200 цитат на тему «проституция»

200 цитат про «проституция»: короткие афоризмы для статуса, длинные размышления для дневника.

1. № 1
   «

   ... проституция — это не когда спят с мужчинами за деньги, а когда спят с незнакомыми мужчинами.

   ... проституция — это не когда спят с мужчинами за деньги, а когда спят с незнакомыми мужчинами.

   — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
2. № 2
   «

   Женщины, которых я убивал, были грязными… это мерзкие проститутки, пакостящие на улицах. Я просто немного очистил город от дряни — вот и все.

   Женщины, которых я убивал, были грязными… это мерзкие проститутки, пакостящие на улицах. Я просто немного очистил город от дряни — вот и все.

   — Питер Сатклифф
3. № 3
   «

   — Итак, ты — женатый мужчина, потягиваешь виски в баре. К тебе приближается красивая девушка вдвое моложе тебя. Твоя первая мысль? — Сколько?

   — Итак, ты — женатый мужчина, потягиваешь виски в баре. К тебе приближается красивая девушка вдвое моложе тебя. Твоя первая мысль? — Сколько?
4. № 4
   «

   Глупые проституки верят в любовь. Мудрые проституки верят в любовь лишь во время просмотра мелодрам...

   Глупые проституки верят в любовь. Мудрые проституки верят в любовь лишь во время просмотра мелодрам...

   — Эльчин Сафарли · книга
5. № 5
   «

   Вообще-то я проститутка, но стриптиз — хороший способ найти клиентов.

   Вообще-то я проститутка, но стриптиз — хороший способ найти клиентов.

   — Джейд (стриптизёрша) · фильм
6. № 6
   «

   Никакого самолюбия!... Приходит хам, покупает тебя, как кусок говядины, нанимает, как извозчика, по таксе, для любви на час, а ты и раскисла: «Ах, любовничек! Ах, неземная страсть!» Тьфу!

   Никакого самолюбия!... Приходит хам, покупает тебя, как кусок говядины, нанимает, как извозчика, по таксе, для любви на час, а ты и раскисла: «Ах, любовничек! Ах, неземная страсть!» Тьфу!

   — Александр Куприн · книга
7. № 7
   «

   Шлюха — это не профессия, а состояние души...

   Шлюха — это не профессия, а состояние души...

   — Екатерина Ивановна · сериал
8. № 8
   «

   В правильно организованном обществе проститутки так же нужны, как парламент. Нужно же куда-то сливать свободу самовыражения? Советский Союз погиб как раз потому, что боролся с конце существования с интердевочками, а не мировым империализмом. Когда в 1988 году на собеседовании в армии меня спросили, почему я хочу служить, я ответил старшему лейтенанту Кускову — командиру роты, что обожаю оружие, чувствую страшную силу, когда в руке автомат, и жду не дождусь момента, когда мы пойдем в наступление на Париж. Еще я сказал, что в Биаррице (это курорт во Франции) очень хорошие пляжи, и мы могли бы там все после наступления позагорать. Но Кусков сразу испугался, и меня определили во вторую батарею, где была зенитная ракетная установка чисто оборонительного назначения. Вот вам пример, почему рушатся великие государства.

   В правильно организованном обществе проститутки так же нужны, как парламент. Нужно же куда-то сливать свободу самовыражения? Советский Союз погиб как раз потому, что боролся с конце существования с интердевочками, а не мировым империализмом. Когда в 1988 году на собеседовании в армии меня спросили, почему я хочу служить, я ответил старшему лейтенанту Кускову — командиру роты, что обожаю оружие, чувствую страшную силу, когда в руке автомат, и жду не дождусь момента, когда мы пойдем в наступление на Париж. Еще я сказал, что в Биаррице (это курорт во Франции) очень хорошие пляжи, и мы могли бы там все после наступления позагорать. Но Кусков сразу испугался, и меня определили во вторую батарею, где была зенитная ракетная установка чисто оборонительного назначения. Вот вам пример, почему рушатся великие государства.

   — Олесь Алексеевич Бузина
9. № 9
   «

   — Ты знаешь, что такое шлюха? — Это кто борется за жизнь передком. — Хотела бы я знать, где ты нахватался таких мерзостей, но в твоих словах много правды.

   — Ты знаешь, что такое шлюха? — Это кто борется за жизнь передком. — Хотела бы я знать, где ты нахватался таких мерзостей, но в твоих словах много правды.

   — Эмиль Ажар · книга
10. № 10
    «

    Как говорил мой отец — если мужчина ничего не умеет, он идёт работать охранником. А если женщина ничего не умеет — она идёт на панель. Суть одна — спать за деньги.

    Как говорил мой отец — если мужчина ничего не умеет, он идёт работать охранником. А если женщина ничего не умеет — она идёт на панель. Суть одна — спать за деньги.
11. № 11
    «

    Проституция — это образ мыслей, при котором женщина требует платы за свои услуги. И не обязательно деньгами, это могут быть любые материальные и нематериальные блага, но в любом случае заключается сделка. Проституткой женщину делает не секс, а то, как она его расценивает.

    Проституция — это образ мыслей, при котором женщина требует платы за свои услуги. И не обязательно деньгами, это могут быть любые материальные и нематериальные блага, но в любом случае заключается сделка. Проституткой женщину делает не секс, а то, как она его расценивает.

    — Колин Маккалоу · книга
12. № 12
    «

    — В общем, у Дэна девушка... она проститутка. — В смысле? — Мам, ну в том смысле... Час — сто, до утра — триста. Ты как маленькая. — Ну а как же он? Вокруг столько приличных девушек, что ж... я не знаю, он что, не может познакомиться? — Мам, среди твоих приличных, знаешь, проститутки ещё хлеще, чем у дороги стоят.

    — В общем, у Дэна девушка... она проститутка. — В смысле? — Мам, ну в том смысле... Час — сто, до утра — триста. Ты как маленькая. — Ну а как же он? Вокруг столько приличных девушек, что ж... я не знаю, он что, не может познакомиться? — Мам, среди твоих приличных, знаешь, проститутки ещё хлеще, чем у дороги стоят.

    — Сергей Глухарев · сериал
13. № 13
    «

    Вы знаете, что хочу сказать, проституция — это серьезное такое безобразное социальное явление. Ведь молодые женщины занимаются этим и в том числе в связи с тем, что они по-другому не могут обеспечить себе достойного пути. И это в значительной степени вина общества и государства.

    Вы знаете, что хочу сказать, проституция — это серьезное такое безобразное социальное явление. Ведь молодые женщины занимаются этим и в том числе в связи с тем, что они по-другому не могут обеспечить себе достойного пути. И это в значительной степени вина общества и государства.

    — Владимир Владимирович Путин
14. № 14
    «

    Вот вы говорите — воспитание. Как-то иду я по Тверской, стоят девушки легкого поведения. Узнали меня. Одна из них попросила автограф. «Как тебя зовут?» — спрашиваю. «Наташа». Я пишу на блокнотном листочке: «Милой Наташе...» А она: «Спасибо, Никита Сергеевич, я на ваших фильмах воспитывалась!» Вот такая история.

    Вот вы говорите — воспитание. Как-то иду я по Тверской, стоят девушки легкого поведения. Узнали меня. Одна из них попросила автограф. «Как тебя зовут?» — спрашиваю. «Наташа». Я пишу на блокнотном листочке: «Милой Наташе...» А она: «Спасибо, Никита Сергеевич, я на ваших фильмах воспитывалась!» Вот такая история.

    — Никита Михалков
15. № 15
    «

    Я прошла путь от святой до шлюхи и обратно до святой — и все в одной жизни.

    Я прошла путь от святой до шлюхи и обратно до святой — и все в одной жизни.

    — Ингрид Бергман
16. № 16
    «

    …А чтоб война не скучной была, мы с красными «товарищами» и белыми «господами» договор негласный заключили: проституток и артистов не убивать…

    …А чтоб война не скучной была, мы с красными «товарищами» и белыми «господами» договор негласный заключили: проституток и артистов не убивать…

    — Нестор Махно
17. № 17
    «

    Страна без борделя — что дом без ванной комнаты.

    Страна без борделя — что дом без ванной комнаты.

    — Марлен Дитрих
18. № 18
    «

    Ночная Москва похожа на проститутку – она себя продаёт, причём продаёт выгодно и не дёшево…

    Ночная Москва похожа на проститутку – она себя продаёт, причём продаёт выгодно и не дёшево…

    — Катя Цойлик · книга
19. № 19
    «

    И так без конца, день за днем, месяцы и годы, живут они в своих публичных гаремах странной, неправдоподобной жизнью, выброшенные обществом, проклятые семьей, жертвы общественного темперамента, клоаки для избытка городского сладострастия, оберегательницы семейной чести – четыреста глупых, ленивых, истеричных, бесплодных женщин.

    И так без конца, день за днем, месяцы и годы, живут они в своих публичных гаремах странной, неправдоподобной жизнью, выброшенные обществом, проклятые семьей, жертвы общественного темперамента, клоаки для избытка городского сладострастия, оберегательницы семейной чести – четыреста глупых, ленивых, истеричных, бесплодных женщин.

    — Александр Куприн · книга
20. № 20
    «

    В мире деток в бикини и бабушек в стиле «трахни меня», самый верный способ сказать «проститутка» — это выглядеть как женщина в костюме дизайнера.

    В мире деток в бикини и бабушек в стиле «трахни меня», самый верный способ сказать «проститутка» — это выглядеть как женщина в костюме дизайнера.

    — Ханна Бакстер / Белль · сериал
21. № 21
    «

    — Ну и ночку ты мне устроила. Я сидел в баре, как сутенер, и умирал со стыда. — Ты бы предпочёл быть на моём месте?

    — Ну и ночку ты мне устроила. Я сидел в баре, как сутенер, и умирал со стыда. — Ты бы предпочёл быть на моём месте?

    — Ангел-А · фильм
22. № 22
    «

    — Ты же просто проститутка! — Да, я проститутка. А ты живёшь с мужиком за его деньги, которого даже не любишь. Ты не проститутка?!

    — Ты же просто проститутка! — Да, я проститутка. А ты живёшь с мужиком за его деньги, которого даже не любишь. Ты не проститутка?!

    — Даша Щукина · сериал
23. № 23
    «

    Приют любви, обманщик наш: Твоя любовь — дурной мираж, Ночной дешёвый маскарад, Где обмануться каждый рад!

    Приют любви, обманщик наш: Твоя любовь — дурной мираж, Ночной дешёвый маскарад, Где обмануться каждый рад!

    — Пьер Гренгуар
24. № 24
    «

    — Я не из тех, кто берет деньги за секс. — Правда? Тогда, вероятно, тебе следовало бы, потому что число девок, с которыми ты валандаешься, могло бы обеспечить тебе очень неплохой приработок.

    — Я не из тех, кто берет деньги за секс. — Правда? Тогда, вероятно, тебе следовало бы, потому что число девок, с которыми ты валандаешься, могло бы обеспечить тебе очень неплохой приработок.

    — Бель де Жур · книга
25. № 25
    «

    — Каким человеком была Черри? — Спасибо! — ? — Не все видят в нас людей. Думают, что то, чем мы занимаемся, это мы и есть.

    — Каким человеком была Черри? — Спасибо! — ? — Не все видят в нас людей. Думают, что то, чем мы занимаемся, это мы и есть.

    — Эмили Прентисс · сериал
26. № 26
    «

    В этом-то весь и ужас, что нет никакого ужаса! Мещанские будни – и только. Да еще привкус закрытого учебного заведения с его наивностью, грубостью, сентиментальностью и подражательностью.

    В этом-то весь и ужас, что нет никакого ужаса! Мещанские будни – и только. Да еще привкус закрытого учебного заведения с его наивностью, грубостью, сентиментальностью и подражательностью.

    — Александр Куприн · книга
27. № 27
    «

    Считают так: свобода есть свобода! Ну чем мы хуже зарубежных стран?! И сыплют дрянь на головы народа, И проститутки лезут на экран.

    Считают так: свобода есть свобода! Ну чем мы хуже зарубежных стран?! И сыплют дрянь на головы народа, И проститутки лезут на экран.

    — Эдуард Аркадьевич Асадов
28. № 28
    «

    Правда, нас могут убить, зарезать, изнасиловать, отдать в проституцию и насильно колоть героином. Но это не главное. Главное — приключения.

    Правда, нас могут убить, зарезать, изнасиловать, отдать в проституцию и насильно колоть героином. Но это не главное. Главное — приключения.
29. № 29
    «

    Трудно найти хотя бы одно различие между гламурной телкой, которая проходит по ночному клубу, всячески выставляя себя напоказ, и девицей легкого поведения, заманивающей клиентов на дороге.

    Трудно найти хотя бы одно различие между гламурной телкой, которая проходит по ночному клубу, всячески выставляя себя напоказ, и девицей легкого поведения, заманивающей клиентов на дороге.

    — Олег Рой · книга
30. № 30
    «

    Девица лёгкого поведения, проститутка, жрица любви, девушка по вызову, продажная женщина, шлюха. По-мое­му, все эти слова имеют примерно один смысл, и ни одно из них для меня не звучит оскорбительно. Это всего лишь ярлык, так что плюй на все, живи с ним и бери от жизни все, что можешь. Давно уже вышло из моды обижаться на то, что тебя называют шлюхой. Если ты зарабатываешь на жизнь, торгуя сексом, не станешь же ты ожидать, что тебя будут называть «консультантом, специалистом по эротичес­ким развлечениям»? Впрочем, «секс-терапевт» звучит довольно неплохо.

    Девица лёгкого поведения, проститутка, жрица любви, девушка по вызову, продажная женщина, шлюха. По-мое­му, все эти слова имеют примерно один смысл, и ни одно из них для меня не звучит оскорбительно. Это всего лишь ярлык, так что плюй на все, живи с ним и бери от жизни все, что можешь. Давно уже вышло из моды обижаться на то, что тебя называют шлюхой. Если ты зарабатываешь на жизнь, торгуя сексом, не станешь же ты ожидать, что тебя будут называть «консультантом, специалистом по эротичес­ким развлечениям»? Впрочем, «секс-терапевт» звучит довольно неплохо.

    — Бель де Жур · книга
31. № 31
    «

    ...в шлюхах, по-моему, есть что-то материнское, они всегда готовы принять вас и утешить.

    ...в шлюхах, по-моему, есть что-то материнское, они всегда готовы принять вас и утешить.

    — Эмиль Ажар · книга
32. № 32
    «

    Если проституция — это аренда тела, то брак — продажа.

    Если проституция — это аренда тела, то брак — продажа.

    — Дэнни Киркхоуп · фильм
33. № 33
    «

    — О'кей, за это я тебе сегодня сделаю бесплатный минет. — Даже и не думай! Неужели ты еще не усекла, что перед тобой новый Робин Гуд? — Это как понимать? — Очень даже просто: я отнимаю у богатых, чтобы раздавать девкам.

    — О'кей, за это я тебе сегодня сделаю бесплатный минет. — Даже и не думай! Неужели ты еще не усекла, что перед тобой новый Робин Гуд? — Это как понимать? — Очень даже просто: я отнимаю у богатых, чтобы раздавать девкам.

    — Фредерик Бегбедер · книга
34. № 34
    «

    Порочные удовольствия не должны стоить клиенту дешево; не отдав за услуги ощутимой суммы, он и не прочувствует удовольствия в полной мере, и скорее всего быстро забудет, где именно ему удалось столь легко и приятно облегчить свой кошелек.

    Порочные удовольствия не должны стоить клиенту дешево; не отдав за услуги ощутимой суммы, он и не прочувствует удовольствия в полной мере, и скорее всего быстро забудет, где именно ему удалось столь легко и приятно облегчить свой кошелек.

    — Исабель Альенде · книга
35. № 35
    «

    По правде говоря, проституция — еще одна форма рабства. В основе которого несчастье, нужда, зависимость от алкоголя или наркотиков. Зависимость женщины от мужчины.

    По правде говоря, проституция — еще одна форма рабства. В основе которого несчастье, нужда, зависимость от алкоголя или наркотиков. Зависимость женщины от мужчины.

