Афоризмы
29 июля 2026, среда
Подборка · 200 цитат по теме

200 цитат на тему «писатели»

200 цитат про «писатели»: короткие афоризмы для статуса, длинные размышления для дневника.

Размер:102050100200
  3. Ты можешь написать отличную книгу, но это не будет значить, что ты — отличный писатель. Ты — лишь автор одной отличной книги. По-моему, автор должен объять широкую ширь и покорить бездонные бездны, чтобы стать великим писателем.
    — Энтони Бёрджесс
  4. Нам, писателям, непрестанно задают вопрос: «Откуда вы берете ваши идеи?» Ответ на него таков: из всего сразу. Вещи находят друг друга. И внезапно, когда соединяются верные компоненты, получается – абрракадабра!
    — Нил Гейман · книга
  11. — Думаете у Фэнкорта был мотив убить Куайна? — Ну, очевидно из-за слухов, что Эндрю сам написал пародию на роман жены. — Это возможно? — Способен ли Фэнкорт на убийство? Пишет он о ненависти хорошо. Эта злость откуда-то исходит, даже если скрывается. Так писатель выдает себя. Неосознанно вписывает в текст больше, чем хочется.
    — Корморан Страйк · сериал
  12. Самый главный грех — соваться в чужие дела, а писатели никогда не должны соваться в чужие души, нет, ни в коем случае. Писатель суётся в свою собственную душу. И всё.
    — Варлам Шаламов · книга
  19. — Твой срок вышел три месяца назад, что происходит? — Сердце не лежит. Романтическая литература больше не настоящая. — Не настоящая? Кто бы говорил, ты пишешь о людях, которые плывут в закат на лодке. — А что будет на следующий день, когда взойдет солнце? — Следующего дня не существует. Не путай реальность с романтической новеллой.
    — Глория Хорн · фильм
  24. По забавному предсказанию Д. С. Лихачева литература будет развиваться так, что крупные писатели станут приходить все реже, но каждый следующий — все более поражающих размеров. О, дожить бы до следующего!
    — Александр Солженицын
  25. Писателя делает боль? Боль ничего не делает, бедность — тоже. Перво-наперво есть художник. Что с ним происходит, зависит от его удачи. Если удача светит (в мирском смысле), он становится скверным художником. Если не светит — хорошим.
    — Чарльз Буковски · книга
  29. Писателем может быть только тот, у кого есть что сказать людям нового, значительного и интересного, тот человек, который видит многое, чего остальные не замечают.
    — Константин Георгиевич Паустовский · книга
  34. Для меня писать рассказы — все равно что дышать. Я смотрю вокруг, нахожу идею, проникаюсь к ней любовью и стараюсь долго не рассуждать. Потом записываю: просто даю ей возможность поскорее выплеснуться на бумагу.
    — Рэй Брэдбери · книга
  36. Деление живой литературы на жанры вообще достаточно условно. Жанры перерастают один в другой, не спрашивая разрешения критиков и историков литературы. Схемы вообще хороши лишь применительно к посредственности. Писатель покрупнее непременно выйдет за их рамки.
    — Александр Горянин · книга
  39. Самый подходящий момент начать статью наступает, когда вы ее успешно закончили. К этому времени вам становится ясно, что именно вы хотите сказать.
    — Марк Твен
  41. Писательство — вновь и вновь воспроизводимая метафора смысла жизни: воплощаемая на бумаге мечта, что все дорогое нам не пропадает бесследно, что всему есть не конец, а итог и гармония, и это навечно.
    — Александр Круглов
  43. «Это под силу только великим писателям, — говорил он, — или великим политическим деятелям. А я что-то не вижу у нас в стране, — говорил он, — ни великих писателей, ни великих политических деятелей».
    — Аркадий Стругацкий · книга
  44. — Ваше невежество мне понятно. Поскольку у вас нет, как бы это сказать... опыта? — Правила приличия объясняют мою неосведомленность. — Обрекают вас на это. А ваши книги, к сожалению, — на статус женских романов. Но для того, чтобы постичь настоящее искусство, быть наравне с писателями-мужчинами, необходим жизненный опыт.
