«Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» в 462 цитаты

Ниже 462 цитаты из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Вера есть состояние души, а не образ мыслей.

   Вера есть состояние души, а не образ мыслей.

   — Стриндберг · книга
2. «

   Многоязычность и мифологичность — это еще и поиск корней культуры. Ведь символ, метафора — не просто завуалированное знание, но способ выражения интуиций множественности бытия. Смысловая неоднозначность почти всегда обогощает, ибо способствует привлечению подсознательных ассоциаций, той несказанности, которой поэзия отличается от прозы.

   Многоязычность и мифологичность — это еще и поиск корней культуры. Ведь символ, метафора — не просто завуалированное знание, но способ выражения интуиций множественности бытия. Смысловая неоднозначность почти всегда обогощает, ибо способствует привлечению подсознательных ассоциаций, той несказанности, которой поэзия отличается от прозы.
3. «

   Малларме считал, что даже не писатель мыслит свой язык, но язык мыслит в нем. «Язык не используется кем-то, он сам есть что-то».

   Малларме считал, что даже не писатель мыслит свой язык, но язык мыслит в нем. «Язык не используется кем-то, он сам есть что-то».
4. «

   Никакая фантазия никакого художника не бывает сильнее и действеннее, чем жизнь. Укус осы в глаз открывает нам мир куда шире, чем муки христианских подвижников эпохи Нерона. Страдания всего человечества менее чувствительны, чем удар кулака по лбу.

   Никакая фантазия никакого художника не бывает сильнее и действеннее, чем жизнь. Укус осы в глаз открывает нам мир куда шире, чем муки христианских подвижников эпохи Нерона. Страдания всего человечества менее чувствительны, чем удар кулака по лбу.
5. «

   Да, в двадцать и шестьдесят пишут разные исповеди.

   Да, в двадцать и шестьдесят пишут разные исповеди.
6. «

   Естественность, конечно, хороша, но можно ли проникнуть в высшие сферы духа без отвлеченностей? Может ли развиваться культура, не стремящаяся выскочить ихз колеи?

   Естественность, конечно, хороша, но можно ли проникнуть в высшие сферы духа без отвлеченностей? Может ли развиваться культура, не стремящаяся выскочить ихз колеи?
7. «

   Кто жил, в ничто не обратится.

   Кто жил, в ничто не обратится.

   — И. В. Гёте · книга
8. «

   Музыка открывает неведомое царство, мир, не имеющий ничего общего с внешним.

   Музыка открывает неведомое царство, мир, не имеющий ничего общего с внешним.

   — Гофман · книга
9. «

   Есть поэты, опускающиеся вниз, к другим. Есть поэты, возвышающие до себя и тем самым резко ограничивающие свой круг. После них всё кажется наивным, пошлым, несовершенным. Так в музее вдруг наталкиваешься на шедевр, после которого идти дальше — бессмысленно.

   Есть поэты, опускающиеся вниз, к другим. Есть поэты, возвышающие до себя и тем самым резко ограничивающие свой круг. После них всё кажется наивным, пошлым, несовершенным. Так в музее вдруг наталкиваешься на шедевр, после которого идти дальше — бессмысленно.
10. «

    Я не нуждаюсь для моего удовольствия ни в чьей нищете, я не желаю богатства, которое оплачено горем.

    Я не нуждаюсь для моего удовольствия ни в чьей нищете, я не желаю богатства, которое оплачено горем.

    — Бодлер · книга
11. «

    Мир пропитан страстью и трепетом индивидуализации, но ничто в нем так не шатко, как индивидуальность... В клейстовских трагедиях уже слышится надрыв Достоевского.

    Мир пропитан страстью и трепетом индивидуализации, но ничто в нем так не шатко, как индивидуальность... В клейстовских трагедиях уже слышится надрыв Достоевского.
12. «

    Сотворенный богом мир разнообразен и многосложен, то есть плюрален. Еще он иерархичен: одни части лучше, другие хуже. Многосложное предполагает противоположное. Противоположив одни части другим, Творец дал повод для конкуренции частей. Он не был злым, осуществляя эту идею — мир просто не мог быть другим, иерархия и борьба — его сущность.

    Сотворенный богом мир разнообразен и многосложен, то есть плюрален. Еще он иерархичен: одни части лучше, другие хуже. Многосложное предполагает противоположное. Противоположив одни части другим, Творец дал повод для конкуренции частей. Он не был злым, осуществляя эту идею — мир просто не мог быть другим, иерархия и борьба — его сущность.

    — Плотин · книга
13. «

    Мы можем придерживаться самых разных политических взглядов, но наша взаимная обязанность — сохранить нашу общую культуру неиспорченной политическими влияниями.

    Мы можем придерживаться самых разных политических взглядов, но наша взаимная обязанность — сохранить нашу общую культуру неиспорченной политическими влияниями.
14. «

    Стремленье к телу не случайно, В нем — откровений бытие. В душе любви закрыты тайны, А тело — летопись ее.

    Стремленье к телу не случайно, В нем — откровений бытие. В душе любви закрыты тайны, А тело — летопись ее.

    — Джон Донн · книга
15. «

    Переход от Олимпа к Единому в чем-то подобен наступлению тоталитарности, зарождающейся в недрах плюрализма.

    Переход от Олимпа к Единому в чем-то подобен наступлению тоталитарности, зарождающейся в недрах плюрализма.
16. «

    Боже, ты меня ранил любовью, Рана открыта еще, Боже, ты меня ранил любовью...

    Боже, ты меня ранил любовью, Рана открыта еще, Боже, ты меня ранил любовью...

    — Поль Верлен · книга
17. «

    Слишком уж легко присваивать чужой труд и любовь в мире массового психоза.

    Слишком уж легко присваивать чужой труд и любовь в мире массового психоза.
18. «

    Я писал любовные стихотворения, только когда я любил.

    Я писал любовные стихотворения, только когда я любил.

    — И. В. Гёте · книга
19. «

    Не принимает род человеческий пророков своих и избивает их, но любят люди мучеников своих и чтят тех, коих замучили.

    Не принимает род человеческий пророков своих и избивает их, но любят люди мучеников своих и чтят тех, коих замучили.
20. «

    Ибсен не был моралистом, но знал, что самое страшное зло — даже не смерть, а бесчеловечность. Трагедия мира — это трагедия растоптанных человеческих душ.

    Ибсен не был моралистом, но знал, что самое страшное зло — даже не смерть, а бесчеловечность. Трагедия мира — это трагедия растоптанных человеческих душ.