    — Януш Леон Вишневский · книга
36. № 36
    «

    Если бы я отправился к ночной красавице, то заплатил бы ей, чтобы она рассказывала мне анекдоты.

    Если бы я отправился к ночной красавице, то заплатил бы ей, чтобы она рассказывала мне анекдоты.

    — Энди Уорхол · книга
37. № 37
    «

    ... поверхностные отношения, преувеличенные чувства, двухгрубости и насилия.

    ... поверхностные отношения, преувеличенные чувства, двухгрубости и насилия.

    — Шери (Cheri) · фильм
38. № 38
    «

    Сперва я хотел заняться шлюхами и инвестировать в публичные дома. Я вращался среди политиков и со многими был знаком. Убедился, что лучше иметь дело со шлюхами, потому что у шлюх есть хоть какая-то честь и определенные принципы. С другой стороны, править из бардака не так удобно, как из ратуши. А править хотелось бы, как говорится, если не миром, то хотя бы округом. Древняя мудрость гласит: если не можешь их уничтожить, то примкни к ним.

    Сперва я хотел заняться шлюхами и инвестировать в публичные дома. Я вращался среди политиков и со многими был знаком. Убедился, что лучше иметь дело со шлюхами, потому что у шлюх есть хоть какая-то честь и определенные принципы. С другой стороны, править из бардака не так удобно, как из ратуши. А править хотелось бы, как говорится, если не миром, то хотя бы округом. Древняя мудрость гласит: если не можешь их уничтожить, то примкни к ним.

    — Анджей Сапковский · книга
39. № 39
    «

    Шлюхи и не требуют от меня любви. У наших встреч один конец и одно начало, о котором мы знаем оба. Нет продолжения у нас никакого. Вот, наверное, именно поэтому я люблю больше жриц любви, а не обычных леди, которые слишком много о себя думают, но все это лишь фарс.

    Шлюхи и не требуют от меня любви. У наших встреч один конец и одно начало, о котором мы знаем оба. Нет продолжения у нас никакого. Вот, наверное, именно поэтому я люблю больше жриц любви, а не обычных леди, которые слишком много о себя думают, но все это лишь фарс.
40. № 40
    «

    — То есть, ты не со мной? — Увы, глупышка. У меня дела, работа и... — Проститутки? — Работницы! Ра-бот-ни-цы! — А-а-а. Ну я так и сказала.

    — То есть, ты не со мной? — Увы, глупышка. У меня дела, работа и... — Проститутки? — Работницы! Ра-бот-ни-цы! — А-а-а. Ну я так и сказала.
41. № 41
    «

    Самая лживая в мире гуманистическая легенда состоит в том, что женщину делают проституткой социальные условия. Это так же нелепо, как сказать, что некоторые умирают от обжорства, потому что нет общественного контроля за питанием людей.

    Самая лживая в мире гуманистическая легенда состоит в том, что женщину делают проституткой социальные условия. Это так же нелепо, как сказать, что некоторые умирают от обжорства, потому что нет общественного контроля за питанием людей.

    — Фазиль Искандер · книга
42. № 42
    «

    Но мало того, что наличие проституции втаптывает любовь в грязь, в некоторых кругах нерушимость брачных уз — пустой звук. Странствие по чужим постелям уже и развратом-то не считается.

    Но мало того, что наличие проституции втаптывает любовь в грязь, в некоторых кругах нерушимость брачных уз — пустой звук. Странствие по чужим постелям уже и развратом-то не считается.

    — Октавио Пас · книга
43. № 43
    «

    — Ах да, Руфик, Клайд Ходшкинс хотел зайти к тебе вечерком. — Что он хочет? — Кажется, анала. — Ох! дорогой, мы сможем купить тебе пояс для церкви! — Как замечательно! — Вот именно! — Если в пол шестого, нормально? [Обращается к Мили] — А-а... Нормально... Да.. — А когда ему назначено? — У нас тут, знаешь ли, не так, как у дантиста, Эдвард. Он просто придёт, когда захочет вставить свой член в чью-то задницу.

    — Ах да, Руфик, Клайд Ходшкинс хотел зайти к тебе вечерком. — Что он хочет? — Кажется, анала. — Ох! дорогой, мы сможем купить тебе пояс для церкви! — Как замечательно! — Вот именно! — Если в пол шестого, нормально? [Обращается к Мили] — А-а... Нормально... Да.. — А когда ему назначено? — У нас тут, знаешь ли, не так, как у дантиста, Эдвард. Он просто придёт, когда захочет вставить свой член в чью-то задницу.

    — Эдвард Старк · фильм
44. № 44
    «

    У Маргариты Деревянко В связи с работой нелегальной Была пониженная планка Ответственности социальной,

    У Маргариты Деревянко В связи с работой нелегальной Была пониженная планка Ответственности социальной,

    — Александр Вулых
45. № 45
    «

    — Не хочется обращать внимание на очевидное, но ты действительно проститутка и ты моя работница. — Ты не распоряжаешься мной! Я решаю! Ясно? Я решаю с кем, когда и с кем...

    — Не хочется обращать внимание на очевидное, но ты действительно проститутка и ты моя работница. — Ты не распоряжаешься мной! Я решаю! Ясно? Я решаю с кем, когда и с кем...

    — Эдвард Льюис · фильм
46. № 46
    «

    Фантасты в чудеса верят ещё меньше, чем проститутки в любовь. Это я так подумал, когда пришли к Мельникову. Вот только проститутки — они в любовь верят. Тихонечко, никому не говоря, но верят. Мечтают, что есть что-то, кроме потных толстых мужиков, которым требуется секс за деньги. Мечтают и боятся в это поверить.

    Фантасты в чудеса верят ещё меньше, чем проститутки в любовь. Это я так подумал, когда пришли к Мельникову. Вот только проститутки — они в любовь верят. Тихонечко, никому не говоря, но верят. Мечтают, что есть что-то, кроме потных толстых мужиков, которым требуется секс за деньги. Мечтают и боятся в это поверить.

    — Сергей Лукьяненко · книга
47. № 47
    «

    Я давно избавилась от иллюзий и надежд, что кто-нибудь полюбит меня такой, как я есть, и теперь вместе с данью восхищения и цветами спокойно принимала деньги — это была плата за мое умение притворяться. Я была уверена, что окончу дни мои, так и не познав любви, но не всё ли равно? Любовь и власть стали для меня неразличимы.

    Я давно избавилась от иллюзий и надежд, что кто-нибудь полюбит меня такой, как я есть, и теперь вместе с данью восхищения и цветами спокойно принимала деньги — это была плата за мое умение притворяться. Я была уверена, что окончу дни мои, так и не познав любви, но не всё ли равно? Любовь и власть стали для меня неразличимы.

    — Пауло Коэльо · книга
48. № 48
    «

    — Я тоже была молода. Делала глупости. — Ты тоже была шлюхой?

    — Я тоже была молода. Делала глупости. — Ты тоже была шлюхой?

    — Сильвия (мать Изабель) · фильм
49. № 49
    «

    Самая доступная в России профессия после проституции — это журналистика. Туда я и отправился.

    Самая доступная в России профессия после проституции — это журналистика. Туда я и отправился.

    — Юрий Дудь
50. № 50
    «

    Знаешь, что такое шлюха? Скопище всех грязных мужских помыслов и мечтаний.

    Знаешь, что такое шлюха? Скопище всех грязных мужских помыслов и мечтаний.

    — Джон Фаулз · книга
51. № 51
    «

    Я любила её. Мало кто мог подумать и даже представить себе то, что я могу учиться. Я могу тренировать себя в чём угодно. Люди всегда относятся с пренебрежением к проституткам. Не дают им ни малейшего шанса, потому что они думают, что это легкий путь. Но никто не может представить, какую силу надо иметь, чтобы заниматься этим. Ходить по улицам, каждую ночь принимать удары, но не сдаваться. И я не сдалась. Никто из них бы не выдержал, потому что они не знают, насколько я могу быть сильной, если верю во что-то. А я верила в неё.

    Я любила её. Мало кто мог подумать и даже представить себе то, что я могу учиться. Я могу тренировать себя в чём угодно. Люди всегда относятся с пренебрежением к проституткам. Не дают им ни малейшего шанса, потому что они думают, что это легкий путь. Но никто не может представить, какую силу надо иметь, чтобы заниматься этим. Ходить по улицам, каждую ночь принимать удары, но не сдаваться. И я не сдалась. Никто из них бы не выдержал, потому что они не знают, насколько я могу быть сильной, если верю во что-то. А я верила в неё.

    — Эйлин Уорнос · фильм
52. № 52
    «

    Мужчины платят, чтобы женщина ушла, а не осталась.

    Мужчины платят, чтобы женщина ушла, а не осталась.

    — Грисельда Бланко · сериал
53. № 53
    «

    Неправда это. И не плакала я вовсе и не каялась. Какое же это покаяние, когда то же самое делаешь? Вот вы посмотрите… [положила на ладонь несколько монет. Одна монетка соскользнула с руки и упала на пол] За что вот я эти деньги получила? За это за самое. А платье, а шляпка, а серьги — всё за это, за самое. Раздень меня до самого голого тела, так ничего моего не найдёшь. Да и тело-то не моё — на три года вперед продано, а то, может, и на всю жизнь, — жизнь-то наша короткая. А в животе у меня что? Портвейн, да пиво, да шоколад, гость вчера угощал, — выходит, и живот не мой. Нет у меня ни стыда, ни совести: прикажете голой раздеться — разденусь; прикажете на крест наплевать — наплюю.

    Неправда это. И не плакала я вовсе и не каялась. Какое же это покаяние, когда то же самое делаешь? Вот вы посмотрите… [положила на ладонь несколько монет. Одна монетка соскользнула с руки и упала на пол] За что вот я эти деньги получила? За это за самое. А платье, а шляпка, а серьги — всё за это, за самое. Раздень меня до самого голого тела, так ничего моего не найдёшь. Да и тело-то не моё — на три года вперед продано, а то, может, и на всю жизнь, — жизнь-то наша короткая. А в животе у меня что? Портвейн, да пиво, да шоколад, гость вчера угощал, — выходит, и живот не мой. Нет у меня ни стыда, ни совести: прикажете голой раздеться — разденусь; прикажете на крест наплевать — наплюю.

    — Пелагея Караулова · фильм
54. № 54
    «

    ...проституция — одно из величайших бедствий человечества, а также согласны, что в этом зле виноваты не женщины, а мы, мужчины, потому что спрос родит предложение. И, стало быть, если, выпив лишнюю рюмку вина, я все-таки, несмотря на свои убеждения, еду к проституткам, то я совершаю тройную подлость: перед несчастной глупой женщиной, которую я подвергаю за свой поганый рубль самой унизительной форме рабства, перед человечеством, потому что, нанимая на час или на два публичную женщину для своей скверной похоти, я этим оправдываю и поддерживаю проституцию, и, наконец, это подлость перед своей собственной совестью и мыслью. И перед логикой.

    ...проституция — одно из величайших бедствий человечества, а также согласны, что в этом зле виноваты не женщины, а мы, мужчины, потому что спрос родит предложение. И, стало быть, если, выпив лишнюю рюмку вина, я все-таки, несмотря на свои убеждения, еду к проституткам, то я совершаю тройную подлость: перед несчастной глупой женщиной, которую я подвергаю за свой поганый рубль самой унизительной форме рабства, перед человечеством, потому что, нанимая на час или на два публичную женщину для своей скверной похоти, я этим оправдываю и поддерживаю проституцию, и, наконец, это подлость перед своей собственной совестью и мыслью. И перед логикой.

    — Александр Куприн · книга
55. № 55
    «

    — Я прошёл непростой путь: отчислился из колледжа, вступил в банду, отобрал кредит у воротилы бизнеса. Я опустился в бездну отчаяния, наркомании и дешёвой проституции! — Мужик, ну и денёк тебе выдался!

    — Я прошёл непростой путь: отчислился из колледжа, вступил в банду, отобрал кредит у воротилы бизнеса. Я опустился в бездну отчаяния, наркомании и дешёвой проституции! — Мужик, ну и денёк тебе выдался!

    — Бендер · мультфильм
56. № 56
    «

    Под грубой и похабной профессией, под матерными словами, под пьяным, безобразным видом – и все-таки жива Сонечка Мармеладова! Судьба русской проститутки – о, какой это трагический, жалкий, кровавый, смешной и глупый путь! Здесь все совместилось: русский бог, русская широта и беспечность, русское отчаяние в падении, русская некультурность, русская наивность, русское терпение, русское бесстыдство. Ведь все они, которых вы берете в спальни, – поглядите, поглядите на них хорошенько, – ведь все они – дети, ведь им всем по одиннадцати лет. Судьба толкнула их на проституцию, и с тех пор они живут в какой-то странной, феерической, игрушечной жизни, не развиваясь, не обогащаясь опытом, наивные, доверчивые, капризные, не знающие, что скажут и что сделают через полчаса – совсем как дети. Эту светлую и смешную детскость я видел у самых опустившихся, самых старых девок, заезженных и искалеченных, как извозчичьи клячи. И не умирает в них никогда эта бессильная жалость, это бесполезное сочувствие к человеческому страданию.

    Под грубой и похабной профессией, под матерными словами, под пьяным, безобразным видом – и все-таки жива Сонечка Мармеладова! Судьба русской проститутки – о, какой это трагический, жалкий, кровавый, смешной и глупый путь! Здесь все совместилось: русский бог, русская широта и беспечность, русское отчаяние в падении, русская некультурность, русская наивность, русское терпение, русское бесстыдство. Ведь все они, которых вы берете в спальни, – поглядите, поглядите на них хорошенько, – ведь все они – дети, ведь им всем по одиннадцати лет. Судьба толкнула их на проституцию, и с тех пор они живут в какой-то странной, феерической, игрушечной жизни, не развиваясь, не обогащаясь опытом, наивные, доверчивые, капризные, не знающие, что скажут и что сделают через полчаса – совсем как дети. Эту светлую и смешную детскость я видел у самых опустившихся, самых старых девок, заезженных и искалеченных, как извозчичьи клячи. И не умирает в них никогда эта бессильная жалость, это бесполезное сочувствие к человеческому страданию.

    — Александр Куприн · книга
57. № 57
    «

    Видишь ли, меня притягивает и интересует в этой жизни ее... как бы это выразиться?... ее страшная, обнаженная правда. Понимаешь ли, с нее как будто бы сдернуты все условные покровы. Нет ни лжи, ни лицемерия, ни ханжества, нет никаких сделок ни с общественным мнением, ни с навязчивым авторитетом предков, ни с своей совестью. Никаких иллюзий, никаких прикрас! Вот она – я! Публичная женщина, общественный сосуд, клоака для стока избытка городской похоти. Иди ко мне любой, кто хочет, – ты не встретишь отказа, в этом моя служба. Но за секунду этого сладострастия впопыхах – ты заплатишь деньгами, отвращением, болезнью и позором. И все. Нет ни одной стороны человеческой жизни, где бы основная, главная правда сияла с такой чудовищной, безобразной голой яркостью, без всякой тени человеческого лганья и самообеления.

    Видишь ли, меня притягивает и интересует в этой жизни ее... как бы это выразиться?... ее страшная, обнаженная правда. Понимаешь ли, с нее как будто бы сдернуты все условные покровы. Нет ни лжи, ни лицемерия, ни ханжества, нет никаких сделок ни с общественным мнением, ни с навязчивым авторитетом предков, ни с своей совестью. Никаких иллюзий, никаких прикрас! Вот она – я! Публичная женщина, общественный сосуд, клоака для стока избытка городской похоти. Иди ко мне любой, кто хочет, – ты не встретишь отказа, в этом моя служба. Но за секунду этого сладострастия впопыхах – ты заплатишь деньгами, отвращением, болезнью и позором. И все. Нет ни одной стороны человеческой жизни, где бы основная, главная правда сияла с такой чудовищной, безобразной голой яркостью, без всякой тени человеческого лганья и самообеления.

