492 цитаты Уильяма Шекспира для тех, кто любит думать

Подборка из 492 цитаты Уильяма Шекспира: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Моя любовь без дна, а доброта — как ширь морская.

   Моя любовь без дна, а доброта — как ширь морская.

   — Ромео и Джульетта · книга
2. «

   Особенной любви достоин тот, Кто недостойной душу отдает.

   Особенной любви достоин тот, Кто недостойной душу отдает.
3. «

   Ее глаза суровы, а твои Не жгут, но утешают.

   Ее глаза суровы, а твои Не жгут, но утешают.

   — Король Лир · книга
4. «

   Весь мир — театр. В нем женщины, мужчины — все актеры. У них свои есть выходы, уходы, И каждый не одну играет роль. Семь действий в пьесе той. Сперва младенец, Ревущий громко на руках у мамки… Потом плаксивый школьник с книжкой сумкой, С лицом румяным, нехотя, улиткой Ползущий в школу. А затем любовник, Вздыхающий, как печь, с балладой грустной В честь брови милой. А затем солдат, Чья речь всегда проклятьями полна, Обросший бородой, как леопард, Ревнивый к чести, забияка в ссоре, Готовый славу бренную искать Хоть в пушечном жерле. Затем судья С брюшком округлым, где каплун запрятан, Со строгим взором, стриженой бородкой, Шаблонных правил и сентенций кладезь,— Так он играет роль. Шестой же возраст — Уж это будет тощий Панталоне, В очках, в туфлях, у пояса — кошель, В штанах, что с юности берег, широких Для ног иссохших; мужественный голос Сменяется опять дискантом детским: Пищит, как флейта… А последний акт, Конец всей этой странной, сложной пьесы — Второе детство, полузабытье: Без глаз, без чувств, без вкуса, без всего.

   Весь мир — театр. В нем женщины, мужчины — все актеры. У них свои есть выходы, уходы, И каждый не одну играет роль. Семь действий в пьесе той. Сперва младенец, Ревущий громко на руках у мамки… Потом плаксивый школьник с книжкой сумкой, С лицом румяным, нехотя, улиткой Ползущий в школу. А затем любовник, Вздыхающий, как печь, с балладой грустной В честь брови милой. А затем солдат, Чья речь всегда проклятьями полна, Обросший бородой, как леопард, Ревнивый к чести, забияка в ссоре, Готовый славу бренную искать Хоть в пушечном жерле. Затем судья С брюшком округлым, где каплун запрятан, Со строгим взором, стриженой бородкой, Шаблонных правил и сентенций кладезь,— Так он играет роль. Шестой же возраст — Уж это будет тощий Панталоне, В очках, в туфлях, у пояса — кошель, В штанах, что с юности берег, широких Для ног иссохших; мужественный голос Сменяется опять дискантом детским: Пищит, как флейта… А последний акт, Конец всей этой странной, сложной пьесы — Второе детство, полузабытье: Без глаз, без чувств, без вкуса, без всего.

   — Жак · книга
5. «

   Ты в кубок яду льешь, а справедливость Подносит этот яд к твоим губам.

   Ты в кубок яду льешь, а справедливость Подносит этот яд к твоим губам.

   — Макбет · книга
6. «

   Все люди грешны, всеми правит грех.

   Все люди грешны, всеми правит грех.
7. «

   Бегут часы и в злейшее ненастье.

   Бегут часы и в злейшее ненастье.

   — Макбет · книга
8. «

   But why thy odour matcheth not thy show, The soil is this, that thou dost common grow.

   But why thy odour matcheth not thy show, The soil is this, that thou dost common grow.
9. «

   — Советую, брось помыслы о ней. — Так посоветуй, как мне бросить думать.

   — Советую, брось помыслы о ней. — Так посоветуй, как мне бросить думать.

   — Бенволио · книга
10. «

    Даже клятвы любящих стоят не дороже клятвы трактирщиков. Обе скрепляют фальшивые счета.

    Даже клятвы любящих стоят не дороже клятвы трактирщиков. Обе скрепляют фальшивые счета.

    — Селия · книга
11. «

    Мне был бы ненавистен этот труд, Когда бы не она. Она способна Смерть сделать жизнью. Муку — наслажденьем.