    — Том ЛеФрой · фильм
  48. Текст — и в этом его большой секрет — хочет быть написанным. Он любит своего писателя, как Бог любит тех, кто ему искренне верен. Позвольте себе писать — и это наполнит ваше сердце и страницы и поможет наполнить жизнь.
    — Джулия Кэмерон · книга
  50. А увлекают меня такие книжки, что как их дочитаешь до конца — так сразу подумаешь: хорошо бы, если бы этот писатель стал твоим лучшим другом и чтоб с ним можно было поговорить по телефону, когда захочется.
    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
  51. — Вы не Достоевский, — сказала гражданка, сбиваемая с толку Коровьевым. — Ну, почем знать, почем знать, — ответил тот. — Достоевский умер, — сказала гражданка, но как-то не очень уверенно. — Протестую, — горячо воскликнул Бегемот. — Достоевский бессмертен!
    — Михаил Булгаков · книга
  55. Убейте своих любимых, свои увлечения, свою несовершеннолетнюю реальность. Ничто из этого не принадлежит вашему перу. Это — первый принцип хорошей творческой работы.
    — Убей своих любимых (Kill Your Darlings) · фильм
  56. Карьера писателя: В 30 лет ты «блестящий». В 40 лет ты «талантливый». В 50 лет ты «гениальный». В 60 лет ты «б.у.». В 70 лет про тебя говорят: «А что, он еще жив?»
    — Фредерик Бегбедер · книга
  57. Писатель, повторяющий одну и ту же фразу, был бы мудрецом. Все наши беды от того, что мы не хотим повторяться. Как будто истин несколько.
    — Фредерик Бегбедер · книга
  59. Я не могу назвать писателя, чья жизнь была бы лучше моей. Мои книги все изданы, мои книги есть во всех школьных библиотеках и, когда я выступаю перед публикой, мне аплодируют ещё до того, как я начну говорить.
    — Рэй Брэдбери
  64. Если врач скажет, что мне осталось жить пять минут, я не буду рвать на себе волосы. Просто я стану печатать на машинке немного быстрее.
    — Айзек Азимов
  68. А еще я думал о книгах. И впервые понял, что за каждой из них стоит человек. Человек думал, вынашивал в себе мысли. Тратил бездну времени, чтобы записать их на бумаге. А мне это раньше и в голову не приходило.
    — Рэй Брэдбери · книга
  71. Я хотел писать обо всём. Обо всём, что происходит вокруг. О том, как выглядят цветы, когда ты приносишь их, об этом полотенце, о запахе, о том, какое оно на ощупь. О всех наших чувствах, твоих и моих. Об истории, какими мы были. Обо всём в мире. Обо всём вместе, потому что всё в жизни смешано. И я не смог. Не смог. На что бы ни замахивался, в итоге выходит куда меньше.
    — Ричард Браун · фильм
  74. Кто-то из писателей сказал: «Те, кого мы любим, живут». Это правда. Человеческий век короток, но те, кого мы любим, — бессмертны.
    — Геннадий Ульман · книга
  76. Плохо писать о том, что действительно с вами случилось. Губит наверняка. Чтобы вышло толково, надо писать о том, что вы сами придумали, сами создали. И получится правда.
    — Эрнест Хемингуэй · книга
  77. Хэмингуэй: Я ненавижу твою книгу. Гил: Но ты даже не прочел её! Хэмингуэй: Если я прочту твою книгу и она мне не понравится, то я буду её ненавидеть, а если понравится, то буду завидовать и возненавижу ещё больше. Тебе не нужно мнение другого писателя.
    — Эрнест Хемингуэй · фильм
  78. Писатель — это то, что он пишет, и он становится тем, о ком пишет. Именно поэтому я избегаю писать книги, в которых зло побеждает добро.
    — Дин Кунц
  83. Великие детские писатели были настоящими писателями, они никому не подражали, они не ставили своей целью заработать много денег или навязать какую-то идею. Они просто писали о своих мечтах.
    — Люк Бессон
  84. Оригинальнейшие писатели новейшего времени оригинальны не потому, что они преподносят нам что-то новое, а потому, что они умеют говорить о вещах так, как будто это никогда не было сказано раньше.
    — Иоганн Вольфганг фон Гёте
  85. Я думаю, что если бы мне прожить ещё 40 лет и во все эти сорок лет читать, читать и читать и учиться писать талантливо, т. е. коротко, то через 40 лет я выпалил бы во всех вас из такой большой пушки, что задрожали бы небеса.