    — Александр Куприн · книга
58. № 58
    «

    Неужели вы и вправду думаете, что мы хуже так называемых порядочных женщин? Ко мне приходит человек, платит мне два рубля за визит или пять рублей за ночь, и я этого ничуть не скрываю ни от кого в мире... А скажите, неужели вы знаете хоть одну семейную, замужнюю даму, которая не отдавалась бы тайком либо ради страсти – молодому, либо ради денег – старику? Мне прекрасно известно, что пятьдесят процентов из вас состоят на содержании у любовников, а пятьдесят остальных, из тех, которые постарше, содержат молодых мальчишек. Мне известно также, что многие – ах, как многие! – из вас живут со своими отцами, братьями и даже сыновьями, но вы эти секреты прячете в какой-то потайной сундучок. И вот вся разница между нами. Мы – падшие, но мы не лжем и не притворяемся, а вы все падаете и при этом лжете. Подумайте теперь сами – в чью пользу эта разница?

    Неужели вы и вправду думаете, что мы хуже так называемых порядочных женщин? Ко мне приходит человек, платит мне два рубля за визит или пять рублей за ночь, и я этого ничуть не скрываю ни от кого в мире... А скажите, неужели вы знаете хоть одну семейную, замужнюю даму, которая не отдавалась бы тайком либо ради страсти – молодому, либо ради денег – старику? Мне прекрасно известно, что пятьдесят процентов из вас состоят на содержании у любовников, а пятьдесят остальных, из тех, которые постарше, содержат молодых мальчишек. Мне известно также, что многие – ах, как многие! – из вас живут со своими отцами, братьями и даже сыновьями, но вы эти секреты прячете в какой-то потайной сундучок. И вот вся разница между нами. Мы – падшие, но мы не лжем и не притворяемся, а вы все падаете и при этом лжете. Подумайте теперь сами – в чью пользу эта разница?

    — Александр Куприн · книга
59. № 59
    «

    Судьба русской проститутки — о, какой это трагический, жалкий, кровавый, смешной и глупый путь! Здесь все совместилось: русский бог, русская широта и беспечность, русское отчаяние в падении, русская некультурность, русская наивность, русское терпение, русское бесстыдство. Ведь все они, которых вы берёте в спальни, — поглядите, поглядите на них хорошенько, — ведь все они — дети, ведь им всем по одиннадцати лет. Судьба толкнула их на проституцию, и с тех пор они живут в какой-то странной, феерической, игрушечной жизни, не развиваясь, не обогащаясь опытом, наивные, доверчивые, капризные, не знающие, что скажут и что сделают через полчаса — совсем как дети. Эту светлую и смешную детскость я видел у самых опустившихся, самых старых девок, заезженных и искалеченных, как извозчичьи клячи. И не умирает в них никогда эта бессильная жалость, это бесполезное сочувствие к человеческому страданию...

    Судьба русской проститутки — о, какой это трагический, жалкий, кровавый, смешной и глупый путь! Здесь все совместилось: русский бог, русская широта и беспечность, русское отчаяние в падении, русская некультурность, русская наивность, русское терпение, русское бесстыдство. Ведь все они, которых вы берёте в спальни, — поглядите, поглядите на них хорошенько, — ведь все они — дети, ведь им всем по одиннадцати лет. Судьба толкнула их на проституцию, и с тех пор они живут в какой-то странной, феерической, игрушечной жизни, не развиваясь, не обогащаясь опытом, наивные, доверчивые, капризные, не знающие, что скажут и что сделают через полчаса — совсем как дети. Эту светлую и смешную детскость я видел у самых опустившихся, самых старых девок, заезженных и искалеченных, как извозчичьи клячи. И не умирает в них никогда эта бессильная жалость, это бесполезное сочувствие к человеческому страданию...

    — Александр Куприн · книга
60. № 60
    «

    Гетеры — это женщины, которые отказываются впрячься в ярмо обязательного брака и отстаивают право распоряжаться своей половой жизнью.

    Гетеры — это женщины, которые отказываются впрячься в ярмо обязательного брака и отстаивают право распоряжаться своей половой жизнью.

    — Вильгельм Райх
61. № 61
    «

    Кисуль, а я вот у тебя хочу спросить: тебе твой диплом Института культуры в постели с партнёром помогает? Ну вообще, вот так вот в конечном итоге, ты его в постель для удобства себе подкладываешь?

    Кисуль, а я вот у тебя хочу спросить: тебе твой диплом Института культуры в постели с партнёром помогает? Ну вообще, вот так вот в конечном итоге, ты его в постель для удобства себе подкладываешь?

    — Таня Зайцева · фильм
62. № 62
    «

    Откуда Зинку по 88-ой в тюрягу упекли? С 5-го курса философского факультета!

    Откуда Зинку по 88-ой в тюрягу упекли? С 5-го курса философского факультета!

    — Таня Зайцева · фильм
63. № 63
    «

    Ведь она в конце-концов шлюха — женщина, которая... всё ж роза, как её ни назови.

    Ведь она в конце-концов шлюха — женщина, которая... всё ж роза, как её ни назови.

    — Питер Годли · фильм
64. № 64
    «

    Проститутки на короткие сроки – обыкновенно презираемы, проститутки на долгие – уважаемы.

    Проститутки на короткие сроки – обыкновенно презираемы, проститутки на долгие – уважаемы.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
65. № 65
    «

    — Надо же... не ожидала, что у тебя такой дом! Совсем не ожидала! — Почему же это? — Ну, представляла что-то суперсовременное. — Пластик и алюминий? — Ну, в общем, да. — Странно! Как будто ты живешь в доме у родителей. — Хвалю, ты попала в точку! Раньше у меня была квартирка на улице Де-Соль, но после смерти родителей мне не захотелось расставаться с этими предметами. Нужно было, чтобы они стояли там, где я привык их видеть всю свою сознательную жизнь! И я перебрался сюда. Вот так! — А тебе хорошо здесь? — А хорошо ли было Людовику Шестнадцатому в Версале? Сомневаюсь. Но ведь он жил в доме своего отца. Я испытываю примерно то же самое. Тебе смешно? — Да! Потому что ты совсем не похож на «легавого»! Ни о чём не спросил, даже не задал обычного вопроса о моей семье, и не пожелал узнать — зачем я этим занимаюсь! — Ну ты бы мне ответила, что родилась в трущобе! Что у тебя куча братишек и сестрёнок! Что папа твой колотит маму, когда напьётся! А в двенадцать лет ты поняла, о чём думают мужчины, поглядывая на твой зад! — Да уж не о Людовике Шестнадцатом, во всяком случае!

    — Надо же... не ожидала, что у тебя такой дом! Совсем не ожидала! — Почему же это? — Ну, представляла что-то суперсовременное. — Пластик и алюминий? — Ну, в общем, да. — Странно! Как будто ты живешь в доме у родителей. — Хвалю, ты попала в точку! Раньше у меня была квартирка на улице Де-Соль, но после смерти родителей мне не захотелось расставаться с этими предметами. Нужно было, чтобы они стояли там, где я привык их видеть всю свою сознательную жизнь! И я перебрался сюда. Вот так! — А тебе хорошо здесь? — А хорошо ли было Людовику Шестнадцатому в Версале? Сомневаюсь. Но ведь он жил в доме своего отца. Я испытываю примерно то же самое. Тебе смешно? — Да! Потому что ты совсем не похож на «легавого»! Ни о чём не спросил, даже не задал обычного вопроса о моей семье, и не пожелал узнать — зачем я этим занимаюсь! — Ну ты бы мне ответила, что родилась в трущобе! Что у тебя куча братишек и сестрёнок! Что папа твой колотит маму, когда напьётся! А в двенадцать лет ты поняла, о чём думают мужчины, поглядывая на твой зад! — Да уж не о Людовике Шестнадцатом, во всяком случае!

    — комиссар Жордан · фильм
66. № 66
    «

    У политиков, как и у проституток, дурная слава, но, спрашивается, к кому мы идем, когда нам приспичит?

    У политиков, как и у проституток, дурная слава, но, спрашивается, к кому мы идем, когда нам приспичит?

    — Брендан Франсис Биэн
67. № 67
    «

    В наши дни институт публичных домов, похоже, отмирает. Ученые объясняют это различными причинами. Одни говорят, что смертельный удар борделям нанесло падение нравов среди девушек. Другие, вероятно, большие идеалисты, утверждают, что постепенное исчезновение борделей обусловлено усилившимся надзором полиции. В конце прошлого и начале нынешнего века публичные дома были субъективной реальностью, хотя открыто этот факт не обсуждался. Полагали, что существование борделей оберегает честь порядочных женщин. Холостые мужчины, дабы умерить свою сексуальную озабоченность, посещали публичные дома, что не мешало им в соответствии с общепринятыми нормами почитать в женщинах целомудрие и очарование. Как одно увязывалось с другим — загадка, но в нашем общественном мышлении загадок и без того достаточно.

    В наши дни институт публичных домов, похоже, отмирает. Ученые объясняют это различными причинами. Одни говорят, что смертельный удар борделям нанесло падение нравов среди девушек. Другие, вероятно, большие идеалисты, утверждают, что постепенное исчезновение борделей обусловлено усилившимся надзором полиции. В конце прошлого и начале нынешнего века публичные дома были субъективной реальностью, хотя открыто этот факт не обсуждался. Полагали, что существование борделей оберегает честь порядочных женщин. Холостые мужчины, дабы умерить свою сексуальную озабоченность, посещали публичные дома, что не мешало им в соответствии с общепринятыми нормами почитать в женщинах целомудрие и очарование. Как одно увязывалось с другим — загадка, но в нашем общественном мышлении загадок и без того достаточно.

    — Джон Стейнбек · книга
68. № 68
    «

    Но, знаете, уж очень это скучно и противно. Вроде тех мух, которых сейчас представлял господин артист. Слепились на секунду на подоконнике, а потом в каком-то дурацком удивлении почесали задними лапками спину и разлетелись навеки. А разводить здесь любовь?... Так для этого я герой не их романа. Я некрасив, с женщинами робок, стеснителен и вежлив. А они — здесь жаждут диких страстей, кровавой ревности, слёз, отравлений, побоев, жертв, — словом, истеричного романтизма.

    Но, знаете, уж очень это скучно и противно. Вроде тех мух, которых сейчас представлял господин артист. Слепились на секунду на подоконнике, а потом в каком-то дурацком удивлении почесали задними лапками спину и разлетелись навеки. А разводить здесь любовь?... Так для этого я герой не их романа. Я некрасив, с женщинами робок, стеснителен и вежлив. А они — здесь жаждут диких страстей, кровавой ревности, слёз, отравлений, побоев, жертв, — словом, истеричного романтизма.

    — Александр Куприн · книга
69. № 69
    «

    Самый плохой мужчина всё-таки лучше, чем «нет мужчины». И женщины бросаются. И «самая плохая женщина есть всё-таки женщина». И мужчины — ищут. Так произошла проституция и «совершенно невозможные браки».

    Самый плохой мужчина всё-таки лучше, чем «нет мужчины». И женщины бросаются. И «самая плохая женщина есть всё-таки женщина». И мужчины — ищут. Так произошла проституция и «совершенно невозможные браки».

    — Василий Розанов · книга
70. № 70
    «

    Когда же любовью со мною занимался противный для меня человек, я считала доски потолка и думала о посторонних вещах, отдавая своё тело на поругание так безучастно, как течёт вода, мутная от нечистоты нашего суетного мира.

    Когда же любовью со мною занимался противный для меня человек, я считала доски потолка и думала о посторонних вещах, отдавая своё тело на поругание так безучастно, как течёт вода, мутная от нечистоты нашего суетного мира.

    — Ихара Сайкаку · книга
71. № 71
    «

    Зато Алиса и Лариса внутри уже давно, И скоро Джона или Криса, что в общем всё равно, Возьмут тихонько за хомут, посадят в тачку и свезут домой к Марине. Им тоже хочется иметь последней моды шелка, Выходит, нужно всё успеть, покуда грудь высока, И, значит, принцип этих дам — все флаги в гости будут к нам - вполне невинен!

    Зато Алиса и Лариса внутри уже давно, И скоро Джона или Криса, что в общем всё равно, Возьмут тихонько за хомут, посадят в тачку и свезут домой к Марине. Им тоже хочется иметь последней моды шелка, Выходит, нужно всё успеть, покуда грудь высока, И, значит, принцип этих дам — все флаги в гости будут к нам - вполне невинен!
72. № 72
    «

    — А ты вообще заткнись. С твоей рожей больше заработаешь на панели, чем в полиции. — Это очень любопытно. С какими рожами служат на панели и сколько зарабатывают в полиции, вам, я вижу, известно. Не случалось ли нам встречаться прежде? — Судимостей нет, перед законом чиста и непорочна. — Поздравляю, мадам. Непорочность, даже юридическая, большая редкость в наши дни.

    — А ты вообще заткнись. С твоей рожей больше заработаешь на панели, чем в полиции. — Это очень любопытно. С какими рожами служат на панели и сколько зарабатывают в полиции, вам, я вижу, известно. Не случалось ли нам встречаться прежде? — Судимостей нет, перед законом чиста и непорочна. — Поздравляю, мадам. Непорочность, даже юридическая, большая редкость в наши дни.

    — Сандра (подруга Шнайдера) · фильм
73. № 73
    «

    В ней была видна непорочная девушка, которую ничтожный случай сделал куртизанкой, и куртизанка, которую ничтожный случай мог превратить в самую любящую, самую чистую женщину.

    В ней была видна непорочная девушка, которую ничтожный случай сделал куртизанкой, и куртизанка, которую ничтожный случай мог превратить в самую любящую, самую чистую женщину.

    — Александр Дюма (сын) · книга
74. № 74
    «

    1980-е – время, когда проститутку можно было спутать с модницей.

    1980-е – время, когда проститутку можно было спутать с модницей.
75. № 75
    «

    В моей деревне священник рассказывал про ад, когда я была маленькой. Он говорил про адское пламя, огненный дождь, пытки, которым подвергают грешников демоны. Мы с подружками потешались над ним — этот старик, что он знает? Но теперь я поняла, ад существует, там играют в карты, слушают Элвиса Пресли, а в дверях стоит Роман Петреску.

    В моей деревне священник рассказывал про ад, когда я была маленькой. Он говорил про адское пламя, огненный дождь, пытки, которым подвергают грешников демоны. Мы с подружками потешались над ним — этот старик, что он знает? Но теперь я поняла, ад существует, там играют в карты, слушают Элвиса Пресли, а в дверях стоит Роман Петреску.

    — Надя · сериал
76. № 76
    «

    — Я знала, что делаю. Хотела завоевать уважение. — Не будь наивной, мужчины шлюх не уважают. — Зависит от того, что считать уважением.

    — Я знала, что делаю. Хотела завоевать уважение. — Не будь наивной, мужчины шлюх не уважают. — Зависит от того, что считать уважением.

    — Имоджен · сериал
77. № 77
    «

    Дитя счастливое! Зачем горишь желаньем Увидеть Францию, пронзенную страданьем, Где людям тесно жить; зачем судьбу свою Спешишь вручить рукам гребцов и кораблю, Проститься навсегда с любимым тамарином? Полуодетая, под призрачным муслином, Дрожа от холода и вьюги снеговой, Ты вспомнишь прошлое и вольный край родной; И твой свободный торс сожмут тиски корсета, Ты будешь торговать собою — и за это В притонах городских приют отыщешь свой, Дерев кокосовых ища во мгле сырой!

    Дитя счастливое! Зачем горишь желаньем Увидеть Францию, пронзенную страданьем, Где людям тесно жить; зачем судьбу свою Спешишь вручить рукам гребцов и кораблю, Проститься навсегда с любимым тамарином? Полуодетая, под призрачным муслином, Дрожа от холода и вьюги снеговой, Ты вспомнишь прошлое и вольный край родной; И твой свободный торс сожмут тиски корсета, Ты будешь торговать собою — и за это В притонах городских приют отыщешь свой, Дерев кокосовых ища во мгле сырой!

    — Шарль Бодлер · книга
78. № 78
    «

    Мы молоды, и жить ведь хорошо. Даже жить так, как я! Хотя, Бог знает, я слышала, как они называли это «самым легким путем». Интересно, откуда они взяли эту фразочку? Знаю одно, это не могла придумать женщина... Полагаю, ты думаешь, что я грязь...