    Мне был бы ненавистен этот труд, Когда бы не она. Она способна Смерть сделать жизнью. Муку — наслажденьем.

    — Фердинанд · книга
12. «

    — Когда меня выводят из себя, я скор на удары. <...> — Выйти — значит двинуться с места, а быть храбрым — значит стоять крепко; поэтому, если ты выйдешь из себя, то струсишь и убежишь.

    — Когда меня выводят из себя, я скор на удары. <...> — Выйти — значит двинуться с места, а быть храбрым — значит стоять крепко; поэтому, если ты выйдешь из себя, то струсишь и убежишь.

    — Самсон · книга
13. «

    Ничто не остается вечно годным: Избыток сил уничтожает жизнь. Когда ты что-нибудь готов свершить, Свершай, пока на то согласна воля. Она изменчива, ослабнуть ей легко, Легко уснуть от тысячи советов, Упасть от случая иль сильных рук. И что ж тогда родит твоя готовность? Бесплодный вздох, вредящий облегченьем. Но к делу!

    Ничто не остается вечно годным: Избыток сил уничтожает жизнь. Когда ты что-нибудь готов свершить, Свершай, пока на то согласна воля. Она изменчива, ослабнуть ей легко, Легко уснуть от тысячи советов, Упасть от случая иль сильных рук. И что ж тогда родит твоя готовность? Бесплодный вздох, вредящий облегченьем. Но к делу!

    — Клавдий, датский король · книга
14. «

    Ребячество — плакать от боязни того, что неизбежно.

    Ребячество — плакать от боязни того, что неизбежно.
15. «

    Покоряться Пращам и стрелам яростной судьбы Иль, ополчась на море смут, сразить их Противоборством?

    Покоряться Пращам и стрелам яростной судьбы Иль, ополчась на море смут, сразить их Противоборством?

    — Гамлет · книга
16. «

    Что, если шутку с пьяницей сыграть? Снести его в роскошную постель, Надеть бельё тончайшее и перстни, Поставить рядом стол с едою вкусной И слуг кругом, чтоб ждали пробужденья. Узнает этот нищий сам себя? ... Сочтёт всё волшебством иль сном чудесным.

    Что, если шутку с пьяницей сыграть? Снести его в роскошную постель, Надеть бельё тончайшее и перстни, Поставить рядом стол с едою вкусной И слуг кругом, чтоб ждали пробужденья. Узнает этот нищий сам себя? ... Сочтёт всё волшебством иль сном чудесным.

    — Лорд · книга
17. «

    Скажи, на что готов ты? Плакать? Драться? Постить? Терзать себя? Пить острый яд? Я то же сделаю. Ты выть пришел? Ты мне назло спрыгнул в ее могилу? Ты хочешь с ней зарытым быть? Я тоже. Ты говоришь о высях гор? Так пусть же На нас навалят миллион холмов. Чтоб их глава страны огня коснулась И Осса перед ним была б песчинкой!

    Скажи, на что готов ты? Плакать? Драться? Постить? Терзать себя? Пить острый яд? Я то же сделаю. Ты выть пришел? Ты мне назло спрыгнул в ее могилу? Ты хочешь с ней зарытым быть? Я тоже. Ты говоришь о высях гор? Так пусть же На нас навалят миллион холмов. Чтоб их глава страны огня коснулась И Осса перед ним была б песчинкой!

    — Гамлет · книга
18. «

    Что миновало, то забыть пора, И с сердца сразу свалится гора. Всё время помнить прошлые напасти, Пожалуй, хуже свежего несчастья.

    Что миновало, то забыть пора, И с сердца сразу свалится гора. Всё время помнить прошлые напасти, Пожалуй, хуже свежего несчастья.

    — Дож · книга
19. «

    Интрига составляет силу слабых. Даже у дурака хватает всегда ума, чтобы вредить.

    Интрига составляет силу слабых. Даже у дурака хватает всегда ума, чтобы вредить.
20. «

    Мы раздражаемся по пустякам, Когда задеты чем-нибудь серьёзным. Бывает, палец заболит, и боль Передаётся остальному телу.

    Мы раздражаемся по пустякам, Когда задеты чем-нибудь серьёзным. Бывает, палец заболит, и боль Передаётся остальному телу.

    — Дездемона · книга