    — Антон Павлович Чехов
  86. Хорошие писатели тесно соприкасаются с жизнью. Посредственные — лишь поверхностно скользят по ней. А плохие насилуют ее и оставляют растерзанную на съедение мухам.
    — Рэй Брэдбери · книга
  88. Подобно тому, как существуют талантливые и неталантливые писатели, существуют точно так же и читатели одаренные и бездарные.
    — Милорад Павич · книга
  89. С тех пор я постоянно пользуюсь книгами как средством, заставляющим время исчезнуть, а писательством – как способом его удержать.
    — Фредерик Бегбедер · книга
  90. Весь этот город переполнен крысами, которые живут на тридцатом этаже и пишут полную бурду. Писатели! Настоящий писатель должен быть в самом низу, в окопах, всех разбитых местах. Где твои окопы, Ал?
    — Убей своих любимых (Kill Your Darlings) · фильм
  92. — ... а что, если у блохи был крохотный ствол с исчезающими пулями? — Ледяные пули и блохи со стволами! Снова творческий кризис? — Стивен Кинг сочинял истории про кровожадные автомобили и продал миллионы экземпляров. Спрашивается, зачем ограничивать себя логикой?
    — Ричард «Рик» Касл · сериал
  96. — Ну, что ты думаешь, это блестяще, не правда ли? — Здесь не хватает нескольких точек и запятых. — Это лучше, чем все, что ты когда-либо написал. — Я использую точки и запятые.
    — Люсьен Карр · фильм
  98. Весной неприлично плакать, хочется одеться в лед и ступать, по возможности не соприкасаясь с тающей землей. Хочется писать только за деньги. Я бы сейчас даже любила только за деньги, но за любовь мне никто не платит, этот мой товар не пользуется таким спросом, как слова.
    — Марта Кетро · книга
  99. Я не пытаюсь сравнить себя с Шекспиром — это было бы даже не смешно, — но я думаю, что он, вполне возможно, писал бы для кино и телевидения, не говоря уже о Бродвее, живи он сегодня. И даже, может быть, звонил бы в «Стандарты и Практику» и пытался их убедить, что сцена насилия в пятом акте «Юлия Цезаря» необходима...не говоря уже о том, что написана со вкусом.
    — Стивен Кинг
  102. Tолько тот писатель приносит нам пользу, который понимает вещи яснее и проницательнее, чем мы сами, который ускоряет нашу мысль, а не задерживает её.
    — Артур Шопенгауэр
  104. Выражаем большую всечеловеческую благодарность тем, кто делал авторов несчастными, иначе они увязли бы в блаженстве и ничего не написали.
  107. Писатели запоминают всё. Особенно то, что связано со страданиями. Раздень писателя догола, укажи на любой крошечный шрам, и ты услышишь историю о том, как он появился. Большие повреждения порождают романы, а не амнезию. Талант — полезная вещь для писателя, но единственное непременное условие — это способность помнить историю каждого шрама. Искусство — это упорство памяти.
    — Стивен Кинг · книга
  109. Когда пишешь роман о взрослых, точно знаешь, где остановиться, — на свадьбе; но когда пишешь о детях, приходится ставить последнюю точку там, где тебе удобнее.
    — Марк Твен · книга
  110. Всякая литературная материя делится на три сферы: 1. То, что автор хотел выразить. 2. То, что он сумел выразить. 3. То, что он выразил, сам этого не желая...
    — Сергей Довлатов · книга
  111. Но кто может льстить себя надеждой, что был когда-либо понят? Мы все умираем непознанными. Так говорят женщины и так говорят писатели.
    — Оноре де Бальзак
  114. Писать — ... совсем не то что рисовать. Проводишь линию — и сразу видишь, верна она или нет. А когда пишешь, каждая строка кажется правдивой, но стоит потом перечитать...
    — Джон Фаулз · книга
  116. Как только ты приступаешь к книге, все остальные оказываются на другом конце галактики. Никогда я не писал для своих жен, для матери, для отца. Знаешь, почему авторы пишут, что посвящают книги своим близким? Потому что в конце концов масштабы собственного эгоизма начинают их пугать.