    Мы молоды, и жить ведь хорошо. Даже жить так, как я! Хотя, Бог знает, я слышала, как они называли это «самым легким путем». Интересно, откуда они взяли эту фразочку? Знаю одно, это не могла придумать женщина... Полагаю, ты думаешь, что я грязь...

    — Китти Мередит · фильм
79. № 79
    «

    — Я понимаю, что этот мир жесток, сэр. Я знаю, что некоторые готовы продавать свое тело, чтобы выжить. — Не готовы. Готовность совершенно ни при чем, когда выбор продиктован отчаянием. У вас нет ни малейшего права осуждать их.

    — Я понимаю, что этот мир жесток, сэр. Я знаю, что некоторые готовы продавать свое тело, чтобы выжить. — Не готовы. Готовность совершенно ни при чем, когда выбор продиктован отчаянием. У вас нет ни малейшего права осуждать их.

    — Александра Хоукинз · книга
80. № 80
    «

    Я плачу тебе, чтобы создать иллюзию той жизни, от которой отказалась во имя карьеры.

    Я плачу тебе, чтобы создать иллюзию той жизни, от которой отказалась во имя карьеры.

    — Элизабет Слоун · фильм
81. № 81
    «

    Но я не люблю проституток. Это грустно и никаких чувств.

    Но я не люблю проституток. Это грустно и никаких чувств.

    — Поль (молодой идеалист) · фильм
82. № 82
    «

    Пока существует брак, не умрет и проституция. Знаешь ли ты, кто всегда будет поддерживать и питать проституцию? Это так называемые порядочные люди, благородные отцы семейств, безукоризненные мужья, любящие братья. Они всегда найдут почтенный повод узаконить, нормировать и обандеролить платный разврат.

    Пока существует брак, не умрет и проституция. Знаешь ли ты, кто всегда будет поддерживать и питать проституцию? Это так называемые порядочные люди, благородные отцы семейств, безукоризненные мужья, любящие братья. Они всегда найдут почтенный повод узаконить, нормировать и обандеролить платный разврат.

    — Александр Куприн · книга
83. № 83
    «

    Проституцию они считали тяжелым ремеслом, но отнюдь не пороком. Такой взгляд на вещи спасал их от моральной деградации.

    Проституцию они считали тяжелым ремеслом, но отнюдь не пороком. Такой взгляд на вещи спасал их от моральной деградации.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
84. № 84
    «

    Падших женщин он знал только понаслышке и из книг, и в тех домах, где они живут, не был ни разу в жизни. Он знал, что есть такие безнравственные женщины, которые под давлением роковых обстоятельств — среды, дурного воспитания, нужды и т. п. вынуждены бывают продавать за деньги свою честь. Они не знают чистой любви, не имеют детей, не правоспособны; матери и сестры оплакивают их, как мертвых, наука третирует их, как зло, мужчины говорят им «ты». Но, несмотря на всё это, они не теряют образа и подобия божия. Все они сознают свой грех и надеются на спасение. Средствами, которые ведут к спасению, они могут пользоваться в самых широких размерах. Правда, общество не прощает людям прошлого, но у бога святая Мария Египетская считается не ниже других святых.

    Падших женщин он знал только понаслышке и из книг, и в тех домах, где они живут, не был ни разу в жизни. Он знал, что есть такие безнравственные женщины, которые под давлением роковых обстоятельств — среды, дурного воспитания, нужды и т. п. вынуждены бывают продавать за деньги свою честь. Они не знают чистой любви, не имеют детей, не правоспособны; матери и сестры оплакивают их, как мертвых, наука третирует их, как зло, мужчины говорят им «ты». Но, несмотря на всё это, они не теряют образа и подобия божия. Все они сознают свой грех и надеются на спасение. Средствами, которые ведут к спасению, они могут пользоваться в самых широких размерах. Правда, общество не прощает людям прошлого, но у бога святая Мария Египетская считается не ниже других святых.

    — Антон Павлович Чехов · книга
85. № 85
    «

    То, что называется здесь клубами, на деле больше напоминает бордели. С той лишь разницей, что большинство посетительниц в одних — профессионалки, тогда, как в других — просто доступные женщины.

    То, что называется здесь клубами, на деле больше напоминает бордели. С той лишь разницей, что большинство посетительниц в одних — профессионалки, тогда, как в других — просто доступные женщины.

    — Миша Азнавур · книга
86. № 86
    «

    Как известно, шпионаж, так же, как и проституция — одна из важнейших профессий в мире. Никто это не закрывал и закрыть пока не в состоянии.

    Как известно, шпионаж, так же, как и проституция — одна из важнейших профессий в мире. Никто это не закрывал и закрыть пока не в состоянии.

    — Владимир Владимирович Путин
87. № 87
    «

    С одной стороны – сотни миллионов жителей развитых стран; у них есть все, чего ни пожелают, за исключением одного: сексуального удовлетворения; они его ищут, ищут, не находят и оттого несчастны донельзя. С другой стороны – миллиарды людей, у которых нет ничего; они голодают, умирают молодыми, живут в антисанитарных условиях, им нечего продать, кроме своего тела и своей неиспорченной сексуальности. Чего же тут непонятного, это ясно как день: идеальные условия для обмена. Деньги на этом можно делать немыслимые: что там информатика, биотехнологии, средства массовой информации – тут ни один сектор экономики не идет в сравнение.

    С одной стороны – сотни миллионов жителей развитых стран; у них есть все, чего ни пожелают, за исключением одного: сексуального удовлетворения; они его ищут, ищут, не находят и оттого несчастны донельзя. С другой стороны – миллиарды людей, у которых нет ничего; они голодают, умирают молодыми, живут в антисанитарных условиях, им нечего продать, кроме своего тела и своей неиспорченной сексуальности. Чего же тут непонятного, это ясно как день: идеальные условия для обмена. Деньги на этом можно делать немыслимые: что там информатика, биотехнологии, средства массовой информации – тут ни один сектор экономики не идет в сравнение.

    — Мишель Уэльбек · книга
88. № 88
    «

    Ты заметила, что в нашем бизнесе приезжих гораздо больше, чем вас, настоящих москвичек и ленинградок? А почему? А потому что родители у вас всегда под боком, крыша над головой... а мы, которые приехали — из Вологды, Новгорода, Череповца, — нам рассчитывать не на кого. Крутись, зайчик, как хочешь. Правда, никто не спросит тебя: а жрала ли ты? А у тебя всегда был дома кусок булки с маслом.

    Ты заметила, что в нашем бизнесе приезжих гораздо больше, чем вас, настоящих москвичек и ленинградок? А почему? А потому что родители у вас всегда под боком, крыша над головой... а мы, которые приехали — из Вологды, Новгорода, Череповца, — нам рассчитывать не на кого. Крутись, зайчик, как хочешь. Правда, никто не спросит тебя: а жрала ли ты? А у тебя всегда был дома кусок булки с маслом.

    — «Кисуля» · фильм
89. № 89
    «

    Проституция дает ей возможность встречаться с людьми. Благодаря своей профессии она проводит много времени на свежем воздухе и занимается полезными физическими упражнениями.

    Проституция дает ей возможность встречаться с людьми. Благодаря своей профессии она проводит много времени на свежем воздухе и занимается полезными физическими упражнениями.

    — Джозеф Хеллер · книга
90. № 90
    «

    Выносливость их тела и похотливость души, способность с показной ласковостью и радушием принимать одного мужчину за другим — все это вначале изумляло, но вскоре стало вызывать отвращение.

    Выносливость их тела и похотливость души, способность с показной ласковостью и радушием принимать одного мужчину за другим — все это вначале изумляло, но вскоре стало вызывать отвращение.

    — Теодор Драйзер · книга
91. № 91
    «

    А правда заключалась в том, что в присутствии девушек Карл безумно робел. И, как большинство робких мужчин, он удовлетворял нужды своего естества с помощью безликого племени проституток. Со шлюхой робкий мужчина чувствует себя неизмеримо увереннее. Он ей платит, причем платит вперед, и она становится для него вещью: с проституткой робкий мужчина может позволить себе быть весёлым, а то и жестоким. Кроме того, с ней не сводит кишки от страха, что тебя отвергнут.

    А правда заключалась в том, что в присутствии девушек Карл безумно робел. И, как большинство робких мужчин, он удовлетворял нужды своего естества с помощью безликого племени проституток. Со шлюхой робкий мужчина чувствует себя неизмеримо увереннее. Он ей платит, причем платит вперед, и она становится для него вещью: с проституткой робкий мужчина может позволить себе быть весёлым, а то и жестоким. Кроме того, с ней не сводит кишки от страха, что тебя отвергнут.

    — Джон Стейнбек · книга
92. № 92
    «

    Проститутка: девушка, которая может быть хорошей девушкой из чистой любезности, но никогда не будет плохой девушкой из чистой любезности.

    Проститутка: девушка, которая может быть хорошей девушкой из чистой любезности, но никогда не будет плохой девушкой из чистой любезности.

    — Леонард Луис Левинсон
93. № 93
    «

    Визит к проститутке — не более чем своего рода подпись на заранее заготовленном бланке; даже утратив невинность, я «новым человеком» не стану.

    Визит к проститутке — не более чем своего рода подпись на заранее заготовленном бланке; даже утратив невинность, я «новым человеком» не стану.

    — Юкио Мисима · книга
94. № 94
    «

    — Мне нравилось назначать встречи, общаться по интернету, болтать по телефону, слушать из голоса, выдумывать всякое, а потом ехать... заходить в отели, представлять, что меня там ждет... Это было как игра. — Игра? Очень опасная. — Нет. Совсем немного. Сначала я ничего не чувствовала, но потом, когда я думала об этом дома, в лицее, мне хотелось повторить это с кем-то другим...

    — Мне нравилось назначать встречи, общаться по интернету, болтать по телефону, слушать из голоса, выдумывать всякое, а потом ехать... заходить в отели, представлять, что меня там ждет... Это было как игра. — Игра? Очень опасная. — Нет. Совсем немного. Сначала я ничего не чувствовала, но потом, когда я думала об этом дома, в лицее, мне хотелось повторить это с кем-то другим...

    — Изабель (проститутка) · фильм
95. № 95
    «

    Женщина, готовая отдать свое тело и позволить мне удовлетворить себя всеми эгоистичными способами, какие я изберу. Это грязь – совершенная грязь, и я не могу приучить себя к мысли об этом, о том, что возможно купить секс, подобно сигаретам, книгам или пиву. Самый сильный и драгоценный человеческий контакт сводится к цене нового топика от «Моргана».

    Женщина, готовая отдать свое тело и позволить мне удовлетворить себя всеми эгоистичными способами, какие я изберу. Это грязь – совершенная грязь, и я не могу приучить себя к мысли об этом, о том, что возможно купить секс, подобно сигаретам, книгам или пиву. Самый сильный и драгоценный человеческий контакт сводится к цене нового топика от «Моргана».

    — Хелен Уолш · книга
96. № 96
    «

    Ни одна императрица не получала более блестящего образования, чем проститутки Массимо Трольо. Младшие, вроде маленькой Нинны Софии, были предметом самых тщательных забот. Мадонны — старшие проститутки — должны были воспитывать девиц более нежного возраста. Они купали их в молоке волчицы, потому что вода была запретна из-за заразных болезней, к тому же, как учил Массимо Трольо, молоко волчицы способствует развитию и препятствует старению. Девочкам протирали кожу слюной кобылы, чтобы тело не было дряблым и один день в неделю им приходилось спать в свинарнике рядом со свиньями, чтобы они выучились переносить любые, самые отвратительные запахи и самое неблагодарное общество.

    Ни одна императрица не получала более блестящего образования, чем проститутки Массимо Трольо. Младшие, вроде маленькой Нинны Софии, были предметом самых тщательных забот. Мадонны — старшие проститутки — должны были воспитывать девиц более нежного возраста. Они купали их в молоке волчицы, потому что вода была запретна из-за заразных болезней, к тому же, как учил Массимо Трольо, молоко волчицы способствует развитию и препятствует старению. Девочкам протирали кожу слюной кобылы, чтобы тело не было дряблым и один день в неделю им приходилось спать в свинарнике рядом со свиньями, чтобы они выучились переносить любые, самые отвратительные запахи и самое неблагодарное общество.

    — Федерико Андахази · книга
97. № 97
    «

    Из всех профессий наибольшие заслуги в укреплении Американской Семьи имеет проституция.

    Из всех профессий наибольшие заслуги в укреплении Американской Семьи имеет проституция.

    — Брендан Франсис Биэн
98. № 98
    «

    А теперь несколько слов о Маргарет. Было бы глубоко ошибочным считать ее проституткой. Она не продавала себя за деньги, только вышла замуж из-за денег.

    А теперь несколько слов о Маргарет. Было бы глубоко ошибочным считать ее проституткой. Она не продавала себя за деньги, только вышла замуж из-за денег.

    — Генрих Бёлль · книга
99. № 99
    «

    Никаких иллюзий, никаких прикрас! Вот она — я! Публичная женщина, общественный сосуд, клоака для стока избытка городской похоти. Иди ко мне любой, кто хочет, — ты не встретишь отказа, в этом моя служба. Но за секунду этого сладострастия впопыхах — ты заплатишь деньгами, отвращением, болезнью и позором. И всё. Нет ни одной стороны человеческой жизни, где бы основная, главная правда сияла с такой чудовищной, безобразной голой яркостью, без всякой тени человеческого лганья и самообеления.

    Никаких иллюзий, никаких прикрас! Вот она — я! Публичная женщина, общественный сосуд, клоака для стока избытка городской похоти. Иди ко мне любой, кто хочет, — ты не встретишь отказа, в этом моя служба. Но за секунду этого сладострастия впопыхах — ты заплатишь деньгами, отвращением, болезнью и позором. И всё. Нет ни одной стороны человеческой жизни, где бы основная, главная правда сияла с такой чудовищной, безобразной голой яркостью, без всякой тени человеческого лганья и самообеления.

    — Александр Куприн · книга
100. № 100
     «

     Мне выпал единственный шанс изменить свою жалкую жизнь, другого такого случая не будет. До сих пор за все, что я когда-либо просила, мне приходилось расплачиваться своим телом. Я почти привыкла к этому, но привыкнуть не означает полюбить.

     Мне выпал единственный шанс изменить свою жалкую жизнь, другого такого случая не будет. До сих пор за все, что я когда-либо просила, мне приходилось расплачиваться своим телом. Я почти привыкла к этому, но привыкнуть не означает полюбить.

     — Пауло Коэльо · книга
101. № 101
     «

     – Ифиджения? – крикнул я наугад и побежал за женщиной. Она обернулась и прошлась по мне взглядом. – Сторожил? Как ты узнал, где я живу? Я что-то пробормотал. Сердце стучало, как её каблуки мгновение назад. Она взяла меня за рукав, потянула к свету. Я застыл от вида персидского лица, зловещего изгиба бровей и красных губ. – Ты ни разу здесь не был. Кто тебе рассказал про меня? – Адрастус. Она несколько раз моргнула. – Сколько у тебя денег? Я открыл перед ней кошелёк. Ифиджения прошлась по купюрам ногтями, вытащила их и засунула в свою сумочку. – Два дня, – сказала она и зачем-то стукнула каблуком. – В каком отеле твои вещи?

     – Ифиджения? – крикнул я наугад и побежал за женщиной. Она обернулась и прошлась по мне взглядом. – Сторожил? Как ты узнал, где я живу? Я что-то пробормотал. Сердце стучало, как её каблуки мгновение назад. Она взяла меня за рукав, потянула к свету. Я застыл от вида персидского лица, зловещего изгиба бровей и красных губ. – Ты ни разу здесь не был. Кто тебе рассказал про меня? – Адрастус. Она несколько раз моргнула. – Сколько у тебя денег? Я открыл перед ней кошелёк. Ифиджения прошлась по купюрам ногтями, вытащила их и засунула в свою сумочку. – Два дня, – сказала она и зачем-то стукнула каблуком. – В каком отеле твои вещи?

