«Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты» в 522 цитаты

Ниже 522 цитаты из книги «Игорь Иванович Гарин. Пророки и поэты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Для Гофмана жизнь — фантасмагория, где люди делятся на две категории: счастливых филистеров, довольных собою и своим существованием, послушно играющих свои бессмысленные роли, и мечтателей, энтузиастов, людей не от мира сего. Это не фантазии, это — безумие самой действительности.

   Для Гофмана жизнь — фантасмагория, где люди делятся на две категории: счастливых филистеров, довольных собою и своим существованием, послушно играющих свои бессмысленные роли, и мечтателей, энтузиастов, людей не от мира сего. Это не фантазии, это — безумие самой действительности.
2. «

   Истинный философ не поверит людям, что время действительно принесет что-то новое и значительное, что у него самого как целого имеется начало и конец, план и развитие и в качестве последней цели — высшее совершенствование поколения, живущего последние 30 лет.

   Истинный философ не поверит людям, что время действительно принесет что-то новое и значительное, что у него самого как целого имеется начало и конец, план и развитие и в качестве последней цели — высшее совершенствование поколения, живущего последние 30 лет.
3. «

   Цель искусства — доставлять человеку приятное развлечение и отвращать его от более серьезных или, вернее, единственно подобающих ему занятий, то есть от таких, которые обеспечивают ему хлеб и почет в государстве, чтобы он потом с удвоенным вниманием и старательностью мог вернуться к настоящей цели своего существования — быть хорошим зубчатым колесом в государственой мельнице и... снова начать мотаться и вертеться.

   Цель искусства — доставлять человеку приятное развлечение и отвращать его от более серьезных или, вернее, единственно подобающих ему занятий, то есть от таких, которые обеспечивают ему хлеб и почет в государстве, чтобы он потом с удвоенным вниманием и старательностью мог вернуться к настоящей цели своего существования — быть хорошим зубчатым колесом в государственой мельнице и... снова начать мотаться и вертеться.

   — Гофман · книга
4. «

   Присутствие божественного начала в человеке определяет его гениальность. Гениальность же есть способность овеществлять идеальный мир.

   Присутствие божественного начала в человеке определяет его гениальность. Гениальность же есть способность овеществлять идеальный мир.

   — Август Шеллинг · книга
5. «

   Заблуждаясь, идем ли мы вперед?

   Заблуждаясь, идем ли мы вперед?

   — Музиль · книга
6. «

   В сущности не имет никакого значения, кого выводить на сцену: герцогиню, буржуазку или уличную торговку зеленью, главное — добраться до человеческой истины.

   В сущности не имет никакого значения, кого выводить на сцену: герцогиню, буржуазку или уличную торговку зеленью, главное — добраться до человеческой истины.

   — Мориак · книга
7. «

   Почему я, собственно, против свободы печати? Потому что она порождает посредственность. Ограничивающий закон благотворен, ибо оппозиция, не знающая узды, становится плоской. Ограничения же понуждают к находчивости.

   Почему я, собственно, против свободы печати? Потому что она порождает посредственность. Ограничивающий закон благотворен, ибо оппозиция, не знающая узды, становится плоской. Ограничения же понуждают к находчивости.

   — И. В. Гёте · книга
8. «

   Не пройти правым путем к смиренномудрому; искусству же и вовсе не бывать без попущения диавола, без адова огня под котлом. Поистине в том, что искусство завязло, отяжелело и само глумится над собой, что всё стало так непосильно и горемычный человек не знает, куда же ему податься, — в том, други и братья, виною время.

   Не пройти правым путем к смиренномудрому; искусству же и вовсе не бывать без попущения диавола, без адова огня под котлом. Поистине в том, что искусство завязло, отяжелело и само глумится над собой, что всё стало так непосильно и горемычный человек не знает, куда же ему податься, — в том, други и братья, виною время.

   — Адриан Леверкюн · книга
9. «

   Страдание — существенная часть всей жизни, и оно возрастает при каждом увеличении познания.