    — Стивен Кинг · книга
  117. Порой сижу здесь, совершенно обалдевший, и думаю про себя: «Вообще-то твоя работа – сидеть здесь и писать следующую книгу. А менять мир – это дело других...», а потом я прихожу в себя с восклицанием: «А вот и нет!»...
    — Терри Пратчетт
  118. Создавать романы ради заработка — пустое и неблагодарное занятие. А правда у каждого своя. Но если мы говорим о литературе, писатель обязан искать правду только в своём сердце. Это далеко не всегда будет правдой читателя или критика, но пока писатель излагает свою правду, не раболепствует и не заискивает перед Модой, с ним всё в порядке.
    — Стивен Кинг
  122. Если человек что-то начал писать, то уже не остановишь. И главное-то обидно... Человек может быть умным, даже интеллектуалом, может любить и знать хорошую литературу и кино, может иметь прекрасное образование, а писать при этом бессмысленное говно, и совершенно не будет этого видеть.
    — Евгений Гришковец
  123. Самое худшее в писательстве — это страх провести всю жизнь за клавиатурой компьютера. Чтобы в свой смертный час ты понял, что прожил не реальную, а бумажную, воображаемую жизнь, а твои единственные приключения — вымышленные, и пока мир воевал и целовался, ты сидел в темной комнате, мастурбировал и зарабатывал деньги.
    — Чак Паланик · книга
  128. У Достоевского есть вещи, которым веришь и которым не веришь, но есть и такие правдивые, что, читая их, чувствуешь, как меняешься сам, — слабость и безумие, порок и святость, одержимость азарта становились реальностью, как становились реальностью пейзажи и дороги Тургенева и передвижение войск, театр военных действий, офицеры, солдаты и сражения у Толстого.
    — Эрнест Хемингуэй
  132. Нелегко стать великим писаталем, если вы влюблены в окружающий мир, и в жизнь, и в разных людей. И любите столько различных мест в этом мире. Вы здоровы, и вам хорошо, и вы любите повеселиться, в самом деле, какого черта!
    — Эрнест Хемингуэй · книга
  133. — Если бы я захотел, я бы написал за год десяток книг. И это были бы лучшие книги года. — Нет, не написал бы. — Точно, не написал бы. Но мог. Потому что я писатель.
  135. Я пишу как ребёнок. Я не злоупотребляю длинными предложениями. Я не пользуюсь точкой с запятой. Я избегаю иронии — мне не нравится, когда люди говорят одно, а имеют в виду другое. Поэтому меня читают школьники.
    — Курт Воннегут
  139. Писательство – работа одинокая. И если есть кто-то, кто в тебя верит, – это уже очень много. Тому, кто верит, не надо произносить речей. Он верит – этого достаточно.
    — Стивен Кинг · книга
  140. Ты пишешь для них, ты каждый день выворачиваешь наизнанку душу, ты смотришь в разбросанные тетрадные листы воспаленными глазами и складываешь тонкие нити нервов в слова. Каждую ночь ты воешь от боли, а каждое утро садишься взъерошенной птицей на подоконник и выбиваешь искры из низкого неба, ловишь пальцами эти колючие жала небес, обжигая руки, чтобы замуровать их в бумажную упаковку текста, заставляя его матово светиться изнутри.
    — Аль Квотион · книга
  141. Большинство считает, что быть писателем – профессия одиночек, что мы проводим все наши дни в воображаемом мире... Сражаемся, любим, умираем. Но мы делаем это не в одиночестве... Потому что все хорошее в наших произведениях идет от правды. А правда в том, что я здесь благодаря окружающим меня людям.
    — Ричард «Рик» Касл · сериал
  146. Быть интересным — первая обязанность малоизвестного автора. Право быть скучным принадлежит только тем писателям, которые уже прославились.
    — Эдмунд Берк
  148. ... быть рядом с писателем — тяжкое бремя для женщины: он очень силен в области идей, но весьма непрактичен в повседневной жизни. Писатель поступает не совсем честно. На самом деле ему нужно, чтобы кто-то из любви к искусству состоял при нем в сиделках!
    — Лоренс Даррелл
  149. Будь я стоящим человеком, из меня, может и вышел бы хороший художник. Но, может, я такая сволочь, что из меня получится хороший писатель.