     — Мария Фариса · книга
102. № 102
     «

     А от мира, от Вселенной, от всего «прочего» они отвернуты и signum этого, закон этого, орудие этого, «ворота» и «замок» сей священной обители, и есть «стыд». — «Стыдно всех» — кроме «мужа»; то есть не касайся, — даже взглядом, даже мыслью, даже самым «представлением» и «понятием» — того, к чему ты, и каждый другой, и все прочие люди, весь свет — не имеете отношения: потому что это принадлежит моему мужу, и в целой Вселенной только ему одному. <...> Вообще семья — «страшное». В «черте», в магической черте, которую вокруг неё провёл Бог. Таким образом, «стыд» есть «разграничение». Это — «заборы» между семьями, без которых они обращаются в улицу, в толпу, а брак — в проституцию. То есть нашу, — уличную и торговую. Так называемая в древности «священная проституция», наоборот, и была первым выделением из дикого беспорядочного общения полов нашего «священного брака», «церковного брака», «непременно церковного». Без «священной проституции» невозможно было бы возникновение цивилизации, так как цивилизация невозможна без семьи. Внесение «священства» в «проституцию» и было первым лучом пролития «религии» в «семью». Уже тем, что она была именно «священная», она отделилась от «обыкновенной» проституции и затем продолжала все «отделяться» и «удаляться», суживаясь во времени и лицах, пока перешла сперва в «много-женный» и «много-мужний» (полиандрия) брак и, наконец, в наш «единоличный церковный брак». «Измены» в нашем браке суть атавизм полигамии и полиандрии. «Стыд» и есть «я не проститутка», «я не проститут». «Я — не для всех». Стыд есть орган брака. <...> Стыдом брак действует, отгораживается, защищается, отгоняет от себя прочь непричастных.

     А от мира, от Вселенной, от всего «прочего» они отвернуты и signum этого, закон этого, орудие этого, «ворота» и «замок» сей священной обители, и есть «стыд». — «Стыдно всех» — кроме «мужа»; то есть не касайся, — даже взглядом, даже мыслью, даже самым «представлением» и «понятием» — того, к чему ты, и каждый другой, и все прочие люди, весь свет — не имеете отношения: потому что это принадлежит моему мужу, и в целой Вселенной только ему одному. <...> Вообще семья — «страшное». В «черте», в магической черте, которую вокруг неё провёл Бог. Таким образом, «стыд» есть «разграничение». Это — «заборы» между семьями, без которых они обращаются в улицу, в толпу, а брак — в проституцию. То есть нашу, — уличную и торговую. Так называемая в древности «священная проституция», наоборот, и была первым выделением из дикого беспорядочного общения полов нашего «священного брака», «церковного брака», «непременно церковного». Без «священной проституции» невозможно было бы возникновение цивилизации, так как цивилизация невозможна без семьи. Внесение «священства» в «проституцию» и было первым лучом пролития «религии» в «семью». Уже тем, что она была именно «священная», она отделилась от «обыкновенной» проституции и затем продолжала все «отделяться» и «удаляться», суживаясь во времени и лицах, пока перешла сперва в «много-женный» и «много-мужний» (полиандрия) брак и, наконец, в наш «единоличный церковный брак». «Измены» в нашем браке суть атавизм полигамии и полиандрии. «Стыд» и есть «я не проститутка», «я не проститут». «Я — не для всех». Стыд есть орган брака. <...> Стыдом брак действует, отгораживается, защищается, отгоняет от себя прочь непричастных.

     — Василий Розанов · книга
103. № 103
     «

     Я уважаю проституток точно так же как и уважаю монахинь в прозрачной рясе из любимых фильмов. Если честно, то и от тех, и других, я не жду ничего серьезного. Они знают, что хочу я, и не задают лишние вопросы, но относятся ко мне с ноткой уважения, которым поливают свое тело перед нашей встречей. Они звезды, а я заблудившийся в двух портах моряк. Портовые меня знают со всех сторон. Удивлять никого не приходится.

     Я уважаю проституток точно так же как и уважаю монахинь в прозрачной рясе из любимых фильмов. Если честно, то и от тех, и других, я не жду ничего серьезного. Они знают, что хочу я, и не задают лишние вопросы, но относятся ко мне с ноткой уважения, которым поливают свое тело перед нашей встречей. Они звезды, а я заблудившийся в двух портах моряк. Портовые меня знают со всех сторон. Удивлять никого не приходится.
104. № 104
     «

     — Твоя подружка очень симпатичная. — Она не моя подружка. Она проститутка, которую я снял. — Я и не знал, что в Брюгге есть хоть какие-то проститутки. — Да ты просто глянь в нужном направлении… Бордели тут очень пристойные. — Ну, ты снял очень симпатичную проститутку. — Благодарю.

     — Твоя подружка очень симпатичная. — Она не моя подружка. Она проститутка, которую я снял. — Я и не знал, что в Брюгге есть хоть какие-то проститутки. — Да ты просто глянь в нужном направлении… Бордели тут очень пристойные. — Ну, ты снял очень симпатичную проститутку. — Благодарю.

     — Кен Дейли · фильм
105. № 105
     «

     Не помню, когда я впервые воспользовался услугами девушек по вызову. Сейчас мне 34. Наверное, после тридцати все же. До этого рубежа потребности как-то не возникало, все было просто, доступно и легко. Пошел в бар — познакомился с девушкой, устроил ей фейерверк с павлиньими перьями — и удовлетворил свои низменные потребности. Но в какой-то момент стало лень отвечать на сообщения в мессенджере. Девушки же все равно влюбчивы. — Анжел, а скажи, зачем ты этим занимаешься? — А мне нравится трахаться. Ну люблю я секс, Костя. А мне за это еще деньги платят. С этими словами Анжела-Маша-Катя застегнула юбку и вышла в коридор. Я даже провожать не стал. Надо менять что-то в своей жизни. Даже проституткам нравится их работа.

     Не помню, когда я впервые воспользовался услугами девушек по вызову. Сейчас мне 34. Наверное, после тридцати все же. До этого рубежа потребности как-то не возникало, все было просто, доступно и легко. Пошел в бар — познакомился с девушкой, устроил ей фейерверк с павлиньими перьями — и удовлетворил свои низменные потребности. Но в какой-то момент стало лень отвечать на сообщения в мессенджере. Девушки же все равно влюбчивы. — Анжел, а скажи, зачем ты этим занимаешься? — А мне нравится трахаться. Ну люблю я секс, Костя. А мне за это еще деньги платят. С этими словами Анжела-Маша-Катя застегнула юбку и вышла в коридор. Я даже провожать не стал. Надо менять что-то в своей жизни. Даже проституткам нравится их работа.

     — Анна Демидова · книга
106. № 106
     «

     You just best believe I'm the only girl in your life I'll bring you sugar in the morning and the sweet stuff you eat at night You just believe when it comes down to making love I'll satisfy your every need and every fantasy you dream of When you need some piece of mind Just call for me anytime I'll keep you happy and so satisfied My house

     You just best believe I'm the only girl in your life I'll bring you sugar in the morning and the sweet stuff you eat at night You just believe when it comes down to making love I'll satisfy your every need and every fantasy you dream of When you need some piece of mind Just call for me anytime I'll keep you happy and so satisfied My house
107. № 107
     «

     — Чич, мы можем поговорить? Я волнуюсь за Питти! Не понимаю, что с ним такое, и не понимаю, что со мной такое, что я вдруг стал за него волноваться. — Я говорю это тебе каждый раз, когда ты волнуешься о парне. Напои его, положи к нему бабу — и тогда он поймёт смысл жизни. — Не уверен, что хорошие родители так делают, Чич. — Ты помнишь свой первый раз? — Конечно! Её звали Шерон. И у неё было божественное тело! Ей нужно было помочь сменить шину. — Шину, а потом она сняла с тебя штаны, и ты понял, что такое радость жизни. — А ты откуда знаешь? — Потому что она была проституткой. — Что?! — Твой отец ей заплатил. Он сам мне рассказывал. Ты был полноватым тинейджером, любящим бродвейские мюзиклы, и он должен был это исправить.

     — Чич, мы можем поговорить? Я волнуюсь за Питти! Не понимаю, что с ним такое, и не понимаю, что со мной такое, что я вдруг стал за него волноваться. — Я говорю это тебе каждый раз, когда ты волнуешься о парне. Напои его, положи к нему бабу — и тогда он поймёт смысл жизни. — Не уверен, что хорошие родители так делают, Чич. — Ты помнишь свой первый раз? — Конечно! Её звали Шерон. И у неё было божественное тело! Ей нужно было помочь сменить шину. — Шину, а потом она сняла с тебя штаны, и ты понял, что такое радость жизни. — А ты откуда знаешь? — Потому что она была проституткой. — Что?! — Твой отец ей заплатил. Он сам мне рассказывал. Ты был полноватым тинейджером, любящим бродвейские мюзиклы, и он должен был это исправить.

     — Джимми Фальконе · мультфильм
108. № 108
     «

     — Как вы думаете, Дегре, все же Бей не станет обращаться с маркизой дю Плесси-Бельер, как с обычной уличной девкой? — Боюсь, сир, что для Бея нет никакой разницы между французской маркизой и французской проституткой.

     — Как вы думаете, Дегре, все же Бей не станет обращаться с маркизой дю Плесси-Бельер, как с обычной уличной девкой? — Боюсь, сир, что для Бея нет никакой разницы между французской маркизой и французской проституткой.

     — Людовик XIV · фильм
109. № 109
     «

     Легкое поведение — это наименьший недостаток женщин легкого поведения.

     Легкое поведение — это наименьший недостаток женщин легкого поведения.

     — Франсуа де Ларошфуко
110. № 110
     «

     — Если не назовете имя организатора ограбления, значит, придется довольствоваться вами. — Будешь одевать проституток, чтобы они выглядели как я? Тогда не завидую, у меня специфическая внешность.

     — Если не назовете имя организатора ограбления, значит, придется довольствоваться вами. — Будешь одевать проституток, чтобы они выглядели как я? Тогда не завидую, у меня специфическая внешность.

     — Роберт Шталь · сериал
111. № 111
     «

     Бордель остается борделем, даже если в нем пьют из хрусталя.

     Бордель остается борделем, даже если в нем пьют из хрусталя.

     — Джерек Высоки · сериал
112. № 112
     «

     — Я целый день провёл в милиции. Знали бы Вы, что мне стоило уговорить их не ставить Вас на учёт, как проститутку. — Извините, но я им объяснила, что я журналистка! — А они говорят: одно другому не мешает.

     — Я целый день провёл в милиции. Знали бы Вы, что мне стоило уговорить их не ставить Вас на учёт, как проститутку. — Извините, но я им объяснила, что я журналистка! — А они говорят: одно другому не мешает.

     — Лена Пухова · фильм
113. № 113
     «

     – Здравствуй, дитя. Не хочешь ли сделать пожертвования Церкви? (Хихикает) – Всё мое состояние — между ног, матушка. Если церкви сгодится, то всегда пожалуйста.

     – Здравствуй, дитя. Не хочешь ли сделать пожертвования Церкви? (Хихикает) – Всё мое состояние — между ног, матушка. Если церкви сгодится, то всегда пожалуйста.
114. № 114
     «

     Товарищ Василий, вот полюбуйтесь, как эти святоши, эти политические проститутки нас предали! Предали партию, выдали планы ЦК!

     Товарищ Василий, вот полюбуйтесь, как эти святоши, эти политические проститутки нас предали! Предали партию, выдали планы ЦК!

     — Владимир Ильич Ленин · фильм
115. № 115
     «

     За монетку, за таблеточку, Сняли нашу малолеточку, Ожидает малолетку, Небо в клетку, в клеточку ой-ёй-ёй-ёй.

     За монетку, за таблеточку, Сняли нашу малолеточку, Ожидает малолетку, Небо в клетку, в клеточку ой-ёй-ёй-ёй.
116. № 116
     «

     А как в городе Захудалове, Папка с мамкою да на бухалове, И в лицо их доченьку, знает каждый мент: – Здравствуй девочка, «Секонд-хенд».

     А как в городе Захудалове, Папка с мамкою да на бухалове, И в лицо их доченьку, знает каждый мент: – Здравствуй девочка, «Секонд-хенд».
117. № 117
     «

     Прощай, айфон, вернёшься вскоре, Не через день так через год. Ну, а пока тоска и горе, И полон рот других хлопот.

     Прощай, айфон, вернёшься вскоре, Не через день так через год. Ну, а пока тоска и горе, И полон рот других хлопот.
118. № 118
     «

     Национальная идея, Как потребительский сонет: Купить айфон, купить скорее! А вот теперь идеи нет.

     Национальная идея, Как потребительский сонет: Купить айфон, купить скорее! А вот теперь идеи нет.
119. № 119
     «

     Любовью пусть занимаются и стихи пишут нэпманские сынки, а с нас довольно здоровой потребности, для удовлетворения которой мы не пойдем к проституткам, потому что у нас есть товарищи.

     Любовью пусть занимаются и стихи пишут нэпманские сынки, а с нас довольно здоровой потребности, для удовлетворения которой мы не пойдем к проституткам, потому что у нас есть товарищи.

     — Пантелеймон Романов · книга
120. № 120
     «

     Все они относились к нему очень бережно и внимательно, с какой-то участливой, немножко приторной жалостливостью, что весьма вяжется с внутренними закулисными нравами домов терпимости, где под внешней грубостью и щегольством похабными словами живет такая же слащавая, истеричная сентиментальность, как и в женских пансионах и, говорят, в каторжных тюрьмах.

     Все они относились к нему очень бережно и внимательно, с какой-то участливой, немножко приторной жалостливостью, что весьма вяжется с внутренними закулисными нравами домов терпимости, где под внешней грубостью и щегольством похабными словами живет такая же слащавая, истеричная сентиментальность, как и в женских пансионах и, говорят, в каторжных тюрьмах.

     — Александр Куприн · книга
121. № 121
     «

     Но если они [проститутки] и лгут, то лгут совсем как дети. А ведь ты сам знаешь, что дети – это самые первые, самые милые вралишки и в то же время самый искренний на свете народ. И замечательно, что и те и другие, то есть и проститутки и дети, лгут только нам – мужчинам – и взрослым. Между собой они не лгут они лишь вдохновенно импровизируют. Но нам они лгут потому, что мы сами этого от них требуем, потому что мы лезем в их совсем чуждые нам души со своими глупыми приемами и расспросами, потому, наконец, что они нас втайне считают большими дураками и бестолковыми притворщиками.

     Но если они [проститутки] и лгут, то лгут совсем как дети. А ведь ты сам знаешь, что дети – это самые первые, самые милые вралишки и в то же время самый искренний на свете народ. И замечательно, что и те и другие, то есть и проститутки и дети, лгут только нам – мужчинам – и взрослым. Между собой они не лгут они лишь вдохновенно импровизируют. Но нам они лгут потому, что мы сами этого от них требуем, потому что мы лезем в их совсем чуждые нам души со своими глупыми приемами и расспросами, потому, наконец, что они нас втайне считают большими дураками и бестолковыми притворщиками.

     — Александр Куприн · книга
122. № 122
     «

     Раньше Марта представляла себе эскорт эдакой эксплуатацией богатыми и властными молоденьких и неопытных. Но, глядя на то, как Верушка, хлопая пушистыми, тщательно подкрученными ресницами, вцепилась в Игоря и рассказывает ему какую-то трогательную историю о собачке, Марта думала, что еще большой вопрос, кто кого эксплуатирует.

     Раньше Марта представляла себе эскорт эдакой эксплуатацией богатыми и властными молоденьких и неопытных. Но, глядя на то, как Верушка, хлопая пушистыми, тщательно подкрученными ресницами, вцепилась в Игоря и рассказывает ему какую-то трогательную историю о собачке, Марта думала, что еще большой вопрос, кто кого эксплуатирует.

