543 мудрых мыслей Уильяма Шекспира

Подборка из 543 цитаты Уильяма Шекспира: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   И ненависть мучительна и нежность. И ненависть и нежность — тот же пыл Слепых, из ничего возникших сил, Пустая тягость, тяжкая забава, Нестройное собранье стройных форм, Холодный жар, смертельное здоровье, Бессонный сон, который глубже сна. Вот какова, и хуже льда и камня, Моя любовь, которая тяжка мне. Ты не смеёшься?

   И ненависть мучительна и нежность. И ненависть и нежность — тот же пыл Слепых, из ничего возникших сил, Пустая тягость, тяжкая забава, Нестройное собранье стройных форм, Холодный жар, смертельное здоровье, Бессонный сон, который глубже сна. Вот какова, и хуже льда и камня, Моя любовь, которая тяжка мне. Ты не смеёшься?

   — Ромео · книга
2. «

   Так жизнь исправит все, что изувечит. И если ты любви себя отдашь, Она тебя верней увековечит, Чем этот беглый, хрупкий карандаш.

   Так жизнь исправит все, что изувечит. И если ты любви себя отдашь, Она тебя верней увековечит, Чем этот беглый, хрупкий карандаш.
3. «

   Видел ты, как цепной пес лает на нищего? А бродяга от него удирает. Заметь, это символ власти. Она требует повиновения. Пес этот изображает должностное лицо на служебном посту. Ты уличную женщину плетьми зачем сечешь, подлец, заплечный мастер? Ты б лучше сам хлестал себя кнутом за то, что в тайне хочешь согрешить с ней. Мошенника повесил ростовщик. Сквозь рубища грешок ничтожный виден, но бархат мантий прикрывает все. Позолоти порок, позолоту судья копье сломает, Но одень его в лохмотья — соломинкой проткнешь. Виновных нет, поверь, виновных нет: никто не совершает преступлений. Берусь тебе любого оправдать, затем, что вправе рот зажать любому. Купи себе стеклянные глаза и делай вид, как негодяй политик, Что видишь то, чего не видишь ты.

   Видел ты, как цепной пес лает на нищего? А бродяга от него удирает. Заметь, это символ власти. Она требует повиновения. Пес этот изображает должностное лицо на служебном посту. Ты уличную женщину плетьми зачем сечешь, подлец, заплечный мастер? Ты б лучше сам хлестал себя кнутом за то, что в тайне хочешь согрешить с ней. Мошенника повесил ростовщик. Сквозь рубища грешок ничтожный виден, но бархат мантий прикрывает все. Позолоти порок, позолоту судья копье сломает, Но одень его в лохмотья — соломинкой проткнешь. Виновных нет, поверь, виновных нет: никто не совершает преступлений. Берусь тебе любого оправдать, затем, что вправе рот зажать любому. Купи себе стеклянные глаза и делай вид, как негодяй политик, Что видишь то, чего не видишь ты.

   — Король Лир · книга
4. «

   Здесь, в темноте, стоял он с обнаженным Мечом в руках и, бормоча заклятья, К луне взывал о помощи.

   Здесь, в темноте, стоял он с обнаженным Мечом в руках и, бормоча заклятья, К луне взывал о помощи.

   — Эдмунд · книга
5. «

   Быть иль не быть — вот в чем вопрос.

   Быть иль не быть — вот в чем вопрос.

   — Гамлет · книга
6. «

   Но помню я, мы ангельски прекрасны, Пока желают нас и жаждут страстно: Всем любящим полезно это знать - Мужчина хвалит то, что хочет взять. Но, чуть достигнут им предел желаний, Бледнеет пыл молений и мечтаний. Понятен мне любви закон один: Просящий — раб, достигший — властелин.

   Но помню я, мы ангельски прекрасны, Пока желают нас и жаждут страстно: Всем любящим полезно это знать - Мужчина хвалит то, что хочет взять. Но, чуть достигнут им предел желаний, Бледнеет пыл молений и мечтаний. Понятен мне любви закон один: Просящий — раб, достигший — властелин.

   — Крессида · книга
7. «

   В тот чёрный день (пусть он минует нас!), Когда увидишь все мои пороки, Когда терпенья истощишь запас И мне объявишь приговор жестокий,

   В тот чёрный день (пусть он минует нас!), Когда увидишь все мои пороки, Когда терпенья истощишь запас И мне объявишь приговор жестокий,
8. «

   Усталый конь, забыв былую прыть, Едва трусит уныло подо мной, Как будто знает: незачем спешить Тому, кто разлучен с душой родной... Как тяжко мне, в пути взметая пыль, Не ожидая дальше ничего, Отсчитывать уныло, сколько миль Отъехал я от счастья своего.