    — Эрнест Хемингуэй · книга
  151. Писатель, конечно, должен зарабатывать, чтобы иметь возможность существовать и писать, но он ни в коем случае не должен существовать и писать для того, чтобы зарабатывать.
    — Карл Маркс
  153. Это глупо. На это нельзя ответить. Разве можно предсказать, как будет биться сердце в ближайшее время? Перо ведь только сейсмографический грифель сердца. Им можно регистрировать землетрясения, но не предсказывать их.
    — Франц Кафка
  154. Я знаю, что настоящего таланта у меня нет. Но если я буду писать книгу за книгой, может быть, однажды и напишу что-нибудь стоящее.
    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
  157. В книгах прекрасно то, что ты можешь прочитать, что написал Аристотель. Но проблема книг в том, что ты не можешь задать Аристотелю вопрос.
    — Стив Джобс
  158. Обругает какая-нибудь сволочь — рана, другая сволочь похвалит — еще рана, душу вложишь, сердце свое вложишь — сожрут и душу и сердце. Мерзость вынешь из души — жрут мерзость. Они же все поголовно грамотные! У них у всех сенсорное голодание. И все они клубятся вокруг, и все требуют: Давай, давай!
    — «Писатель» · фильм
  164. Можно избавиться от тысячи дурных привычек и приобрести две тысячи хороших, можно стать вежливым, чутким, бескорыстным, можно бросить курить, пить, можно бросить наконец жену, детей, но – бросить писать?! Человек, раз напечатавший где-нибудь рассказ или стихотворение, уже никогда не остановится писать. Это невозможно, так же, как невозможно дураку перестать валять дурака!
    — Александр Вампилов · книга
  169. Есть плохие писатели, которые пишут вирши про «разгневанные груди лесбиянки», но есть и грамотные. Это люди, которые понимают, что как бы лесбиянка не злилась, а груди всё равно останутся грудями.
    — Стивен Кинг · книга
  171. Проблема писателей, как мне кажется, состоит в том, что мы вещаем, словно имеем на то какое-то особое право, а при этом литературе недостает точности, чтобы ухватить ту реальность, которую мы пытаемся представить. Мы впадаем в бессвязность и нечленораздельность, но не приближаемся ни на шаг к цели. Правда, порой в метафоре или в стихотворении удается точным ударом вызвать дрожь понимания, передать читателю ощущение особой реальности, особого мироустройства — а ведь ради этого, по-моему, и затевается вся охота. Мы должны попытаться понять, что такое та реальность, которую мы беремся описывать. Китайские афоризмы подходят к ней гораздо ближе, чем мы, европейцы, со всей нашей литературой, — индийские и китайские.
    — Лоренс Даррелл
  172. Умирая, люди исчезают. Исчезают их голос, их смех, теплота их дыхания. Исчезает их плоть, а в конечном счете и кости. Исчезает и память об этих людях. Это ужасно и в то же время естественно. Однако некоторым людям удается избежать бесследного исчезновения, так как они продолжают существовать в созданных ими книгах. Мы можем заново открыть этих людей – их юмор, их манеру речи, их причуды. Посредством написанного слова они могут вызвать наш гнев или доставить нам радость. Они могут нас успокоить. Они могут нас озадачить. Они могут нас изменить. И все это при том, что они мертвы. Как муха в янтаре или как тело, застывшее в вечных льдах, чудесное сочетание обыкновенных чернил и бумаги сохраняет то, что по законам природы должно исчезнуть. Это сродни волшебству.
    — Диана Сеттерфилд · книга
  174. Книгу можно научиться писать, только начав писать. В этом ремесле, как и в любом другом, следует после краткого колебания броситься в воду.
    — Андре Моруа · книга
  176. По большому счёту, «культовый писатель» должен бы изменять жизнь человечью, а не список тем ликёро-водочных бесед в субботу вечером. А так не бывает. Ну, почти не…
    — Макс Фрай · книга
  177. Родиться бы мне в России, в XIX веке, каким-нибудь графом, может и писал бы тогда получше, конечно, не как Достоевский, но все-таки.