     — Елизавета Ракова · книга
123. № 123
     «

     — Чем вы живете? Она не отвечала и смеялась. Из четвертой каморки, в которой мы еще не были, тоже засмеялись женские голоса. Мещанин, хозяин, вышел из своей каморки и подошел к нам. Он, очевидно, слышал мои вопросы и ответы женщины. Он строго посмотрел на женщину и обратился ко мне. — Проститутка,— сказал он, очевидно довольный тем, что он знает это слово, употребляемое в правительственном языке, и правильно произносит его. И, сказав это, с чуть заметной почтительной улыбкой удовольствия, обращенной ко мне, он обратился к женщине. И как только он обратился к ней, так все лицо его изменилось. Особенной презрительной скороговоркой, как говорят с собакой, не глядя на нее, он сказал ей: — Что болтать зря: «в трактире сижу!» В трактире сидишь, значит, и говори дело, проститутка,— еще раз повторил он это слово. — Себе имени не знает, тоже... Тон этот оскорбил меня. — Нам ее срамить не приходится,— сказал я. — Кабы мы все по-божьи жили, и их бы не было.

     — Чем вы живете? Она не отвечала и смеялась. Из четвертой каморки, в которой мы еще не были, тоже засмеялись женские голоса. Мещанин, хозяин, вышел из своей каморки и подошел к нам. Он, очевидно, слышал мои вопросы и ответы женщины. Он строго посмотрел на женщину и обратился ко мне. — Проститутка,— сказал он, очевидно довольный тем, что он знает это слово, употребляемое в правительственном языке, и правильно произносит его. И, сказав это, с чуть заметной почтительной улыбкой удовольствия, обращенной ко мне, он обратился к женщине. И как только он обратился к ней, так все лицо его изменилось. Особенной презрительной скороговоркой, как говорят с собакой, не глядя на нее, он сказал ей: — Что болтать зря: «в трактире сижу!» В трактире сидишь, значит, и говори дело, проститутка,— еще раз повторил он это слово. — Себе имени не знает, тоже... Тон этот оскорбил меня. — Нам ее срамить не приходится,— сказал я. — Кабы мы все по-божьи жили, и их бы не было.

     — Лев Николаевич Толстой · книга
124. № 124
     «

     Они не видят безнравственности своей жизни. Они видят, что их презирают и ругают, но за что их так презирают, им невозможно понять. Их жизнь так шла с детства среди точно таких же женщин, которые, они знают очень хорошо, всегда были и есть, которые необходимы в обществе — так необходимы, что существуют правительственные чиновники, заботящиеся об их правильном существовании. Кроме того, они знают, что они имеют власть над людьми и покоряют их и владеют часто ими больше, чем другие женщины. Они видят, что положение их в обществе, несмотря на то, что всегда их ругают, признается и женщинами, и мужчинами, и начальством, и потому не могут даже понять, в чем им раскаиваться и в чем им исправляться.

     Они не видят безнравственности своей жизни. Они видят, что их презирают и ругают, но за что их так презирают, им невозможно понять. Их жизнь так шла с детства среди точно таких же женщин, которые, они знают очень хорошо, всегда были и есть, которые необходимы в обществе — так необходимы, что существуют правительственные чиновники, заботящиеся об их правильном существовании. Кроме того, они знают, что они имеют власть над людьми и покоряют их и владеют часто ими больше, чем другие женщины. Они видят, что положение их в обществе, несмотря на то, что всегда их ругают, признается и женщинами, и мужчинами, и начальством, и потому не могут даже понять, в чем им раскаиваться и в чем им исправляться.

     — Лев Николаевич Толстой · книга
125. № 125
     «

     Я спрашиваю тебя, что же такое, наконец, проституция? Что она? Влажной бред больших городов или это вековечное историческое явление? Прекратится ли она когда-нибудь? Или она умрет только со смертью всего человечества?

     Я спрашиваю тебя, что же такое, наконец, проституция? Что она? Влажной бред больших городов или это вековечное историческое явление? Прекратится ли она когда-нибудь? Или она умрет только со смертью всего человечества?

     — Александр Куприн · книга
126. № 126
     «

     Этот человек, отверженный из отверженных, так низко упавший, как только может представить себе человеческая фантазия, этот добровольный палач, обошелся с ней без грубости, но с таким отсутствием хоть бы намека на ласку, с таким пренебрежением и деревянным равнодушием, как обращаются не с человеком, даже не с собакой или лошадью, и даже не с зонтиком, пальто или шляпой, а как с каким-то грязным предметом, в котором является минутная неизбежная потребность, но который по миновании надобности становится чуждым, бесполезным и противным. Всего ужаса этой мысли толстая Катька не могла объять своим мозгом откормленной индюшки и потому плакала, – как и ей самой казалось, – беспричинно и бестолково.

     Этот человек, отверженный из отверженных, так низко упавший, как только может представить себе человеческая фантазия, этот добровольный палач, обошелся с ней без грубости, но с таким отсутствием хоть бы намека на ласку, с таким пренебрежением и деревянным равнодушием, как обращаются не с человеком, даже не с собакой или лошадью, и даже не с зонтиком, пальто или шляпой, а как с каким-то грязным предметом, в котором является минутная неизбежная потребность, но который по миновании надобности становится чуждым, бесполезным и противным. Всего ужаса этой мысли толстая Катька не могла объять своим мозгом откормленной индюшки и потому плакала, – как и ей самой казалось, – беспричинно и бестолково.

     — Александр Куприн · книга
127. № 127
     «

     «Эй Джей» Сопрано: — А что такое бордель? Мэдоу Сопрано: — Красивое название блядюжника. Кармела Сопрано: — Прекрати. Мэдоу Сопрано: — Но это же правда. Кармела Сопрано: — Я знаю, но мне такие разговоры не нравятся. Мэдоу Сопрано: — Наша страна на световые годы отстала от остального мира. Большинство цивилизованного мира легализовало проституцию. Тони Сопрано: — Тебе никуда не надо? <...> Мэдоу Сопрано: — По-моему, за секс наказывать не надо. Тони Сопрано: — Согласен. Тоже считаю, что за секс наказывать не надо. Наказывать надо за разговоры о сексе за завтраком. Хватит про секс, ОК? Мэдоу Сопрано: — На дворе девяностые. Родители должны обсуждать секс с детьми. Тони Сопрано: — Ошибаешься. Это на улице девяностые. А в моём доме 1954-й год. 1990-й [показывает за окно] 1954-й [показывает на кухню], так что отныне и навсегда — я не хочу слышать никаких разговоров про секс.

     «Эй Джей» Сопрано: — А что такое бордель? Мэдоу Сопрано: — Красивое название блядюжника. Кармела Сопрано: — Прекрати. Мэдоу Сопрано: — Но это же правда. Кармела Сопрано: — Я знаю, но мне такие разговоры не нравятся. Мэдоу Сопрано: — Наша страна на световые годы отстала от остального мира. Большинство цивилизованного мира легализовало проституцию. Тони Сопрано: — Тебе никуда не надо? <...> Мэдоу Сопрано: — По-моему, за секс наказывать не надо. Тони Сопрано: — Согласен. Тоже считаю, что за секс наказывать не надо. Наказывать надо за разговоры о сексе за завтраком. Хватит про секс, ОК? Мэдоу Сопрано: — На дворе девяностые. Родители должны обсуждать секс с детьми. Тони Сопрано: — Ошибаешься. Это на улице девяностые. А в моём доме 1954-й год. 1990-й [показывает за окно] 1954-й [показывает на кухню], так что отныне и навсегда — я не хочу слышать никаких разговоров про секс.

     — Энтони «Тони» Сопрано · сериал
128. № 128
     «

     — Я учусь, миледи. В наши дни рабочая женщина должна многое уметь. — Похоже, ты умеешь слишком многое.

     — Я учусь, миледи. В наши дни рабочая женщина должна многое уметь. — Похоже, ты умеешь слишком многое.

     — Этель Паркс · сериал
129. № 129
     «

     я каторжная, б..., а вы барин, князь, и нечего тебе со мной мараться. Ступай к своим княжнам, а моя цена — красненькая.

     я каторжная, б..., а вы барин, князь, и нечего тебе со мной мараться. Ступай к своим княжнам, а моя цена — красненькая.

     — Лев Николаевич Толстой · книга
130. № 130
     «

     Одни только дураки считают, что их обокрали, если, случаем, раскошелятся на девушку. А я так люблю, чтобы удовольствие мне подороже обходилось. Тогда хоть воображаешь, что и впрямь тебя разобрало.

     Одни только дураки считают, что их обокрали, если, случаем, раскошелятся на девушку. А я так люблю, чтобы удовольствие мне подороже обходилось. Тогда хоть воображаешь, что и впрямь тебя разобрало.

     — Жан Ануй · книга
131. № 131
     «

     Ну? Как клиенты?... Прости... Профессиональный юмор.

     Ну? Как клиенты?... Прости... Профессиональный юмор.

     — Кейли Миллер · фильм
132. № 132
     «

     Ненавижу, когда политики и телевизионные ублюдки говорят о неприятии проституции. Как мне кажется, они даже не понимают, что продавать сиськи гораздо лучше, чем продавать свои мозги телеканалу или, скажем, табачной индустрии. Каждый год табак убивает миллионы людей, а телевидение делает идиотами миллиарды. Но эти уроды по-прежнему продолжают всерьез рассуждать о величайшем грехе — продаже пары сисек.

     Ненавижу, когда политики и телевизионные ублюдки говорят о неприятии проституции. Как мне кажется, они даже не понимают, что продавать сиськи гораздо лучше, чем продавать свои мозги телеканалу или, скажем, табачной индустрии. Каждый год табак убивает миллионы людей, а телевидение делает идиотами миллиарды. Но эти уроды по-прежнему продолжают всерьез рассуждать о величайшем грехе — продаже пары сисек.

     — Пол Верховен
133. № 133
     «

     — Это район Красных фонарей! Сможешь тут жить с такими женщинами? — А почему нет? Они ведь тоже чьи-то матери, сестры, дочери. — Но не жены. — Но могут быть чьими-то друзьями.

     — Это район Красных фонарей! Сможешь тут жить с такими женщинами? — А почему нет? Они ведь тоже чьи-то матери, сестры, дочери. — Но не жены. — Но могут быть чьими-то друзьями.

     — Возлюбленная (Saawariya) · фильм
134. № 134
     «

     Я признаю Беатриче, — сказал он мягко, и бордель, Беатриче после борделя или бордель после Беатриче, но не Беатриче в борделе...

     Я признаю Беатриче, — сказал он мягко, и бордель, Беатриче после борделя или бордель после Беатриче, но не Беатриче в борделе...

     — Сэмюэл Беккет · книга
135. № 135
     «

     Брак – лицевая сторона медали, проституция – оборотная. Следовательно, проституция является необходимым социальным учреждением, подобно полиции, армии, церкви, предпринимательству.

     Брак – лицевая сторона медали, проституция – оборотная. Следовательно, проституция является необходимым социальным учреждением, подобно полиции, армии, церкви, предпринимательству.

     — Фердинанд Август Бебель
136. № 136
     «

     Проститутки обходятся тебе слишком дорого. Зачем платить проституткам, когда есть голливудские актрисы? Они куда доступнее и дешевле!

     Проститутки обходятся тебе слишком дорого. Зачем платить проституткам, когда есть голливудские актрисы? Они куда доступнее и дешевле!

     — Уильям Шетнер
137. № 137
     «

     Деньги были жизненной целью Джинджер. Она была королевой казино. Приводила богатых клиентов и помогала им тратить деньги. Кто не желал Джинджер?! Она была самой известной, самой любимой и самой уважаемой проституткой в городе. Умные девушки, вроде нее, могли несколько суток ублажать клиента, чтобы затем, отправить его — без единого цента — назад, к жене и банковским проверяющим!

     Деньги были жизненной целью Джинджер. Она была королевой казино. Приводила богатых клиентов и помогала им тратить деньги. Кто не желал Джинджер?! Она была самой известной, самой любимой и самой уважаемой проституткой в городе. Умные девушки, вроде нее, могли несколько суток ублажать клиента, чтобы затем, отправить его — без единого цента — назад, к жене и банковским проверяющим!

     — Сэм «Туз» Ротштейн · фильм
138. № 138
     «

     Наш цирк сгорел, наш клоун помер, Украли белое пальто: Сосать придётся на Сяоми, А это, знаете, не то.

     Наш цирк сгорел, наш клоун помер, Украли белое пальто: Сосать придётся на Сяоми, А это, знаете, не то.
139. № 139
     «

     Ты думаешь ты лучше? Твой муж, когда тебя ебёт, обо мне думает! И всю неделю мечтает сюда заглянуть хоть на часок. Мы все проститутки, — жизнь такая! Просто ты с ним спишь за еду, а я за «нал».

     Ты думаешь ты лучше? Твой муж, когда тебя ебёт, обо мне думает! И всю неделю мечтает сюда заглянуть хоть на часок. Мы все проститутки, — жизнь такая! Просто ты с ним спишь за еду, а я за «нал».

     — Анжела · сериал
140. № 140
     «

     Мне всегда было трудно поверить, что они бывают с кем-либо в постели, ибо мужчина, который хочет женщину, всё-таки выберет скорее всего настоящую, а мужчина, который хочет мужчину, вряд ли позарится на таких

     Мне всегда было трудно поверить, что они бывают с кем-либо в постели, ибо мужчина, который хочет женщину, всё-таки выберет скорее всего настоящую, а мужчина, который хочет мужчину, вряд ли позарится на таких

     — Джеймс Болдуин · книга
141. № 141
     «

     Ребята, предлагаю в складчину сводить Мишку к мадам Тузик.

     Ребята, предлагаю в складчину сводить Мишку к мадам Тузик.

     — Анатолий Мариенгоф · книга
142. № 142
     «

     В 1940 году, во время «странной войны», я полюбил возвращаться домой за полночь. Жил я тогда на улице Соммерар. Как-то раз ко мне подошла нетвердой походкой старая проститутка с седыми волосами. Она попросила проводить её домой, опасаясь облавы. Мы немного поболтали. На следующую ночь она встретилась мне опять. Мы познакомились. Теперь она каждую ночь, часа в три, когда я обычно возвращался, ждала меня на обычном месте, чтобы поговорить, нередко — до утра. Так продолжалось до вступления немцев в Париж, после чего она исчезла. У неё был поразительный талант изображать человека или обстановку и жесты настоящей трагической актрисы. Однажды, когда я ополчился на весь мир, на всех этих спящих вокруг вшиварей, как я их назвал, она — с выразительностью, достойной лучших сцен мира, — подняла руки и глаза к небу и бросила: «А этот вшиварь там, наверху!»

     В 1940 году, во время «странной войны», я полюбил возвращаться домой за полночь. Жил я тогда на улице Соммерар. Как-то раз ко мне подошла нетвердой походкой старая проститутка с седыми волосами. Она попросила проводить её домой, опасаясь облавы. Мы немного поболтали. На следующую ночь она встретилась мне опять. Мы познакомились. Теперь она каждую ночь, часа в три, когда я обычно возвращался, ждала меня на обычном месте, чтобы поговорить, нередко — до утра. Так продолжалось до вступления немцев в Париж, после чего она исчезла. У неё был поразительный талант изображать человека или обстановку и жесты настоящей трагической актрисы. Однажды, когда я ополчился на весь мир, на всех этих спящих вокруг вшиварей, как я их назвал, она — с выразительностью, достойной лучших сцен мира, — подняла руки и глаза к небу и бросила: «А этот вшиварь там, наверху!»

     — Эмиль Мишель Чоран (Сьоран) · книга
143. № 143
     «

     По ошибке я снял угол в публичном доме, и всю ночь слушал женские вопли типа: «ЭТУ штуку в МЕНЯ? да НИ ЗА КАКИЕ деньги!»

     По ошибке я снял угол в публичном доме, и всю ночь слушал женские вопли типа: «ЭТУ штуку в МЕНЯ? да НИ ЗА КАКИЕ деньги!»

     — Чарльз Буковски · книга
144. № 144
     «

     – Интересная вещь – цена сексуальных услуг, – произнес я в раздумье, – такое впечатление, что она мало зависит от уровня жизни в стране. Понятно, в разных странах все по-разному, но исходная цена везде примерно одинакова: та, которую европейцы и американцы готовы заплатить.