   Страдание — существенная часть всей жизни, и оно возрастает при каждом увеличении познания.

   — Артур Шопенгауэр · книга
10. «

    Поэт у латинян значит: vates, пророк.

    Поэт у латинян значит: vates, пророк.
11. «

    Культура вовсе не добро — культура маниакальна. И маниям несть числа. Мир зловеще благосклонен к несправедливости. На шаг вперед продвигаешься всякий раз именно тогда, когда лжешь. Музиль как никто другой пониимал, что «истинно» и «ложно» — это увертки тех, кто уже принял решение.

    Культура вовсе не добро — культура маниакальна. И маниям несть числа. Мир зловеще благосклонен к несправедливости. На шаг вперед продвигаешься всякий раз именно тогда, когда лжешь. Музиль как никто другой пониимал, что «истинно» и «ложно» — это увертки тех, кто уже принял решение.
12. «

    Мир и человек шире «правильности» и рассудка, иррациональность — фундаментальная компонента бытия, мстящая человеку за каждую попытку построить мир рассудочно, то есть без человека. Хаос — необходимая компонента бытия.

    Мир и человек шире «правильности» и рассудка, иррациональность — фундаментальная компонента бытия, мстящая человеку за каждую попытку построить мир рассудочно, то есть без человека. Хаос — необходимая компонента бытия.
13. «

    Каковы же пути обуздания воли? Абсурдную, страдающую реальность нельзя превозмочь действием — только углублением в нее, созерцанием, отказом.

    Каковы же пути обуздания воли? Абсурдную, страдающую реальность нельзя превозмочь действием — только углублением в нее, созерцанием, отказом.

    — Артур Шопенгауэр · книга
14. «

    Я обрек себя на нищенское существование, зато не уронил себя в собственных глазах. По иерархическим меркам я всего лишь бездельник. Я уже трижды принимался за медицину, пытался заниматься правом, музыкой. В жизни я испытываю невероятные трудности, но они меня нисколько не заботят. Я враг людской угодливости и низости.

    Я обрек себя на нищенское существование, зато не уронил себя в собственных глазах. По иерархическим меркам я всего лишь бездельник. Я уже трижды принимался за медицину, пытался заниматься правом, музыкой. В жизни я испытываю невероятные трудности, но они меня нисколько не заботят. Я враг людской угодливости и низости.

    — Джойс · книга
15. «

    Страдание — позитивный элемент этого мира, и больше того, это единственное соединение между этим миром и позитивным.

    Страдание — позитивный элемент этого мира, и больше того, это единственное соединение между этим миром и позитивным.

    — Эльсберг · книга
16. «

    Произведение искусства — плод воображения и уже поэтому не тождественно миру, но само — мир, самодостаточный и бесконечный.

    Произведение искусства — плод воображения и уже поэтому не тождественно миру, но само — мир, самодостаточный и бесконечный.
17. «

    Все розы были ярко красны, Плющи — неумолимо черны...

    Все розы были ярко красны, Плющи — неумолимо черны...

    — Поль Верлен · книга
18. «

    В Германии нет больше людей, а есть только виды занятий.

    В Германии нет больше людей, а есть только виды занятий.

    — Гёльдерлин · книга
19. «

    Миф — основа искусства и его первичный материал, ибо миф есть бессознательное, непроизвольное, стихийное творчество.

    Миф — основа искусства и его первичный материал, ибо миф есть бессознательное, непроизвольное, стихийное творчество.
20. «

    У каждой эпохи свой герой. Античный бог, Святой Антоний, галантный рыцарь куртуазной литературы, страждущий Вертер, байроновский бунтарь, мечтатель, отвергающий бунт, маленький человек, безжалостно преследуемый цивилизацией.

    У каждой эпохи свой герой. Античный бог, Святой Антоний, галантный рыцарь куртуазной литературы, страждущий Вертер, байроновский бунтарь, мечтатель, отвергающий бунт, маленький человек, безжалостно преследуемый цивилизацией.