    — Харуки Мураками · книга
  178. Дурак! — кричал он своему отражению в зеркале – Ты хотел писать и пытался писать, а о чем было писать? Что у тебя такого было за душой? Кой-какие ребяческие понятия да незрелые чувства, жадное, но неосознанное чувство красоты, дремучее невежество, сердце, готовое разорваться от любви, и мечта, огромная, как эта любовь, и бесплодная, как твое невежество.
    — Джек Лондон · книга
  179. Писателей существует великое множество, я люблю приводить аналогию с архитекторами и садовниками. Есть писатели-архитекторы, они все-все планируют, рисуют подробнейшие чертежи, и еще до того, как будет вбит первый гвоздь, они знают, на что дом окажется похож, где будут стоять шкафы, как будут проложены трубы, и все это архитектор запечатлеет в чертеже задолго до начала какой бы то ни было работы. И есть садовники, что выкапывают ямку и закладывают в нее семечко, поливают своей кровью и наблюдают за тем, что же вырастет, какую форму оно примет. Они знают, какое дерево они взращивают — дуб это или вяз, страшилка или научная фантастика, — но они не знают, насколько большим оно вырастет и какую форму примет. Я самый настоящий садовник, а вовсе не архитектор.
    — Джордж Мартин
  181. Жюль Верн — мой отец. Герберт Уэллс — мой многомудрый дядя. Эдгар Аллан По — мой кузен, у него перепончатые крылья, как у летучей мыши, он жил у нас на чердаке. Флэш Гордон и Бак Роджерс — мои друзья и братья. Теперь вы знакомы с моей родней. После всего этого уже совершенно очевидно, что Мэри Уолстонкрафт Шелли, автор «Франкенштейна», — моя мать. С такой родословной я мог стать только фантастом, автором самых непостижимых, умопомрачительных сказок, а кем же еще?
    — Рэй Брэдбери
  183. Возьмите любого старика или старушку за шестьдесят — и вот вам история поинтересней всякого романа, ни один писатель такого не выдумает!
    — Фэнни Флэгг · книга
  184. Когда болезнь чтения проникает в организм, она так его ослабляет, что он становится легкой добычей для другого недуга, гнездящегося в чернильнице и гноящегося на кончике пера. Несчастная жертва его начинает писать.
    — Вирджиния Вулф · книга
  186. Моя литературная судьба очень любопытна. Мне никогда не удавалось соврать так, чтобы мне не поверили; когда я говорил правду, никто не желал мне верить.
    — Марк Твен
  187. Чтобы говорить о любви и смерти, о жизни в самых разных ее проявлениях, прикасаясь к больным и нежным темам бытия, нужно очень много душевных сил.
    — Марта Кетро · книга
  188. — Когда писатель становится известным, он пишет прежде всего для себя или думает о читателе? — Не знаю... Можно ли играть на фортепиано лишь для себя одного? Да, порой бывает и так, что ты один в доме и все же играешь, чтобы тебя услышали. Не думаю, что тут можно дать точный ответ... Но писать — дело опасное. Все равно что шутить со взрывчаткой. Начинаешь ворошить свои детские проблемы, во фрейдистском смысле... Право же, это совсем не весело!
    — Лоренс Даррелл
  191. Когда я читаю прозу, меня интересует не сюжет, не новеллистика, а просто литература, писание. Всегда следует разграничивать, с кем вы имеете дело — с автором романа или с писателем. В счастливых случаях имеет место совпадение. Но слишком часто роман становится целью писателя. В то время как целью писателя должно быть нечто иное: выражение мироощущения посредством языка. А вовсе не посредством сюжета.
    — Иосиф Александрович Бродский
  196. — Писатель тоже имеет право на хандру, — сказал я. — Если пишет детские книги — то не имеет! — сурово ответила Светлана. — Детские книги должны быть добрыми. А иначе — это как тракторист, который криво вспашет поле и скажет: «Да у меня хандра, мне было интереснее ездить кругами». Или врач, который пропишет больному слабительного со снотворным и объяснит: «Настроение плохое, решил развлечься».
    — Сергей Лукьяненко · книга
  197. Я пишу только о тех вещах, которые происходили со мной. О вещах, которые я не могу просто так утопить в прошлом. Слава богу, я склонна к саморазрушению, так что темы для песен у меня найдутся всегда.
    — Эми Уайнхаус
Смотрите также
Все цитаты — писателиВсе подборкиКаталог: темы