     – Интересная вещь – цена сексуальных услуг, – произнес я в раздумье, – такое впечатление, что она мало зависит от уровня жизни в стране. Понятно, в разных странах все по-разному, но исходная цена везде примерно одинакова: та, которую европейцы и американцы готовы заплатить.

     — Мишель Уэльбек · книга
145. № 145
     «

     Он не хочет платить, поэтому хочет понравиться.

     Он не хочет платить, поэтому хочет понравиться.

     — Жиль Куртманш · книга
146. № 146
     «

     — А вы чем занимаетесь? — А что ль не видно? — И на вас... все мужчины оборачиваются... — На то мы и шлюхи.

     — А вы чем занимаетесь? — А что ль не видно? — И на вас... все мужчины оборачиваются... — На то мы и шлюхи.

     — Мари Ля Тур · фильм
147. № 147
     «

     Следует отличать проститутку милостью Божьей от жертвы социального неустройства.

     Следует отличать проститутку милостью Божьей от жертвы социального неустройства.

     — Авессалом Подводный · книга
148. № 148
     «

     Разве не знаешь, что это за место? Знаешь ведь. Здесь священное место, где мужчины и женщины продают свое тело.

     Разве не знаешь, что это за место? Знаешь ведь. Здесь священное место, где мужчины и женщины продают свое тело.

     — Рю Мураками · книга
149. № 149
     «

     Бернард потянул ноздрями. Я сам чувствовал чувствовал, что от меня за милю несет сладкими притираниями, мазями, благовониями, как от мамзели горизонтального промысла с Тверской.

     Бернард потянул ноздрями. Я сам чувствовал чувствовал, что от меня за милю несет сладкими притираниями, мазями, благовониями, как от мамзели горизонтального промысла с Тверской.

     — Гай Юлий Орловский · книга
150. № 150
     «

     Пока жив последний мужчина, этот бизнес будет процветать.

     Пока жив последний мужчина, этот бизнес будет процветать.

     — Екатерина Ивановна · сериал
151. № 151
     «

     Расшитый золотом пояс с рисунком в виде пионов и виноградных лоз сначала завязывает спереди, как принято у гетер, но, услышав, что она сегодня дочка самурая, торопится перевязать узел сзади, как подобает скромной девушке. Эта наивная хитрость сразу бросается в глаза.<…> Выйдя к гостям, «дочка самурая» вдруг начинает лепетать на манер благородной девицы. Усаживаясь, раскидывает подол веером вокруг ног, как где-то ей довелось подсмотреть, но в то же время всячески старается показать свой нижний пояс из белого шёлка. От вина она отстраняется с таким видом, будто никогда его в рот не брала. На любовном ложе ведёт себя скромно и покорно подчиняется прихоти мужчины, памятуя, что она «дочка самурая».

     Расшитый золотом пояс с рисунком в виде пионов и виноградных лоз сначала завязывает спереди, как принято у гетер, но, услышав, что она сегодня дочка самурая, торопится перевязать узел сзади, как подобает скромной девушке. Эта наивная хитрость сразу бросается в глаза.<…> Выйдя к гостям, «дочка самурая» вдруг начинает лепетать на манер благородной девицы. Усаживаясь, раскидывает подол веером вокруг ног, как где-то ей довелось подсмотреть, но в то же время всячески старается показать свой нижний пояс из белого шёлка. От вина она отстраняется с таким видом, будто никогда его в рот не брала. На любовном ложе ведёт себя скромно и покорно подчиняется прихоти мужчины, памятуя, что она «дочка самурая».

     — Ихара Сайкаку · книга
152. № 152
     «

     Хорошие чистые девочки, к которым старается вернуться каждый мужчина. Девственницы. Не проститутки.

     Хорошие чистые девочки, к которым старается вернуться каждый мужчина. Девственницы. Не проститутки.

     — Лия Флеминг · книга
153. № 153
     «

     She spreads herself wide open to let the insects in. Sheleaves a trail of honey to show me where she's been. She has the blood of reptile just underneath her skin. Seeds from a thousand others drip down from within.

     She spreads herself wide open to let the insects in. Sheleaves a trail of honey to show me where she's been. She has the blood of reptile just underneath her skin. Seeds from a thousand others drip down from within.
154. № 154
     «

     Она была великолепна, но не в этом суть, Её имел, как оказалось, не только я. Её имели все мои друзья.

     Она была великолепна, но не в этом суть, Её имел, как оказалось, не только я. Её имели все мои друзья.
155. № 155
     «

     Я направляюсь в место, которое окрестила местная шпана «Дом девичьих слез». Это бывший бар, куда теперь скидывают людской шлак, где можно повстречать хорошеньких девочек, и откровенно, потрёпанных жизнью женщин, что так любят напрашиваться на дешевое пойло, под которое будет трепать языком о нелегкой жизни, и о том, что им приходится зарабатывать телом для какого-то местного офицера, что поставил задачу своего золочения, как императора, вождя, предводителя, и отца. И эта дамочка, что вальяжно станет прикуривать несвежую сигарету, серьезно думает, что есть такие люди, которых жизнь еще не потрепала.

     Я направляюсь в место, которое окрестила местная шпана «Дом девичьих слез». Это бывший бар, куда теперь скидывают людской шлак, где можно повстречать хорошеньких девочек, и откровенно, потрёпанных жизнью женщин, что так любят напрашиваться на дешевое пойло, под которое будет трепать языком о нелегкой жизни, и о том, что им приходится зарабатывать телом для какого-то местного офицера, что поставил задачу своего золочения, как императора, вождя, предводителя, и отца. И эта дамочка, что вальяжно станет прикуривать несвежую сигарету, серьезно думает, что есть такие люди, которых жизнь еще не потрепала.
156. № 156
     «

     Бог был милостив к ней, не дал ей дожить до обычного конца, позволил ей умереть среди роскоши и красоты, не дожидаясь старости, этой первой смерти куртизанок.

     Бог был милостив к ней, не дал ей дожить до обычного конца, позволил ей умереть среди роскоши и красоты, не дожидаясь старости, этой первой смерти куртизанок.

     — Александр Дюма (сын) · книга
157. № 157
     «

     Насколько шумна жизнь этих женщин, настолько тиха их смерть.

     Насколько шумна жизнь этих женщин, настолько тиха их смерть.

     — Александр Дюма (сын) · книга
158. № 158
     «

     Я устала, в конце концов, видеть постоянно людей, которые хотят от меня того же самого, платят мне и считают, что они со мной квиты. Если бы те, кто впервые приступает к нашему постыдному ремеслу, знали, в чем оно заключается, они скорее пошли бы в горничные. Но нет; нам хочется иметь платья, экипажи, бриллианты; мы верим тому, что нам говорят, потому что проститутки тоже умеют верить; и мало-помалу изнашивается наша душа, наше тело, наша красота, нас боятся, как диких зверей, нас презирают, как каких-то париев, нас всегда окружают люди, которые берут от нас всегда больше, чем они нам дают, и в конце концов мы подыхаем, как собаки, погубив и себя и других.

     Я устала, в конце концов, видеть постоянно людей, которые хотят от меня того же самого, платят мне и считают, что они со мной квиты. Если бы те, кто впервые приступает к нашему постыдному ремеслу, знали, в чем оно заключается, они скорее пошли бы в горничные. Но нет; нам хочется иметь платья, экипажи, бриллианты; мы верим тому, что нам говорят, потому что проститутки тоже умеют верить; и мало-помалу изнашивается наша душа, наше тело, наша красота, нас боятся, как диких зверей, нас презирают, как каких-то париев, нас всегда окружают люди, которые берут от нас всегда больше, чем они нам дают, и в конце концов мы подыхаем, как собаки, погубив и себя и других.

     — Александр Дюма (сын) · книга
159. № 159
     «

     И все же он любил посещать места, где кишат девицы легкого поведения, — их балы, рестораны, улицы; любил толкаться среди них, заговаривать с ними, обращаться к ним на «ты», дышать резким запахом их духов, ощущать их близость. Как-никак это тоже женщины, и женщины, созданные для любви.

     И все же он любил посещать места, где кишат девицы легкого поведения, — их балы, рестораны, улицы; любил толкаться среди них, заговаривать с ними, обращаться к ним на «ты», дышать резким запахом их духов, ощущать их близость. Как-никак это тоже женщины, и женщины, созданные для любви.

     — Ги де Мопассан · книга
160. № 160
     «

     Ты всегда убеждал меня, что я стою ровно столько, сколько за меня платят. Но Кристиан любит... любит, Гарольд. Он любит меня!

     Ты всегда убеждал меня, что я стою ровно столько, сколько за меня платят. Но Кристиан любит... любит, Гарольд. Он любит меня!

     — Сатин (Шёлковая) · фильм
161. № 161
     «

     — Мы здесь, чтобы помочь вам. — Я знала, что ты коп. Знала. Ты нам поможешь? Защитишь нас? Каждый день полиция, судьи приходят сюда, чтобы трахнуть нас! От них ты нас тоже защитишь!?

     — Мы здесь, чтобы помочь вам. — Я знала, что ты коп. Знала. Ты нам поможешь? Защитишь нас? Каждый день полиция, судьи приходят сюда, чтобы трахнуть нас! От них ты нас тоже защитишь!?

     — Элис Дав · сериал
162. № 162
     «

     — А женщины у вас есть? Этому надо. — У нас не такая питейная. — Финан. [хозяину таверны дают монету и он проводит к отвратительной блуднице] — Она ваша до заката, сможете быстро — успеете оба. — Быстро — это про него. — Ей, а почему я всегда должен притворятся девственником? — А кто поверит, что девственник я?

     — А женщины у вас есть? Этому надо. — У нас не такая питейная. — Финан. [хозяину таверны дают монету и он проводит к отвратительной блуднице] — Она ваша до заката, сможете быстро — успеете оба. — Быстро — это про него. — Ей, а почему я всегда должен притворятся девственником? — А кто поверит, что девственник я?

     — Утред Беббанбургский · сериал
163. № 163
     «

     — Как мы выжили? — Какая разница, пока мы живы. — Откуда деньги? Где ты их берешь? — А как ты думаешь, как я их получила? Я пытался скрыть это от тебя, но... теперь ты знаешь. — Ты сделала это для меня... — Нет, я бы в любом случае это сделала. Это война. Работы нет. Нет мужчин, которые хотят на тебе женится. Есть только мужчины, которые хотят убить пару часиков, потому что они знают, что эти часы могут стать для них последними.

     — Как мы выжили? — Какая разница, пока мы живы. — Откуда деньги? Где ты их берешь? — А как ты думаешь, как я их получила? Я пытался скрыть это от тебя, но... теперь ты знаешь. — Ты сделала это для меня... — Нет, я бы в любом случае это сделала. Это война. Работы нет. Нет мужчин, которые хотят на тебе женится. Есть только мужчины, которые хотят убить пару часиков, потому что они знают, что эти часы могут стать для них последними.

     — Майра Лестер · фильм
164. № 164
     «

     Вот и сегодня... Почему я сейчас чувствую себя так, как будто бы я обокрал спящего, или обманул трехлетнего ребенка, или ударил связанного? И почему мне сегодня кажется, что я сам виноват в зле проституции, – виноват своим молчанием, своим равнодушием, своим косвенным попустительством?

     Вот и сегодня... Почему я сейчас чувствую себя так, как будто бы я обокрал спящего, или обманул трехлетнего ребенка, или ударил связанного? И почему мне сегодня кажется, что я сам виноват в зле проституции, – виноват своим молчанием, своим равнодушием, своим косвенным попустительством?

     — Александр Куприн · книга
165. № 165
     «

     — Мэйси, я всё думаю, никто ведь не знает о твоём увлечении? А сложно хранить его в тайне? — Если бы секрет был только моим... Но на деле выходит так, что храню секреты всех тех, кто у меня бывает. А это дивное ощущение.

     — Мэйси, я всё думаю, никто ведь не знает о твоём увлечении? А сложно хранить его в тайне? — Если бы секрет был только моим... Но на деле выходит так, что храню секреты всех тех, кто у меня бывает. А это дивное ощущение.

     — Мэйси Гиббонс · сериал
166. № 166
     «

     Проститутка – своего рода удобство для стиля владычества с его страхом перед женщиной и отвращением к ней; алкоголь и его общественные институты создают социальное пространство, в котором эта зачарованность и отвращение могут выражаться без всякой ответственности.

     Проститутка – своего рода удобство для стиля владычества с его страхом перед женщиной и отвращением к ней; алкоголь и его общественные институты создают социальное пространство, в котором эта зачарованность и отвращение могут выражаться без всякой ответственности.

     — Теренс МакКена · книга
167. № 167
     «

     Женщина эта, самым простым образом пожертвовавшая, как евангельская вдова, всем, что у ней было, для больной, вместе с тем, так же как и другие ее товарки, считает положение рабочего человека низким и достойным презрения. Она воспиталась так, чтобы жить не работая, а тою жизнью, которая считается для нее естественной ее окружающими. В этом ее несчастие. И этим несчастием она попала и удерживается в своем положении. Это привело ее сидеть в трактире. Кто же из нас — мужчин или женщин — будет исправлять ее от этого ее ложного взгляда на жизнь? Где среди нас те люди, которые убеждены в том, что всякая трудовая жизнь уважительнее праздной,— убеждены в этом и живут сообразно этому убеждению и сообразно этому убеждению ценят и уважают людей? Если б я подумал об этом, я бы мог понять, что ни я и никто из тех, кого я знаю, не может лечить от этой болезни.

     Женщина эта, самым простым образом пожертвовавшая, как евангельская вдова, всем, что у ней было, для больной, вместе с тем, так же как и другие ее товарки, считает положение рабочего человека низким и достойным презрения. Она воспиталась так, чтобы жить не работая, а тою жизнью, которая считается для нее естественной ее окружающими. В этом ее несчастие. И этим несчастием она попала и удерживается в своем положении. Это привело ее сидеть в трактире. Кто же из нас — мужчин или женщин — будет исправлять ее от этого ее ложного взгляда на жизнь? Где среди нас те люди, которые убеждены в том, что всякая трудовая жизнь уважительнее праздной,— убеждены в этом и живут сообразно этому убеждению и сообразно этому убеждению ценят и уважают людей? Если б я подумал об этом, я бы мог понять, что ни я и никто из тех, кого я знаю, не может лечить от этой болезни.

     — Лев Николаевич Толстой · книга
168. № 168
     «

     Но если бы я подумал о всем том длинном прошлом матери, о том, как она родила, выкормила и воспитала эту дочь в своем положении, наверное, уже без малейшей помощи от людей и с тяжелыми жертвами, если бы я подумал о том взгляде на жизнь, который образовался у этой женщины, я бы понял, что в поступке матери нет решительно ничего дурного и безнравственного: она делала и делает для дочери все, что может, т.е. то, что она считает лучшим для себя. Отнять насильно можно эту дочь от матери, но убедить мать, что она делает дурное, продавая свою дочь, нельзя. Если уж спасать, то спасать надо было эту женщину-мать и гораздо прежде, спасать от того взгляда на жизнь, одобряемого всеми, при котором женщина может жить без брака, т.е. без рождения детей и без работы, служа только удовлетворению чувственности. Если бы я подумал об этом, то я бы понял, что большинство тех дам, которых я хотел прислать сюда для спасения этой девочки, не только сами живут без рождения детей и без работы, служа только удовлетворению чувственности, но и сознательно воспитывают своих девочек для этой самой жизни: одна мать ведет дочь в трактир, другая — ко двору или на балы. Но у той и у другой матери миросозерцание одно и то же, именно — что женщина должна удовлетворять похоть мужчины и за это ее должны кормить, одевать и жалеть. Так как же наши дамы будут исправлять эту женщину и ее дочь?