   Усталый конь, забыв былую прыть, Едва трусит уныло подо мной, Как будто знает: незачем спешить Тому, кто разлучен с душой родной... Как тяжко мне, в пути взметая пыль, Не ожидая дальше ничего, Отсчитывать уныло, сколько миль Отъехал я от счастья своего.
9. «

   Благодарю бога и мою холодную кровь за то, что в этом я похожа на вас: для меня приятнее слушать, как моя собака лает на ворон, чем как мужчина клянется мне в любви.

   Благодарю бога и мою холодную кровь за то, что в этом я похожа на вас: для меня приятнее слушать, как моя собака лает на ворон, чем как мужчина клянется мне в любви.

   — Беатриче · книга
10. «

    Как счастлив я!... Но вновь через мгновенье Летят к тебе и мысли и стремленья.

    Как счастлив я!... Но вновь через мгновенье Летят к тебе и мысли и стремленья.
11. «

    Слова — всегда слова.

    Слова — всегда слова.

    — Брабанцио · книга
12. «

    ... Быть может, твой единственный алмаз простым стеклом окажется на глаз.

    ... Быть может, твой единственный алмаз простым стеклом окажется на глаз.

    — Бенволио · книга
13. «

    Тебя, о, Смерть, тебя зову я, утомлённый. Устал я видеть Честь поверженной во прах, Заслугу — в рубище, Невинность — осквернённой, И Верность — преданной, и Истину — в цепях, Глупцов — гордящихся лавровыми венками, И обесславленных, опальных мудрецов, И дивный дар небес — осмеянный слепцами, И злое торжество пустых клеветников, Искусство, робкое пред деспотизмом власти, Безумье жалкое надменного чела, И силу золота, и гибельные страсти, И Благо — пленником у властелина зла. Усталый, я искал бы вечного покоя, Когда бы смертный час не разлучал с тобою.

    Тебя, о, Смерть, тебя зову я, утомлённый. Устал я видеть Честь поверженной во прах, Заслугу — в рубище, Невинность — осквернённой, И Верность — преданной, и Истину — в цепях, Глупцов — гордящихся лавровыми венками, И обесславленных, опальных мудрецов, И дивный дар небес — осмеянный слепцами, И злое торжество пустых клеветников, Искусство, робкое пред деспотизмом власти, Безумье жалкое надменного чела, И силу золота, и гибельные страсти, И Благо — пленником у властелина зла. Усталый, я искал бы вечного покоя, Когда бы смертный час не разлучал с тобою.
14. «

    Я это запишу, Что можно улыбаться, улыбаться И быть мерзавцем.

    Я это запишу, Что можно улыбаться, улыбаться И быть мерзавцем.

    — Гамлет · книга
15. «

    Как часто нам приходится жалеть о том, чего мы сами добивались.

    Как часто нам приходится жалеть о том, чего мы сами добивались.

    — Агриппа · книга
16. «

    О, женщины, вам имя — вероломство!

    О, женщины, вам имя — вероломство!

    — Гамлет · книга
17. «

    Как движется к земле морской прибой, Так и ряды бессчетные минут, Сменяя предыдущие собой, Поочередно к вечности бегут.

    Как движется к земле морской прибой, Так и ряды бессчетные минут, Сменяя предыдущие собой, Поочередно к вечности бегут.
18. «

    Как жалки те, кто ждать не научился! Ранения не заживают вмиг Мы действуем умом, а не колдуем Не всякий плод на свете скороспелка, Но созревает всё, что зацвело.

    Как жалки те, кто ждать не научился! Ранения не заживают вмиг Мы действуем умом, а не колдуем Не всякий плод на свете скороспелка, Но созревает всё, что зацвело.

    — Яго · книга
19. «

    Не есть, не пить четыре дня приятней, Чем столько съесть и выпить — за один.

    Не есть, не пить четыре дня приятней, Чем столько съесть и выпить — за один.

    — Цезарь · книга
20. «

    И величайшие клятвы — солома, когда горит огонь в крови.

    И величайшие клятвы — солома, когда горит огонь в крови.

    — Просперо · книга