ Цзин-Мин · книга
19. «

    Два года странствовал по воде, отдавшись во власть волнам; Лицо старика, седина на висках - Всё, что я приобрел.

    Два года странствовал по воде, отдавшись во власть волнам; Лицо старика, седина на висках - Всё, что я приобрел.

    — Чжан Лэй · книга
20. «

    Чувства приезжего в дальнем краю близки и понятны мне.

    Чувства приезжего в дальнем краю близки и понятны мне.

    — Су Ши · книга