     Но если бы я подумал о всем том длинном прошлом матери, о том, как она родила, выкормила и воспитала эту дочь в своем положении, наверное, уже без малейшей помощи от людей и с тяжелыми жертвами, если бы я подумал о том взгляде на жизнь, который образовался у этой женщины, я бы понял, что в поступке матери нет решительно ничего дурного и безнравственного: она делала и делает для дочери все, что может, т.е. то, что она считает лучшим для себя. Отнять насильно можно эту дочь от матери, но убедить мать, что она делает дурное, продавая свою дочь, нельзя. Если уж спасать, то спасать надо было эту женщину-мать и гораздо прежде, спасать от того взгляда на жизнь, одобряемого всеми, при котором женщина может жить без брака, т.е. без рождения детей и без работы, служа только удовлетворению чувственности. Если бы я подумал об этом, то я бы понял, что большинство тех дам, которых я хотел прислать сюда для спасения этой девочки, не только сами живут без рождения детей и без работы, служа только удовлетворению чувственности, но и сознательно воспитывают своих девочек для этой самой жизни: одна мать ведет дочь в трактир, другая — ко двору или на балы. Но у той и у другой матери миросозерцание одно и то же, именно — что женщина должна удовлетворять похоть мужчины и за это ее должны кормить, одевать и жалеть. Так как же наши дамы будут исправлять эту женщину и ее дочь?

     — Лев Николаевич Толстой · книга
169. № 169
     «

     Тогда запирались наглухо двери и окна дома, и двое суток кряду шла кошмарная, скучная, дикая, с выкриками и слезами, с надругательством над женским телом, русская оргия, устраивались райские ночи, во время которых уродливо кривлялись под музыку нагишом пьяные, кривоногие, волосатые, брюхатые мужчины и женщины с дряблыми, желтыми, обвисшими, жидкими телами, пили и жрали, как свиньи, в кроватях и на полу, среди душной, проспиртованной атмосферы, загаженной человеческим дыханием и испарениями нечистой кожи.

     Тогда запирались наглухо двери и окна дома, и двое суток кряду шла кошмарная, скучная, дикая, с выкриками и слезами, с надругательством над женским телом, русская оргия, устраивались райские ночи, во время которых уродливо кривлялись под музыку нагишом пьяные, кривоногие, волосатые, брюхатые мужчины и женщины с дряблыми, желтыми, обвисшими, жидкими телами, пили и жрали, как свиньи, в кроватях и на полу, среди душной, проспиртованной атмосферы, загаженной человеческим дыханием и испарениями нечистой кожи.

     — Александр Куприн · книга
170. № 170
     «

     В четырнадцать лет ее растлили, а в шестнадцать она стала патентованной проституткой, с желтым билетом и с венерической болезнью. И вот вся ее жизнь обведена и отгорожена от вселенной какой-то причудливой, слепой и глухой стеною. Обрати внимание на ее обиходный словарь тридцать – сорок слов, не более, – совсем как у ребенка или дикаря: есть, пить, спать, мужчина, кровать, хозяйка, рубль, любовник, доктор, больница, белье, городовой – вот и все. Ее умственное развитие, ее опыт, ее интересы так и остаются на детском уровне до самой смерти...

     В четырнадцать лет ее растлили, а в шестнадцать она стала патентованной проституткой, с желтым билетом и с венерической болезнью. И вот вся ее жизнь обведена и отгорожена от вселенной какой-то причудливой, слепой и глухой стеною. Обрати внимание на ее обиходный словарь тридцать – сорок слов, не более, – совсем как у ребенка или дикаря: есть, пить, спать, мужчина, кровать, хозяйка, рубль, любовник, доктор, больница, белье, городовой – вот и все. Ее умственное развитие, ее опыт, ее интересы так и остаются на детском уровне до самой смерти...

     — Александр Куприн · книга
171. № 171
     «

     Эти деньги он отделял на женщин и тратил их медленно, со вкусом, стараясь как можно более продлить и удешевить наслаждение. И за свои деньги он хотел очень многого, почти невозможного: его немецкая сентиментальная душа смутно жаждала невинности, робости, поэзии в белокуром образе Гретхен, но, как мужчина, он мечтал, хотел и требовал, чтобы его ласки приводили женщину в восторг, и трепет, и в сладкое изнеможение. Впрочем, того же самого добивались все мужчины даже самые лядащие, уродливые, скрюченные и бессильные из них, – и древний опыт давно уже научил женщин имитировать голосом и движениями самую пылкую страсть, сохраняя в бурные минуты самое полнейшее хладнокровие.

     Эти деньги он отделял на женщин и тратил их медленно, со вкусом, стараясь как можно более продлить и удешевить наслаждение. И за свои деньги он хотел очень многого, почти невозможного: его немецкая сентиментальная душа смутно жаждала невинности, робости, поэзии в белокуром образе Гретхен, но, как мужчина, он мечтал, хотел и требовал, чтобы его ласки приводили женщину в восторг, и трепет, и в сладкое изнеможение. Впрочем, того же самого добивались все мужчины даже самые лядащие, уродливые, скрюченные и бессильные из них, – и древний опыт давно уже научил женщин имитировать голосом и движениями самую пылкую страсть, сохраняя в бурные минуты самое полнейшее хладнокровие.

     — Александр Куприн · книга
172. № 172
     «

     Жизнь хороша!... Посмотрите: вон солнце, голубое небо... Воздух какой чистый... Паутинки летают — бабье лето... Как на свете хорошо!... Одни только мы — девки — мусор придорожный.

     Жизнь хороша!... Посмотрите: вон солнце, голубое небо... Воздух какой чистый... Паутинки летают — бабье лето... Как на свете хорошо!... Одни только мы — девки — мусор придорожный.

     — Александр Куприн · книга
173. № 173
     «

     Не должно быть блудницы из дочерей Израилевых и не должно быть блудника из сынов Израилевых.

     Не должно быть блудницы из дочерей Израилевых и не должно быть блудника из сынов Израилевых.

     — Библия. Ветхий Завет. Второзаконие · книга
174. № 174
     «

     Не вноси платы блудницы и цены пса в дом Господа, Бога твоего, ни по какому обету, ибо то и другое есть мерзость пред Господом Богом твоим.

     Не вноси платы блудницы и цены пса в дом Господа, Бога твоего, ни по какому обету, ибо то и другое есть мерзость пред Господом Богом твоим.

     — Библия. Ветхий Завет. Второзаконие · книга
175. № 175
     «

     Одна монетка соскользнула с руки, покружилась по бетонному, натертому полу и легла возле пюпитра защитника. Но никто не нагнулся ее поднять. – За что вот я эти деньги получила? За это за самое. А платье вот это, а шляпка, а серьги – все за это за самое. Раздень меня до самого голого тела, так ничего моего не найдешь. Да и тело-то не мое – на три года вперед продано, а то, может, и на всю жизнь – жизнь-то наша короткая. А в животе у меня что? Портвейн, да пиво, да шоколад, гость вчера угощал, – выходит, что и живот не мой. Нет у меня ни стыда, ни совести: прикажете голой раздеться – разденусь; прикажете на крест наплевать – наплюю.

     Одна монетка соскользнула с руки, покружилась по бетонному, натертому полу и легла возле пюпитра защитника. Но никто не нагнулся ее поднять. – За что вот я эти деньги получила? За это за самое. А платье вот это, а шляпка, а серьги – все за это за самое. Раздень меня до самого голого тела, так ничего моего не найдешь. Да и тело-то не мое – на три года вперед продано, а то, может, и на всю жизнь – жизнь-то наша короткая. А в животе у меня что? Портвейн, да пиво, да шоколад, гость вчера угощал, – выходит, что и живот не мой. Нет у меня ни стыда, ни совести: прикажете голой раздеться – разденусь; прикажете на крест наплевать – наплюю.

     — Леонид Андреев · книга
176. № 176
     «

     Глубокая пропасть — уста блудниц: на кого прогневается Господь, тот упадёт туда.

     Глубокая пропасть — уста блудниц: на кого прогневается Господь, тот упадёт туда.

     — Библия. Ветхий Завет. Книга притчей Соломоновых · книга
177. № 177
     «

     В расшаркиваниях перед властью кадеты уклонились в область политической проституции.

     В расшаркиваниях перед властью кадеты уклонились в область политической проституции.

     — Валентин Пикуль · книга
178. № 178
     «

     Ты ходишь к проституткам не из цинизма, о нет, – ты идешь к ним из страха перед любовью. Они занимаются с тобой сексом, ровно ничего не чувствуя, доставляют наслаждение, не причиняя душевной боли.

     Ты ходишь к проституткам не из цинизма, о нет, – ты идешь к ним из страха перед любовью. Они занимаются с тобой сексом, ровно ничего не чувствуя, доставляют наслаждение, не причиняя душевной боли.

     — Фредерик Бегбедер · книга
179. № 179
     «

     Бордели — более выгодное вложение, чем корабли. На мой взгляд. Шлюхи редко тонут.

     Бордели — более выгодное вложение, чем корабли. На мой взгляд. Шлюхи редко тонут.

     — Петир Бейлиш · сериал
180. № 180
     «

     Все платят за секс, просто шлюхи честно называют цену.

     Все платят за секс, просто шлюхи честно называют цену.

     — доктор Кэл Лайтман · сериал
181. № 181
     «

     Я всегда знал, что я не самый красивый, но чтобы проститутки, стоя на остановке и увидев меня, сделали вид, что ждут автобуса — это уже слишком.

     Я всегда знал, что я не самый красивый, но чтобы проститутки, стоя на остановке и увидев меня, сделали вид, что ждут автобуса — это уже слишком.
182. № 182
     «

     — Если она никогда не целовалась с мальчиками, то скорее всего она никогда не занималась сексом. — Скажи это всем шлюхам, которые не хотят целовать меня в губы.

     — Если она никогда не целовалась с мальчиками, то скорее всего она никогда не занималась сексом. — Скажи это всем шлюхам, которые не хотят целовать меня в губы.

     — Доктор Грегори Хаус · сериал
183. № 183
     «

     Я не понимаю, почему проституция незаконна. Продавать — законно. Трахаться — законно. Почему же тогда трахаться за деньги — незаконно?

     Я не понимаю, почему проституция незаконна. Продавать — законно. Трахаться — законно. Почему же тогда трахаться за деньги — незаконно?

     — Джордж Карлин
184. № 184
     «

     — А что это за памятник? — Да... безымянной проститутке... — Безымянной проститутке памятник? А за что? — Да не за что... так... за красивые глаза...

     — А что это за памятник? — Да... безымянной проститутке... — Безымянной проститутке памятник? А за что? — Да не за что... так... за красивые глаза...

     — mr. Freeman · мультфильм
185. № 185
     «

     Продажные девки обходятся тебе дорого, но ты платишь, чтобы сэкономить самого себя. Ты слишком изнежен, чтобы еще раз влюбиться, со всеми вытекающими отсюда последствиями, как то: учащенное сердцебиение, бурные эмоции, внезапные разочарования, трагические вопли-и-сопли. Теперь для тебя самое романтичное приключение – это визит к блядям!

     Продажные девки обходятся тебе дорого, но ты платишь, чтобы сэкономить самого себя. Ты слишком изнежен, чтобы еще раз влюбиться, со всеми вытекающими отсюда последствиями, как то: учащенное сердцебиение, бурные эмоции, внезапные разочарования, трагические вопли-и-сопли. Теперь для тебя самое романтичное приключение – это визит к блядям!

     — Фредерик Бегбедер · книга
186. № 186
     «

     Проститутка — это профессия, блядь — это призвание, а русская блядь — это трагический талант.

     Проститутка — это профессия, блядь — это призвание, а русская блядь — это трагический талант.

     — Елена Черникова · книга
187. № 187
     «

     Кофе, сигареты и шлюхи. Наверное, где-то есть фабрика, где их штампуют. Где-то неподалёку от Бульвара Разбитых Грёз.

     Кофе, сигареты и шлюхи. Наверное, где-то есть фабрика, где их штампуют. Где-то неподалёку от Бульвара Разбитых Грёз.

     — Ирвин Уэлш · книга
188. № 188
     «

     Не бывает интеллектуальных шлюх. Проституция – знак слабого интеллекта.

     Не бывает интеллектуальных шлюх. Проституция – знак слабого интеллекта.

     — Генри Миллер · книга
189. № 189
     «

     Я, может быть, и шлюха, но я честная шлюха!

     Я, может быть, и шлюха, но я честная шлюха!

     — Эмметт Ханикатт · сериал
190. № 190
     «

     ...сеанс продолжается 45 минут, а если вычесть время на раздевание-одевание, неискреннюю ласку, обмен банальностями, то на чистый секс останется всего одиннадцать минут.

     ...сеанс продолжается 45 минут, а если вычесть время на раздевание-одевание, неискреннюю ласку, обмен банальностями, то на чистый секс останется всего одиннадцать минут.

     — Пауло Коэльо · книга
191. № 191
     «

     Кто-то однажды сказал: ученые и проститутки берут деньги за то, что им самим доставляет удовольствие.

     Кто-то однажды сказал: ученые и проститутки берут деньги за то, что им самим доставляет удовольствие.

     — Стивен Хокинг
192. № 192
     «

     Мы все торгуем собой всерьез. Каждый из нас. Просто один продает тело, другой время, третий труд, четвертый свою душу. И что страшнее: физическая или духовная проституция — это отдельный вопрос.

     Мы все торгуем собой всерьез. Каждый из нас. Просто один продает тело, другой время, третий труд, четвертый свою душу. И что страшнее: физическая или духовная проституция — это отдельный вопрос.

     — Аль Квотион · книга
193. № 193
     «

     Мы все — проститутки. Девяносто пять процентов людей согласились бы переспать с кем угодно за десять тысяч франков.

     Мы все — проститутки. Девяносто пять процентов людей согласились бы переспать с кем угодно за десять тысяч франков.

     — Фредерик Бегбедер · книга
194. № 194
     «

     — Я уеду в Нью-Йорк! Стану проститутом, буду продавать свое тело богатым старым педикам! — ... Я заплачу тебе двадцать баксов. (Получает подзатыльник от Дебби) Что? Ему как раз на дорогу хватит!

     — Я уеду в Нью-Йорк! Стану проститутом, буду продавать свое тело богатым старым педикам! — ... Я заплачу тебе двадцать баксов. (Получает подзатыльник от Дебби) Что? Ему как раз на дорогу хватит!
195. № 195
     «

     Я люблю проституток, они честные. Когда я плачу деньги — я не должен быть умным, не должен быть красивым, могу говорить, могу молчать. Я хочу — она пришла, хочу — ушла. Она не обижается. Сказала, взяла деньги. А другие? Они не могут сказать про деньги, а говорят про чувства. А хотят того же...

     Я люблю проституток, они честные. Когда я плачу деньги — я не должен быть умным, не должен быть красивым, могу говорить, могу молчать. Я хочу — она пришла, хочу — ушла. Она не обижается. Сказала, взяла деньги. А другие? Они не могут сказать про деньги, а говорят про чувства. А хотят того же...

     — Свинья · фильм
196. № 196
     «

     Мир сделал меня проституткой. Теперь я сделаю из него бордель.

     Мир сделал меня проституткой. Теперь я сделаю из него бордель.

     — Фридрих Дюрренматт · книга
197. № 197
     «

     Мы, которых вы лишаете невинности и потом выгоняете из дома, а потом платите нам два рубля за визит, мы всегда – понимаешь ли ты? – она вдруг подняла голову, — мы всегда ненавидим вас и никогда не жалеем!

     Мы, которых вы лишаете невинности и потом выгоняете из дома, а потом платите нам два рубля за визит, мы всегда – понимаешь ли ты? – она вдруг подняла голову, — мы всегда ненавидим вас и никогда не жалеем!

     — Александр Куприн · книга
198. № 198
     «

     А я падок на шлюх, причём разного пола.

     А я падок на шлюх, причём разного пола.

     — Стюарт «Стю» Прайс · фильм
199. № 199
     «

     Молодежь дома №15 скинулись на билет до Амстердама для бабы Нади, чтобы та посмотрела на настоящих проституток и наркоманов.

     Молодежь дома №15 скинулись на билет до Амстердама для бабы Нади, чтобы та посмотрела на настоящих проституток и наркоманов.
200. № 200
     «

     Она приучила свою душу не жаловаться на то, что делают с её телом.

     Она приучила свою душу не жаловаться на то, что делают с её телом.

     — Пауло Коэльо · книга